Труд: НЕ ВСЕ ЗОЛОТО, ЧТО БЛЕСТИТ

Главная Жизнь 01:01 28 Января 2000 184

НЕ ВСЕ ЗОЛОТО, ЧТО БЛЕСТИТ

Рубрика "Сделано в России" стала традиционной в нашей газете. Корреспонденты "Труда" побывали в Павловском Посаде, городе, известном всему миру шерстяными цветастыми платками. Съездили в Жостово, где издавна расписывают знаменитые подносы. Наведались к са

Ивойлова Ирина

Напечатать

В столице "золотой хохломы" - нижегородском городке Семенове налицо все приметы захолустья: развалюхи-дома, разбитые дороги и раз в час - автобус от железнодорожной станции до центра. Проедешь платформу Семенов на электричке и не заметишь, ни за что не догадаешься, что именно тут рождается знаменитая на весь мир деревянная посуда - ни вывески, ни рекламного щита, нет даже "коробейников" с золоченым товаром. И село Хохлома, которое дало название промыслу, - в нескольких десятках километрах. В середине XIX века здесь бойко торговали деревянной посудой, именно с этого времени она стала называться хохломской, но первая школа росписи по дереву открылась не в Хохломе, а в Семенове еще в 1916 году. Спустя 15 лет вместо артели "Экспорт", где работали лучшие семеновские художники, появилась фабрика "Хохломская роспись".
"Прабабушка" современной хохломы - обыкновенная деревянная ложка, которой, между прочим, тысяча лет. В семеновских деревнях ложки умели резать все - от мала до велика, но сложи их в одну кучу и предложи резчику найти свою - отыщет в минуту. Уж на что, казалось бы, нехитрый прибор, а фасонов у него - десятки. Есть ложки тонкие, полубаски, сибирки, носковые, ополовинки. Фабрика выпускает 30 разных форм, и каждую ложку резчик назовет вам по "имени". Умелый ложкарь режет тысячу ложек в месяц. На станке, понятно, получается больше, но "живая" посуда выходит только из рук мастера. Поэтому интересная форма ценится не меньше росписи, а самый дорогой товар - резные ковши с ручкой в виде головы коня или лебедя - стоит не меньше 1500-2000 рублей. Дешевле всего ложки - от 5-10 рублей. Но даже если они и выточены на станке, то расписаны всегда вручную.
Для того чтобы из липовой чурки появилось золотое чудо, требуется 58 дней. За это время будущую чашу, поставок или вазу загрунтуют - покроют дерево раствором наподобие глиняного и высушат (поначалу хохлому не отличишь от обычных глиняных горшков). Далее - шпаклевка, шлифовка, золочение, роспись.
Эх, права пословица: не все золото, что блестит. Семеновское золото замешено на алюминиевом порошке и сдобрено олифой. По такому "серебряному бутерброду" и пишутся узоры.
Неискушенному покупателю может показаться, что вся хохлома выписана одинаково - ягодки да веточки. Не вздумайте сказать об этом художницам. Мало того, что у каждой из трехсот свой почерк и каждая вещь пишется с "чистого листа" - без наброска и рисунка на бумаге, одинаковой росписи не найти даже в стандартных наборах, их в ассортименте фабрики около 350. У хохломских узоров свои законы и пропорции. Самый древний узор - так называемая "травка" с вьюнками, веточками, листиками, которые сплетаются то в сердечко, то в бант. Другой вид - роспись "под фон", это почти модерн, появившийся сравнительно недавно, в XIX веке. Еще есть "кудрина" - этакое русское барокко. Хохлома с "кудриной", пожалуй, самая нарядная и замысловатая. Особый шик - роспись только одной черной краской. Но, к сожалению, такую посуду нечасто встретишь в магазинах, она очень изысканна, хотя, строго говоря, нетрадиционна.
Каких только заказов не выполняли семеновские мастерицы! Для Клинтона расписывали каминную вазу, для Ширака - ковш, ручку которого украшал выточенный из липы храм Христа Спасителя. Расписывали художницы деревянные гербы, диваны, гигантские ложки размером с ведро, даже гири. "Да мы самолет позолотить можем, были бы у заказчика деньги", - говорит главный экономист фабрики Полина Прыткова. И могут, жаль только, что пока купить такую красоту им самим не по карману. Средняя зарплата - чуть больше тысячи рублей. Тут не до "кудрины" и лебедей.
Еще 15 лет назад почти вся хохлома отправлялась на экспорт и была доступна лишь избранным россиянам, посещающим "Березки". С развалом "Росвнешторга" знаменитая посуда оказалась на полках сувенирных магазинов, и изголодавшиеся по красоте граждане не дали фабрике зачахнуть: в постперестроечные годы семеновцы жили ничуть не хуже, чем в застойные. Кризис наступил в начале 90-х. Из хлеба и зрелищ всякий разумный человек выбирал первое, народный промысел стал угасать - резко упал объем продаж, а стало быть, и выпуска, по фабрике прокатилась волна сокращений. "Золотая хохлома" задышала на ладан. В пылу экономических реформ об уникальном предприятии ни областные, ни федеральные власти, понятно, не вспоминали. И как знать, если бы не предприимчивость директора Николая Короткова, начинавшего здесь когда-то механиком, может, по-прежнему хохлома была бы доступна только туристам и коллекционерам. В считанные месяцы его гонцы исколесили всю Россию и договорились о поставках посуды чуть ли не в каждый сувенирный киоск обеих столиц. Фабрика тем временем училась считать деньги и экономить на всем. Был открыт швейный цех, где работницы шили халаты, в аренду семеновцев перешел участок сырьевого леса, откуда дерево по собственной же узкоколейке доставлялось в токарный цех, а торговую марку директор продал кондитерской фабрике и ликеро-водочному заводу. Да что там пол-литра сорокаградусной и конфеты! На бортах десяти самолетов Британских авиалиний красуется хохломская роспись, выполненная по эскизам заслуженной художницы России Таисии Белянцевой, а форма стюардесс украшена традиционным хохломским узором. "Секрет" у Николая Васильевича один - желание работать и умение ладить с людьми. Он в отличие от коллег из Жостова, "Дымковской игрушки", "Ростовской финифти" не спорит и не судится с местной администрацией, а, наоборот, всячески поддерживает с ней дружеские отношения - платит налоги, тянет фабричную социалку, заботится о своих пенсионерах.
Хотите - верьте, хотите - нет, именно в тот момент, когда я расспрашивала Короткова о его отношениях с местной властью, в кабинет вошел гость. "Знакомьтесь, - представил его Николай Васильевич, - это руководитель нашей администрации". Оказалось, что нынешний глава прежде был председателем колхоза и содержал на балансе не только коровники и МТС, но еще и два цеха сувенирной продукции. Отошедши от колхозно-промыслового дела, баклуши бить не разучился (баклуша - деревянный чурбачок-заготовка) и, чем может, помогает фабрике.
Этим можно бы и закончить материал - хохлома, судя по относительному благополучию фабрики, еще долго будет оставаться визитной карточкой России, но вспоминаются торговые ряды в Нижнем Новгороде, где за семеновскую хохлому выдается любая красно-черно-золотая утварь. Строго говоря, это не подделки: вещь, изготовленная руками художника, не может быть леваком. Это, если хотите, - тоже произведение искусства. Другое дело, что кустари не платят государству налогов, крадут торговую марку и главное - не выдерживают технологию. Фабричная хохлома, к примеру, покрывается только пищевым лаком, несколько раз подсушивается в специальных печах и шпаклюется. Частники, стараясь побыстрее продать посуду, сокращают производственный процесс до минимума - был бы товарный вид - и часто лакируют ее тем, что под руку попадется. Из настоящей хохломы с фирменным знаком "СХР", что означает "Семенов. Хохломская роспись", можно пить чай, есть пельмени, уху, а кустарной - только любоваться.

Жизнь 00:21 / 04 Сентября 2026 9177

Им просто хотелось посмотреть, что такое смерть

Преступность среди детей и подростков растет и молодеет

Ирина Смирнова, Санкт-Петербург

Труд

В 2025-м в городе на Неве подростковая преступность выросла сразу на 45%: 607 преступлений против 413 годом ранее. Резко увеличилось количество тяжких и особо тяжких криминальных деяний — со 188 до 318....