Труд: Кульбит судьбы Терезы Дуровой

Главная Жизнь Культура 01:06 30 Августа 2011 3181

Кульбит судьбы Терезы Дуровой

Из-за любви — против циркового клана

Напечатать

«Из цирка не уходят — там рождаются и умирают». Так говорила ей мать, укротительница слонов Тереза Васильевна Дурова. На Дурову-младшую, правнучку известного клоуна и дрессировщика Анатолия Дурова, в цирке возлагали большие надежды, предрекали ей звания «заслуженная» и «народная», но судьба неожиданно сделала кульбит. В 21 год гордость старейшей цирковой династии вышла замуж за журналиста. Клан был в шоке, но Тереза настояла на своем.

«Мне говорили: „Опомнись! Не делай глупостей! У тебя выстроена жизнь: большой аттракцион, традиции, высшая ступень в цирковой иерархии. Все только начинается, ты станешь такой же знаменитой, как мать!“ Звонили маме: „Не отпускай ее, это дурь, подумаешь, какой-то журналист, приехал и уехал!“ Но мудрая мама сказала: „Тэта, мне никто не предлагал такого страшного выбора: „Либо мы, либо он“. И я перед тобой его не поставлю. Это ломка, издевательство над человеком!“ Она оказалась права...»

Дурову-старшую в цирке называли Мать Тереза — за готовность помочь и снисходительность к чужим слабостям. Но выбирать дочери все-таки пришлось: табор, вечное кочевье или дети, семья, спокойная столичная жизнь. «Я думала: рожу ребенка, посижу годик, а потом все равно вернусь в клан. Мама не сжигала мосты: „Вернешься — буду рада. Не вернешься — значит, не судьба. Если жизнь тебя сломает, зачем ты нам такая?“ Победила любовь:»

Слоны зимой

Они познакомились, как шутит Тереза, «романтически-банально». В 1974-м труппа Дуровых приехала на гастроли в Питер. Корреспондент журнала «Смена» оказался там же в командировке, пошел в цирк и увидел Дурову-младшую на арене. После представления он появился в гримерной: «Хочу сделать репортаж о том, как цирковые животные переезжают из города в город. С фотографией: слонов ведут по зимнему Невскому...»

«В следующий раз, — рассказывает она, — мы встретились на товарной станции: я была уже не в цирковом костюме, а в телогрейке и валенках. Грузили слонов в поезд. Сергей не сразу меня узнал и казался разочарованным... Он был из другого мира, для меня — загадочного и непонятного. Из старой интеллигентной московской семьи. Его друзьям, далеким от цирка, я была интересна. Юная худенькая девушка — и работает со слонами! Да еще из семьи Дуровых! На меня обрушилась лавина — вся журналистско-литературно-киношная среда того времени. Я была ошарашена. Цирковой клан — очень закрытое сообщество. Мы почти не общаемся с коллегами из театра и кино. А тут такие открытия!»

У Сергея этот брак был вторым. «С его прежней женой у нас и сейчас теплые отношения. Мы не пересеклись, не искалечили друг другу жизнь. Они разошлись задолго до нашей встречи с Сергеем и остались друзьями…» Он тоже не ставил пред Терезой рокового выбора: или я, или они! «Никто меня не ломал. Мне повезло!»

Они не мучились с жильем. «У Сережи была 17-метровая холостяцкая квартира в Марьиной Роще. Туда я и перебралась из родительского гнезда. Родился Артем. Было безумно трудно: чувствовала себя выброшенной из жизни. Тянуло обратно в клан, но не хотелось разрушать семью: Слава богу, у меня не было „последнего“ спектакля, надрыва нервов. После гастролей пришлось вернуться в Москву для консультации с врачами — как быть, чтобы сохранить ребенка. Больше никуда не поехала: всю беременность провела в больнице».

«Фамилия — это аванс»

В возрасте семи лет ей заменили фамилию — с первоначальной на Дурову. Так предписывали традиции клана. Отец в прошлом был джазовым музыкантом, но переквалифицировался в дрессировщики и стал гастролировать вместе с супругой. «Все мужчины, женившиеся на представительницах династии, перенимали их профессию и образ жизни, — объясняет Дурова-младшая. — В „семье“ так принято: если ты полюбил женщину, значит, должен полюбить и ее клан... Мужчины, приходившие к нам со стороны, были преданы женам, „семье“ и общему делу. Они понимали, какое наследство получают на всю жизнь. Это была не жертва, а выбор судьбы. А мне мама говорила: „Фамилия — это аванс. Его надо отрабатывать“.

Родители хотели, чтобы я училась в одной школе, жила в собственном доме, а не моталась по гостиницам и съемным квартирам, холодным циркам да конюшням. Но я своего добилась. Меня отправили к ним, решив, что надолго не хватит: помотаюсь два-три переезда из города в город, помыкаюсь годик и запрошусь к своим игрушкам. Но я не запросилась. Росла среди взрослых. Окунулась в опилки с головой… В цирке я сразу попала на конюшню. Мне объяснили, что блестки, аплодисменты, слава — это все потом, а сначала — с 6 утра надо чистить клетки. И я несколько лет выгребала мусор из-под лисичек и кроликов. А на манеж вышла в 13 лет. Но клетки чистить не перестала...

В клане Дуровых все предопределено до конца твоих дней. Судьба твоя ничем не должна отличаться от судьбы бабушки, дедушки, мамы, папы. И невольное давление „семьи“ преследовало нас с самого детства. Но в этом есть и плюсы: клан держит традиции „семьи“. Это не только бабушкины бриллианты и дедушкины фотографии, а еще и жизненный опыт. Тебе как бы передают бразды. Растят не бабочек, относятся по-взрослому. Бабушка вместо сказок рассказывала мне истории из жизни деда и прадеда. Как переживали войну, как теряли все, потом снова приобретали. И даже, забываясь, говорила: „Тэточка, ты же помнишь, когда пришли немцы?“ Или: „Помнишь, когда нам пришлось все продать, чтобы купить животных?“ Я отвечала: „Да, бабуля, все помню!“ Я вошла в жизнь с багажом своих предков. Но все это срабатывает при одном условии: если предки не идеализируют клан.

Вот вы говорите: клан ломает. Но он не ломает. Если ребенок недостоин, не заслужил, не выдержал испытания или просто не хочет жить в цирке, клан отпускает его и не держит. Меня тоже отпустили, хотя и со скрипом».

Приют для клоунов

В итоге она оказалась «на обочине» — работы нет, будущее в тумане. Что помогло ей выжить? «Я не страдала, а искала решения. Чтобы страдать, нужно много свободного времени… Я провела в Москве фестиваль клоунов. Прикинула, что время подходящее — наши клоунские звезды перебрались на Запад, — и пришла к Юрию Никулину. Он сказал: „Ты представляешь, что это такое? Ты вытащишь эту махину?“ — „Вытащу!“ — „Ну смотри! Я тебе верю!“ На конкурс приехали клоуны со всей страны — с семьями, реквизитом, чемоданами: 360 артистов! Когда все закончилось, многие из них остались в столице. Да вот беда, некуда было податься. Однажды я зашла в Театр эстрады, наудачу постучала в дверь художественного руководителя — и в этот момент он оказался на месте! Он сказал: „Даю тебе театр на две недели!“ Приютил, даже не видя продукта. Но эти недели меня спасли — дали возможность родить свой Театр клоунады. Конечно, страшно было начать дело с нуля. Еще как! Но я использовала свои беды как фундамент. Его можно сделать из чего угодно: из бумаги, стали, из мусора и помоев...»

Клан Дуровых не покидают добровольно. Но были те, кто ломался. Дурова-младшая достает с полки семейный альбом: «Это мамин младший брат Анатолий Дуров. Они росли вместе. В детстве все ставки делались не на маму, а на него как на мужское продолжение клана. Но Толя не выдержал славы: много друзей, много водки... Он угасал на глазах. Молодой, талантливый, третье поколение династии — и не справился с ситуацией, хотя ему помогали все кто мог. Он был вынужден уйти из цирка и получал маленькую пенсию.

Я помню, как Толя, изможденный болезнью и алкоголем, сидел, уронив голову в ладони, и повторял: „Я великий Дуров! Как я могу пойти куда-то работать? Ведь я же Дуров! Я — имя!“ Рядом с этим „великим“ сначала были великие, которые с ним пили, потом уже не великие, которые с ним пили, а в конце концов просто алкоголики с улицы, которые продолжали с ним пить...»

Тереза Дурова сама нашла свой путь и вернулась в клан — как бы другим боком. И ее приняли. «Вот так, — говорит она, — выкрутила судьба!»

Напечатать

Жизнь 00:01 / 10 Июня 2026 9634

«Не талант, не традиции, не школа - вода. Много воды!»

Эрнст предложил «Ленфильму» покинуть центр Петербурга

Ирина Смирнова

Труд

На завершившемся Петербургском международном экономическом форуме много чего было сказано яркого и судьбоносного, направленного не в будничную хмарь, а к сияющим горизонтам. Однако некоторые дерзкие идеи вызывают...