Труд: Татьяна Голикова: "У нас стало стыдно быть рабочим"

Главная Жизнь 01:01 03 Марта 2009 3887

Татьяна Голикова: "У нас стало стыдно быть рабочим"

Что происходит на российском рынке труда, как государство борется с безработицей, что руководство страны предлагает тем, кто из-за экономического кризиса лишился стабильного заработка? Об этом в эксклюзивном интервью главному редактору "Труда" Владимиру Б

Бородин Владимир

Напечатать

- Какова сегодня обстановка на рынке труда? Она ухудшается или стабилизируется? Насколько точными оказались прогнозы министерства?

- В целом обстановка складывается тревожно. Для начала назову несколько цифр. Наша базовая оценка уровня безработицы, которая была включена в прогноз социально-экономического развития России на 2009 год, - это 1,6 миллиона человек. И именно эта цифра учтена в бюджете страны.

Пока, как вы знаете, реальность отличается от этого прогноза. На 18 февраля численность официально зарегистрированных безработных составила 1,893 миллиона человек. По оценкам Росстата на 1 января 2009 года, не имеют доходного занятия и активно его ищут 5,8 миллиона человек (в соответствии с методологией Международной организации труда они классифицируются как безработные). Понятно, что в службах занятости регистрируются не все. Для наших людей это непривычно. Тем не менее все больше граждан официально заявляют о своем статусе безработного.

Это частично связано с тем, что с 1 января максимальный уровень пособия по безработице повышен до 4900 рублей. Для многих такие, пусть и небольшие деньги становятся источником существования.

Конечно, нас очень тревожит ситуация с увеличением общего количества безработных. Но она не является неожиданной. По одному из уже озвученных прогнозов Минздравсоцразвития, на конец 2009 года общая безработица может составить около 7 миллионов человек. Сегодня в мониторинге министерства 23 060 предприятий - 496 тысячам работников на них уже объявили о предстоящих увольнениях. 1026,5 тысячи человек находятся в простое по вине администрации, в отпуске или на неполной рабочей неделе.

Понятно, что борьба с безработицей такого масштаба потребует увеличения финансирования. Правительство и законодатели уже позаботились о необходимости финансового обеспечения мероприятий на рынке труда. В конце 2008 года в закон о бюджете была внесена текстовая статья, которая разрешает правительству зарезервировать 325 миллиардов рублей с последующим направлением их на поддержку экономики, финансового сектора и рынка труда.

Очень важно, чтобы заработали антикризисные меры, которые принимаются и правительством страны, и регионами.

- Как раз по поводу антикризисных мер. Известно, что службы занятости предлагают людям пройти переквалификацию, или идти на общественные работы, или переехать в другой регион, где требуются их трудовые навыки и знания. Но, как нам кажется, это малоэффективные решения. Скажем, переквалификация кадров - вещь безусловно нужная. Но отдачу от нее человек ощутит не скоро. А уже сейчас нужно жить. На что? Насколько вам принимаемые государством для выхода из трудового кризиса меры кажутся эффективными?

- Мы рассматриваем эти программы как достаточно эффективные. Они нацелены на то, чтобы поддержать людей именно в краткосрочном периоде. И предназначены главным образом не для тех, кто уже зарегистрировался в службах занятости в докризисный период. Эти меры адресованы тем, кто пока работает, но может оказаться без работы. Скажем, трудится неполную рабочую неделю. Временные работы для них организуют сами работодатели. Допустим, зарплата была 15 тысяч рублей. Теперь работнику вынужденно предложили неполную занятость и сохранение лишь двух третей заработной платы. За счет дополнительных средств, выделяемых государством, можно сохранить прежний заработок. Будешь, как и прежде, ходить на работу, а дополнительно делать то, что в обычной ситуации не делаешь: приводить в порядок цех или ремонтировать оборудование. Считаю, что это в сегодняшней кризисной ситуации нормально.

Что касается переобучения, то здесь, как правило, два направления. Первое - подготовка и переподготовка кадров для перспективных производств, которые даже в условиях экономического кризиса будут осуществляться. Ну, может быть, чуть в более поздние сроки, чем планировалось. К примеру, стан-5000 на Магнитогорском металлургическом комбинате. Там давно и точно знают, какие специалисты им понадобятся и сколько их необходимо.

Второй тип переподготовки - остаться на своем предприятии, но за счет средств, выделяемых государством, в течение трех-шести месяцев повысить квалификацию. А может быть, переквалифицироваться. Это, конечно, в большей степени касается рабочих.

Впрочем, эти два варианта осуществить проще всего. Сложнее заинтересовать работника переехать в другой город, где он будет востребован и с нынешним уровнем квалификации. Чтобы и этот проект сделать массовым, необходимы серьезные усилия и органов власти всех уровней, и работодателей, и, конечно, самих работников. Потому что у нас люди не привыкли без крайней нужды куда-то переезжать. Надо сказать, что государство в последние годы и не очень-то стимулировало такого рода переезды, несмотря на то что в Российской Федерации начались крупные инвестиционные проекты. Выручали мигранты из других республик.

- Есть стройка века в Сочи, где возводятся гигантские объекты для будущей Олимпиады. Почему бы государству не выступить трудовым заказчиком, тем более в такой сложный период? Объявить: мы набираем такое-то количество монтажников, водителей, бетонщиков и т.д., высылаем персональные предложения на таких-то условиях.

- Уже делаем. В том числе и по Сочи. На одном из недавно прошедших у вице-премьера Дмитрия Козака совещаний как раз рассматривался этот вопрос.

- Сейчас остро стоит вопрос безработицы в моногородах, тех, которые строились вокруг одного предприятия, а оно теперь остановилось и работать больше негде. Ходят слухи, что хуже всего обстоят дела в моногородах Урала, что там чиновники уже накладывают запрет на распространение информации об уровне безработицы, чтобы не будоражить население. Насколько вы способны контролировать ситуацию в таких городах?

- Я не слышала, чтобы где-то накладывали мораторий на предоставление информации о состоянии рынка труда. Тем более что с 1 января вступили в силу поправки к закону о занятости населения и работодатели обязаны регулярно сообщать такую информацию. Кроме того, у нас есть территориальные органы Роструда, которые осуществляют надзор за соблюдением трудового законодательства.

К сожалению, не все регионы относятся к этой работе должным образом. Не все правильно оценивают серьезность происходящего на рынке труда, потому что в таком плане в России рынком труда мы никогда не занимались. И, конечно, необходимых навыков нет ни у кого. Но тем не менее сейчас наступает понимание того, как и что надо делать. Мы в ежедневном режиме проводим тренинг с регионами относительно того, как организовывать дело.

Теперь о том, что касается поддержки моногородов. Вы абсолютно правы, что вопрос безработицы имеет там ярко выраженный социально-политический аспект. Поэтому помимо нашего ведомства моногородами плотно занимается и Министерство экономического развития, которое вырабатывает меры государственной поддержки таких городов, включая субсидирование тех или иных отраслей, предоставление гарантий, формирование дополнительного госзаказа. В Министерстве экономического развития в этом направлении работает специальная группа. У нее достаточно широкие полномочия. Решение о господдержке, например, в форме государственных гарантий до 5 миллиардов рублей эта группа может принять самостоятельно. Решения о более значительных объемах господдержки принимаются правительственной комиссией под руководством первого вице-премьера Игоря Шувалова.

- У вас нет ощущения, что государственная стратегия на рынке труда отсутствует? Людям не объясняют, что будет в будущем, им не говорят, что лет через пять будут востребованы такие-то профессии и в таком-то количестве, а лет через десять - такие-то. То, что пока происходит в стране в области борьбы с безработицей, напоминает тушение пожара деньгами. Потом деньги закончатся. И с чем мы столкнемся?

- Верная постановка вопроса. К сожалению, в последние полтора десятка лет мы утратили, на мой взгляд, совершенно правильное направление, которым ранее занимались весьма активно. Это прогнозирование баланса трудовых ресурсов. Каким он должен быть в ближайшей и отдаленной перспективе, какие регионы будут трудоизбыточны и трудонедостаточны. Плохо, что только кризис нас заставил наконец начать снова заниматься этим. Во всяком случае, в нашем министерстве мы начали организовывать такую работу лишь в прошлом году. Есть программа развития страны до 2020 года, на ее основе и надо решать, как планировать трудовые ресурсы. Мы зачастую опрометчиво считали, что рынок сам отрегулирует процессы в этой сфере. В итоге законодательная база и нормативные акты правительства РФ, которые определяют полномочия федеральных органов власти, не содержат указания на федеральный орган, который прогнозирует баланс трудовых ресурсов. В положении о нашем министерстве таких полномочий также нет.

- В результате у российского рынка труда две главные особенности. Первая - очевидная региональная диспропорция. На юге одна ситуация, на Дальнем Востоке - другая. Вторая особенность во многих регионах - переизбыток "белых воротничков" и недостаток "синих". По крайней мере, многие губернаторы подтверждают, что сегодня главный тормоз экономики их регионов - нехватка квалифицированных рабочих. Согласны ли вы с этим?

- Я бы не сказала, что у нас избыток белых воротничков. Просто мы живем в столице и нам так кажется.

- А президент Дмитрий Медведев говорил, что по крайней мере юристов в России нынче в три раза больше, чем нужно.

- Это, кстати, издержки нашего государственного заказа для системы образования, который идет, наверное, не только от Министерства образования и науки. Виноваты и отраслевые министерства. Они планируют или должны планировать специалистов в той или иной сфере. Тем не менее не думаю, что во всех регионах избыток "белых воротничков". А что касается квалифицированных рабочих - это правда. К сожалению, у нас в последние годы надлежащего уровня профориентации не было ни в школе, ни в общественном восприятии. В итоге молодежь стремилась получить хоть какой-нибудь диплом о высшем образовании. И почему-то - это мое личное наблюдение - у нас в последнее время стало стыдно быть рабочим. Необходимейшая любому обществу профессия оказалась неуважаемой. Мы перестали заниматься пропагандой этой трудовой профессии, перестали формировать к ней здоровое отношение в школе. В плохом состоянии находятся большинство профтехучилищ. Они не выглядят привлекательными учебными заведениями. Только в последние два года этим активно начало заниматься Министерство образования и науки в рамках национального проекта.

- Пока что кризис не принимает катастрофических масштабов в том числе и потому, что он не затрагивает бюджетную сферу. Есть ли гарантии, что безработица не затронет бюджетников?

- Думаю, в ближайший год вообще не стоит говорить на эту тему. Сегодня для бюджетной сферы нет экономических угроз. У нас достаточно средств, чтобы ее содержать. Но это не означает, что процессы, которые связаны со структурной перестройкой самой бюджетной сферы, не будут проходить. Как раз будут. И проходят.

- Сейчас в публичную дискуссию по поводу организации процессов миграции вступили мэр Москвы Юрий Лужков и глава Федеральной миграционной службы Константин Ромодановский. Понятно, что один хочет этот вопрос контролировать на региональном уровне, а другой хочет оставить право управления на федеральном. Кто из них, по-вашему, прав?

- Вопрос не в перетаскивании полномочий. Проблема состоит в том, что работодатели заявляют квоту на иностранных работников, а последующий контроль отсутствует: работают ли мигранты на этих предприятиях? То есть не происходит обратной связи. Московские власти подготовили даже соответствующий законопроект на эту тему. Думаю, нам необходимо им помогать, особенно в сегодняшней ситуации.

- То есть вы скорее соглашаетесь с московской позицией?

- Неправильно будет говорить, что я с чьей-то позицией соглашаюсь. Я согласна с тем, что мы должны контролировать трудоустройство каждого человека, которого пригласили на работу из-за рубежа. Вот с этим я абсолютно согласна.

Биография

Татьяна Голикова

Родилась в г. Мытищи Московской области.

В 1987 году окончила Московский институт народного хозяйства им. Плеханова по специальности "экономика труда".

1987-1990 - младший научный сотрудник отдела заработной платы НИИ Труда Госкомтруда СССР.

1990-1992 - ведущий экономист Сводного отдела Государственного бюджета Минфина РСФСР.

1992-1995 - ведущий экономист, главный экономист, начальник Отдела бюджетной политики и анализа бюджетного департамента Минфина России.

1995-1996 - заместитель руководителя бюджетного департамента, начальник Сводного отдела консолидированного бюджета Минфина РФ.

1996-1998 - заместитель руководителя бюджетного департамента Министерства финансов Российской Федерации.

1998 - руководитель бюджетного департамента Министерства финансов РФ, член коллегии Министерства финансов РФ.

1998-1999 - руководитель департамента бюджетной политики Министерства финансов РФ, член коллегии Министерства финансов РФ.

1999-2002 - заместитель министра финансов РФ.

2002-2004 - первый заместитель министра финансов РФ.

2004-2007 - заместитель министра финансов РФ.

24 сентября 2007 года возглавила Минздавсоцразвития РФ.

Награды

Орден Почета (февраль 2006 года), Дружбы (ноябрь 2006 года), медали ордена "За заслуги перед Отечеством" II степени (2001) и I степени (2004).

Образование

Доктор экономических наук. Заслуженный экономист Российской Федерации.

Семейное положение

Замужем за министром промышленности и энергетики Виктором Христенко.

Напечатать

Жизнь 14:48 / 03 Апреля 2026 7894

В Крыму подростка посадили за участие в терроризме и поджоге

Ещё один юноша отделался условным сроком

В Крыму суд вынес приговоры 16-летнему и 17-летнему жителям Симферополя, которые обвинялись в участии в деятельности террористической организации, умышленном уничтожении чужого имущества путем поджога (ч. 2 ст. 205.5, ч. 2 ст. 167 УК РФ). Как...