- В селе Партизанское недавно даже элементарного страха у народа не было, - рассказывает следователь Главного следственного управления при УВД Красноярского края Андрей Разуваев. - Похищенное золото и не прятали, хранили по домам, будто ювелирные изделия. Какие-то проверки, конечно, случались, но никого никогда всерьез не привлекали. Только после возбуждения уголовного дела против тех, восьмерых, принялись закапывать золото по огородам. А воруют, потому что материальное положение тяжелое и охраны - почти никакой. Одна женщина рассказывала, почему пошла на воровство: ей, матери-одиночке, ребенка надо было собрать в школу. Другой парень в 35-градусный мороз попался в потрепанной тоненькой куртешке. Меня в тулупе от холода колотит, а он в таком виде за добычей собрался, на драгу, которая промерзла насквозь. Допрашивать без слез невозможно...
Впрочем, бывает, и в таких условиях с помощью похищенного золотишка некоторым удается существенно улучшить благосостояние . Еще одно дело, которое уже три месяца находится в том же Мотыгинском суде, но пока не рассмотрено, вызывает двойственные чувства. С одной стороны, понятно желание бригадирши промывщиц прииска "Партизанский" вопреки финансовым передрягам на предприятии нормально вырастить двоих детей. С другой - воровать десятилетиями, будто так и надо, негоже. Уже была куплена трехкомнатная квартира в Красноярске, машина, дети сыты и довольны, а никак не могла остановиться.
- Она жила так очень давно, - рассказывает оперуполномоченный управления по борьбе с экономическими преступлениями краевого УВД Александр Саков. - Чтобы разоблачить преступницу, мы провели громадную работу. Сняли дом по соседству и месяц за ней наблюдали. Точно знали, что где-то прячет похищенное, хотели задержать с поличным. Потом пошли ва-банк. Вызвали ее, поговорили, после чего бригадирша раскаялась, выдала полтора килограмма в слитках и рассыпное золото.
- По большому счету все зависит от собственника прииска, - говорит начальник отделения по борьбе с незаконным оборотом драгметаллов УБЭП ГУВД края Игорь Южаков. - Государственных предприятий в отрасли теперь нет. Если собственник посолиднее, может позволить себе и хорошую охрану, и высокую зарплату людям будет платить. Сделает все, чтобы условий для воровства было как можно меньше. А если все пущено на самотек, - естественно, будут тащить и тащить, и ничего с этим поделать невозможно. Единой системы режима и охраны объектов золотодобычи тоже нет. Многие предприятия находятся очень далеко, из Красноярска или районных центров туда не наездишься, да и нет у правоохранительных органов ни техники в достатке, ни даже денег на бензин.
Отдельная проблема здесь - Норильский промышленный район. Концентрат, содержащий золото, платину, другие редкие металлы килограммами выносят с комбината, потихоньку везут в Москву, Мурманск, Калининград...
Не так давно, например, в Норильске задержан молодой человек. В его спортивной сумке обнаружили сразу 25 килограммов порошкообразного вещества. В квартире - еще 108 килограммов. Да дома у приятеля почти 19 килограммов. По заключению экспертизы, вещество - шлам драгоценных металлов с высоким содержанием палладия, платины, родия, рутения, золота и серебра. Общая стоимость похищенного - 21 миллион 307 тысяч рублей. Установлено, что золотой, в прямом и переносном смысле, порошок был похищен из цеха медного завода ГМК "Норильский никель".
Деревенским старателям до такой высоты воровского полета, конечно, далеко. Зато числом их поболее. Крупинка к крупинке - и тоже тяжеленький слиток получается. В районах, где золото водится, - Мотыгинском, Северо-Енисейском, Курагинском, Манском, Партизанском - драгоценный металл если не тащат, то по таежным речкам без всякого на то права моют. Несут добычу или на черный рынок, или, в лучшем случае, в артель. Полюбовно договариваются с начальством, продают по дешевке, а те потом выдают купленный товар за свой. Найти и поймать старателей-частников в глухой тайге практически невозможно - они там ориентируются не хуже зверей, не догонишь. К тому же есть свои "службы безопасности". Для пущей надежности выставляются дозорные, которых в народе зовут "кукушками". К высокому дереву прибивается жердочка, на ней устраивается человек - да и поглядывает на все четыре стороны. Как только заметит какое-нибудь шевеление на горизонте, дает сигнал - старатели мигом разбегаются.
Долгое время добыча золота частными лицами в нашей стране была запрещена. Однако в этом году грянули перемены: Государственая Дума России приняла поправки к Закону "О драгоценных металлах и драгоценных камнях", разрешающие добывать золото отдельно взятым лицам. Для такой работы необходимо зарегистрироваться в качестве индивидуального предпринимателя и получить лицензию на пользование определенным участком недр. При условии, что этот кусок земли не является промышленной разработкой.
Выиграть от этого, казалось бы, должны все. Старателям нет смысла искать нелегальных перекупщиков, рисковать лишний раз, к тому же они получат больше денег. Грамм золота на "черном" рынке сегодня стоит порядка 180 - 225 рублей, а Красноярский завод цветных металлов, к примеру, принимает металл по 346 рублей. Мимо государственного кармана в таком случае должно "пролетать" меньше золота.Пока же, по данным Комитета Госдумы по природным ресурсам и недропользованию, в год на "черном" рынке страна теряет по меньшей мере тонн 30, то есть около 20 процентов от всей годовой добычи. В Красноярском крае только за пять месяцев этого года выявленный ущерб, когда людей поймали за руку, составил 45,5 миллиона рублей. При новом раскладе индивидуальный предприниматель заключит договор с заводом, и оба будут трудиться к всеобщему удовольствию.
Однако же радоваться пока рано. Поправки к закону приняты в марте, но ни одной лицензии ни один частник-старатель еще и в глаза не видел.
- Не выдаются пока лицензии, - говорит Александр Саков, - и, я думаю, не скоро начнут выдаваться. Потому что осталось очень много неясного. Во-первых, нет определения, где - промышленное золото, а где могут добывать частники. У нас в принципе все золото - промышленное, Красноярский край разбит на энное число месторождений, как правило, они поделены между крупными компаниями. А у индивидуальных предпринимателей - маленький объем работ, им не разрешается применять тяжелую технику. Куда им податься, где можно пристроиться? Кроме того, лицензию должны подписывать экологи. Они обязаны установить, правильно ли делается вскрыша, не загрязняется ли река. Большие компании ставят отстойники, а частнику без соответствующей техники - как? Непонятно. Документ принят, а механизма его реализации нет.
А тем временем драгоценный металл добывают кто как может. Золотой запас страны выносят с предприятий, к примеру, под языком или, пардон, в интимных местах. Еще можно проглотить капсулу с крупицами - не каждый металлоискатель способен ее обнаружить. А проще и надежнее всего - договориться с охранником, такое случается сплошь и рядом. Если охранник вообще существует.
Конечно, на солидных предприятиях ни одна из этих уловок, скорее всего, не сработает. Невозможно, к примеру, украсть металл на ОАО "Полюс", действующем в Северо-Енисейском районе - лучшем в Красноярском крае и одном из лучших в стране. Рабочих там проверяют каждый день очень серьезно, раздевая буквально догола. Да и воровать им нет особого смысла - зарплата большая. На других предприятиях проверки случаются эпизодически - когда раз в неделю, когда раз в месяц, можно и рискнуть. На третьих - вообще тишина. В Артемовской золоторудной компании, расположенной в Курагинском районе, к примеру, числится один-единственный начальник охраны - сам себе подчиненный, сам себе господин. Обойти его может даже ребенок.
Золотое дно. Комбинаторы, и мелкие и покрупнее, не зевают.
11:59
1737 АЗС для Pulsar
