«Отныне я Советской Власти не враг, – говорится в заявлении, – я окончательно и решительно отмежевываюсь как от зарубежной, так и внутренней монархическо-белогвардейской контрреволюции».
Ходатайство Тихона удовлетворено».
Такая новостная заметка появилась 27 июня 1923 года в газете «Труд». Девяносто лет назад Патриарх Московский и всея Руси фактически признал себя другом советской власти и сдался. В его лице склонила голову перед властью вся русская православная церковь. Проиграла, чтобы выиграть, чтобы не исчезнуть совсем.
Будущий патриарх Тихон (в миру Василий Иванович Белавин) родился 19 января 1865 года в семье сельского священника Торопецкого уезда Псковской епархии. Окончив курс торопецкого духовного училища, он поступил в Псковскую духовную семинарию, а по ее окончании – в Петербургскую духовную академию. По рассказам современников, с детства Василий был очень добродушным, кротким и богобоязненным ребенком. Товарищи по семинарии шутливо называли его «Архиереем», а в академии он получил прозвище «Патриарх» за серьезность и степенность нрава.
После окончания академии, в 1891 году, Василий принял постриг с именем святителя Тихона Задонского. Пробыв недолго инспектором Холмской духовной семинарии, в 1894 году Тихон стал ректором Казанской духовной академии, и еще через три года – епископом, сначала Люблинским, а затем Алеутским и Североамериканским. Он упорядочил жизнь православных приходов в США и на Аляске, воздвигнул новые храмы, организовал Миннеаполисскую духовную семинарию для будущих пастырей, приходские школы и приюты для детей.
В 1907 году, будучи уже архиепископом, Тихона был призван к управлению древнейшей в России Ярославской епархией. Однако вскоре высшее церковное начальство назначило его архиепископом Виленским и Литовским.
В 1917 году, после Февральской революции, в церкви, как и во всем государстве, происходили значительные перемены. В частности, была введена выборность епархиальных структур церковного управления. 23 июня на съезде московского духовенства и мирян посредством тайного голосования архиепископ Тихон был избран правящим архиереем Москвы с возведением в сан митрополита.
15 августа 1917 года в кремлевском Успенском соборе открылся Всероссийский поместный собор, на котором было предложено возродить патриаршество. Разгорелась ожесточенная дискуссия. Многие церковные деятели, привыкшие к синодальному управлению, считали, что патриаршество подобно монархии, оно дает волю произволу одного человека, а это вредно и опасно. Однако решение о восстановлении патриаршества все же было принято. Тайным голосованием и посредством жребия Патриархом Московским и всея Руси был избран митрополит Тихон.
На церковном пути нового патриарха сразу же возникли трудности. После Октябрьской революции отношения государственной власти и предстоятеля РПЦ приобрели характер острого конфликта, так как уже первые декреты советской власти коренным образом ломали церковную жизнь. В Петрограде был убит большевиками отец Иоанн Кочуров, сподвижник Тихона по американскому служению. Затем, в конце января 1918 года, был расстрелян в Киеве митрополит Владимир, почетный председатель Собора. В Петрограде начались прямые нападения на Александро-Невскую лавру.
6 января 1918 года патриарх Тихон выпустил послание, в котором выступил против разрушения храмов, захвата церковного имущества, гонения и насилия над церковью. Указывая на «зверские избиения ни в чем не повинных людей», которые совершаются с «неслыханной доселе дерзостью и беспощадной жестокостью», святитель Тихон призывал творящих беззакония опомниться. И хотя в послании речь шла лишь об отдельных «безумцах» и советская власть прямо не называлась, послание было воспринято как анафема советской власти.
Требование патриарха не связывать церковь ни с каким политическим движением не смогло отвести угроз в его адрес. Власти обвинили его в пособничестве белому движению и в контрреволюционности.
Осенью 1918 года власти предприняли попытки организовать кампанию против Тихона и провели первый обыск в его квартире. Основной пункт предъявленных патриарху обвинений сводился к якобы имевшим место призывам к свержению советской власти.
В августе 1919 года было издано постановление об организации вскрытия мощей, а через год – о ликвидации мощей во всероссийском масштабе. Вскрытие мощей сопровождалось закрытием монастырей. Власти посягнули даже на национальную святыню – Троице-Сергиеву Лавру и мощи преподобного Сергия Радонежского. Патриарх Тихон не мог оставить без ответа это глумление и написал воззвание, требуя прекратить кощунства.
24 декабря 1919 года последовало решение ВЧК снова подвергнуть Патриарха домашнему аресту, главная цель которого заключалась в его изоляции. В этот период святитель Тихон постоянно служил в домовом Сергиевском храме Троицкого подворья. Его освободили только в сентябре 1921 года.
23 февраля 1922 года Всероссийский центральный исполнительный комитет опубликовал декрет, в котором постановлял местным Советам изъять из церковного имущества все драгоценные предметы из золота, серебра и камней и передать их в органы Народного комиссариата финансов для помощи голодающим. В связи с этим патриарх Тихон обратился к верующим с новым воззванием, в котором сообщил о том, что церковь не против жертвовать голодающим церковные украшения и предметы, не имеющие богослужебного употребления. Однако ВЦИК постановил изъять из храмов все драгоценные вещи, в том числе и священные сосуды и прочие богослужебные церковные предметы. Тихон назвал это святотатством.
На заседании Политбюро 22 марта 1922 года по предложению Ленина был принят план Троцкого по разгрому церковной организации: арест Синода и патриарха. В марте начались допросы Тихона. Его вызвали в ГПУ на Лубянку, где от него потребовали публичного призания в контрреволюционном заговоре. 5 мая суд вынес определение о привлечении Патриарха к уголовной ответственности. После этого Тихон находился под арестом в бывших казначейских покоях Донского монастыря, в полной изоляции от внешнего мира. Под арестом помимо Тихона содержались еще около 10 человек. Вместе с делом патриарха в ГПУ находились дела всех членов Священного Синода.
Яркой страницей этого периода явилось Петроградское дело митрополита Вениамина Казанского и его ближайших сотрудников. В кампании по изъятию ценностей митрополит занял позицию еще более мягкую, чем патриарх Тихон, и призвал вообще все отдать, не сопротивляясь. Однако после отказа сотрудничать с обновленцами он был арестован и осужден на «открытом» судебном процессе. В ночь с 12 на 13 августа 1922 года митрополит Вениамин был расстрелян.
Судя по многочисленным публикациям в советской прессе весной 1923 года писем от граждан, требовавших сурово покарать «людоеда» Тихона, власти готовились к расправе и над патриархом. 12 апреля 1923 года Политбюро приняло решение: «Поручить Секретариату ЦК вести дело Тихона со всей строгостью, соответствующей объему колоссальной вины, совершенной Тихоном», что означало указание суду на необходимость вынесения смертного приговора. Через неделю патриарх был под стражей препровожден во внутреннюю тюрьму ГПУ, где проходили допросы. Организаторы процесса надеялись в лице патриарха осудить «всю тихоновскую церковную контрреволюцию», то есть всю каноническую РПЦ, и таким образом утвердить обновленчество.
Однако 27 июня, ровно 90 лет назад, патриарх Тихон обратился в Верховный суд с заявлением: «...Будучи воспитан в монархическом обществе и находясь до самого ареста под влиянием антисоветских лиц, я действительно был настроен к советской власти враждебно, причем враждебность из пассивного состояния временами переходила к активным действиям <...> Я раскаиваюсь в этих проступках против государственного строя и прошу Верховный суд изменить мне меру пресечения, т. е. освободить меня из-под стражи. При этом я заявляю Верховному суду, что я отныне Советской власти не враг. Я окончательно и решительно отмежевываюсь как от зарубежной, так и внутренней монархическо-белогвардейской контрреволюции».
Это заявление обескуражило организаторов процесса. Ведь получалось, что патриарх до суда признал свою вину и раскаивается. Под сомнение была поставлена сама необходимость процесса. И после ряда угроз Тихон действительно был освобожден. Суд так и не состоялся.
В церковных кругах не знали, как на это реагировать. Одни считали, что Патриарх не совсем в себе, другие — что он продался большевикам, третьи считали Тихона поддельным. Однако патриарх, жертвуя своим именем и даже жизнью, спасал церковь. Зимой 1924 года кто-то несколько ночей подряд пилил железную решетку на окнах патриаршей квартиры. Однажды дверь была открыта ключом, и в квартиру вошли два человека. Навстречу им вышел любимый келейник патриарха Яков Анисимович Полозов. Его убили в упор тремя выстрелами. Очевидно, выстрелы предназначались Тихону, так как в это время он обычно оставался один.
Постоянная борьба с властью подорвала здоровье патриарха. 12 января 1925 года у Тихона случился сильнейший сердечный приступ. Три месяца он провел в больнице. Как только ему стало чуть лучше, он начал выезжать на службы. Но 25 марта патриарх Тихон умер – по официальным данным, от сердечной недостаточности, хотя существует версия о его отравлении.
Перед похоронами тело патриарха было перевезено в Донской монастырь. Прощание было открытое. Невиданные толпы людей шли прощаться с ним день и ночь. По подсчетам, мимо гроба прошло около миллиона человек.
9 октября 1989 года патриарх был канонизирован Архиерейским собором РПЦ. Канонизация Святейшего патриарха Тихона была первым шагом к прославлению новомученников и новых исповедников Российских, пострадавших в годы революционной смуты и большевистского террора.
.jpg)
