Балласт бывает нужным и ненужным. Первый придает устойчивость, второй мешает стремительно двигаться вперед. Бывает, что первый превращается во второй. Возможно, случается и обратное. Какую в этом смысле роль по отношению к федеральным телеканалам играют программы, идущие в их эфире по многу лет?

В последнее время все только и говорят, что об общей нашей усталости ото всего на свете. Вечный поиск национальной идеи, разговоры о грядущих реформах, беспросветный криминал:

А главным «вдохновителем» этого синдрома хронической усталости, конечно, давным-давно стал телевизор. Именно в нем ежедневно всплывают все эти политики и проблемы. Да ладно бы только они! Одинаковые концерты с участием нестареющих звезд отечественной эстрады, осточертевшие ужимки юмористов, вечные «менты».

А информационные программы? Разве не кажется, что Екатерина Андреева вела программу «Время» всегда и что новости в ней за редким исключением одни и те же? А лимитированный двумя десятками названий праздничный кинопоказ? На Новый год, как зомбированные, смотрим «Иронию судьбы», на 8 Марта — «Москва слезам не верит».

Телевидение останавливает время. Оно как зеркало. Каждый день оглядывая себя, разительных перемен не замечаешь. А случайно встретив знакомого, которого не видел лет пять, внутренне содрогаешься: «Неужели я так же постарел, как и он?» В этом смысле Якубович, Масляков, Дибров, Кизяков и другие ведущие — как сослуживцы, с которыми работаешь годами. Их взросления и старения не замечаешь. Хорошо ли это? Однозначно сказать трудно. Но как от своей физиономии в зеркале однажды можно устать — так и от неменяющейся картинки на телеэкране.

Но так будет не вечно. Во-первых, телевидение в целом теряет зрителя. Во-вторых, остающаяся у «России» и «Первого» аудитория стареет. Основной потребитель их контента — женщины даже не 30, а 40, 50 лет и старше. Попытки омолодить аудиторию за счет эфира позднего вечера, где фигурируют такие проекты, как «Прожекторперисхилтон» и «Городские пижоны», внятного результата не имеют.

Осознают ли сложившуюся ситуацию руководители каналов? Безусловно. Минувшим летом на телерынке в Каннах Константин Эрнст произнес блестящую по глубине анализа речь о состоянии современного ТВ. В ней было множество аспектов, но главный, пожалуй, можно сформулировать так: телевидение перестало быть лидирующим инструментом в сфере коммуникаций и развлечений. Интернет, предлагающий множество новейших источников получения информации и развлекательного продукта, отодвигает традиционные СМИ на второй план.

«На протяжении последних десятилетий XX века те телеформаты, которые эффективно привлекали внимание зрителей во всем мире, такие как „Wheel of Fortune“ („Поле чудес“), „Family Feud“ („Сто к одному“), „Name That Tune“ („Угадай мелодию“) — стали драматично терять аудиторию. А срок жизни нового успешного формата сократился с десятилетий до сезона-двух. То, что раньше отвечало на запросы зрителей, больше на них не отвечает, — констатирует Эрнст и добавляет: — Последними форматами, которые отражали зависшее между двумя тысячелетиями время и потому имели длительный успех, были реалити и их версии — „Survivor“ („Последний герой“), „Pop-idol“ („Народный артист“), „Star Academy“ („Фабрика звезд“), „Fear Factor“ („Фактор страха“)».

Заметим, что об успехе реалити Константин Львович сказал в прошедшем времени. Между тем в этом сезоне тот же «Первый» запустил «Черную-черную комнату» — вариацию на тему «Фактора страха». Вероятно, действительно кризис идей...

В связи с этим вопрос: если ситуация осознана, то что мешает ее сломать? Ну хотя бы заменить чем-то более новым вышеупомянутое «Поле чудес», которое вроде и устарело морально, но идет в самое рейтинговое время?

Да, разумеется, Леонид Якубович является лицом канала. А с «лицами» просто так не расстаются. Да и само «Поле» неизменно оказывается где-то в середине сотни самых рейтинговых передач. Но, согласитесь, на все эти приветы родным, банки с вареньем, номера самодеятельности и подарки в студию без слез смотреть невозможно.

В своем докладе Константин Эрнст упоминал только международные форматы. Оно и понятно: аудитория-то была иностранной. А сколько в эфире телепрограмм-долгожителей российского происхождения! Некоторые из них до сих пор любимы народом. Но при этом порой замечаешь такую тоску в глазах их неизменных ведущих, изображающих живейшее участие в судьбе своих героев и гостей!

Вот, скажем, в отличие от Якубовича, Александр Масляков об усталости не говорил никогда. Наоборот, подчеркивал вечную молодость КВН. Но неужели ему не осточертело бесконечное подобострастное повторение его имени-отчества игроками на сцене? Неужели не надоело смеяться над сочиненными сценаристами и многократно отрепетированными шутками, выдаваемыми за экспромты?..

Не побоюсь посягнуть и на святое. Но действительно ли дети смотрят «Спокойной ночи, малыши!»? Наши дети, которые осваивают компьютер раньше, чем алфавит?

Свою каннскую речь Эрнст завершил так: «Одной из аксиом старого телевидения всегда была стабильность. Успешный проект был успешен в течение лет или даже десятилетий, поставленный в одном и том же месте сетки. Это было частью распорядка дня. В одно и то же время люди приходили с работы, в одно и то же время они ужинали, включали телевизор, выключали и ложились спать. И тем, кто застал это счастливое время, будет о чем рассказать своим внукам. Новое телевидение не может рассчитывать на подобную лояльность. Оно будет вынуждено, как уличный торговец или проститутка, предлагать свои услуги — и желательно убедительно — каждому попавшемуся ему на глаза клиенту».

Не подразумевают ли эти слова необходимость избавиться от балласта?

Не отрекаются любя

Всегда испытываю чувство досады, когда из телевизионного эфира исчезает любимый ведущий или ставшая неотъемлемой частью жизни программа. Хорошо понимаю, что это происходит по причине упавшего рейтинга, политической конъюнктуры или внутрикорпоративных отношений. Понимаю также, что у ведущих могут быть свои планы. Что ссоры с владельцами или руководителями заканчиваются увольнением.

Но при этом понимаю и то, что мои права как налогоплательщика оказываются в таких случаях неучтенными.

Наверное, есть какие-то объективные причины, по которым у блистательного Леонида Парфенова нет постоянной программы ни на одном из ведущих каналов. Вероятно, есть обстоятельства, по которым мудрейший Николай Николаевич Дроздов выходит в эфир не первых каналов, а платной «Моей планеты». У меня нет возможности смотреть «Мою планету». Это моя вина или моя беда?

Я знаю, что новые выпуски и повторы популярных некогда программ выходят на кабельных и спутниковых каналах. И что многие люди платят только за них. Считаю это объективным в целом, но несправедливым по отношению к зрителям.

Не надо забывать, что помимо функции информирования и развлечения в нашей стране ТВ исполняет еще и функцию объединения. И далеко не только в идеологическом плане, как об этом принято говорить. А в том смысле, что люди разных национальностей, живущие за тысячи километров друг от друга, могут почувствовать себя одним народом. Так уж сложилось. Если я и кто-то в Калининграде и Владивостоке смотрим одну и ту же программу, значит, нас что-то объединяет. Если я в детстве, а теперь мои внучки завершают день программой «Спокойной ночи, малыши!» — значит, что-то в нашей жизни неизменно. Пусть хотя бы это, если другого нет.

А поменять все ради минутного успеха, выкинуть старое и наспех сварганить что-то конъюнктурное: Себе же дороже в перспективе выйдет. Зритель вскоре приобретет качество потребителя «одноразового пользования».

Наталья Осипова

Программы-долгожители отечественного ТВ

• КВН — 51 год
• «Спокойной ночи, малыши!» — 48 лет
• «В мире животных» — 44 года
• «Что? Где? Когда?» — 37 лет
• «Ералаш» — 37 лет
• «Аншлаг» — 25 лет
• «Поле чудес» — 22 года
• «Умницы и умники» — 21 год
• «Пока все дома» — 20 лет
• «Смак» — 19 лет
• «Сто к одному» — 17 лет
• «Кто хочет стать миллионером?» («О, счастливчик!») — 13 лет

Знаменитые зарубежные программы-долгожители

• «Шоу Ларри Кинга» — 26 лет (1985–2011)
• «Шоу Опры Унфри» — 25 лет (1986–2011)
• «Симпсоны» — 23 года