Особое уважение всегда вызывают те супруги выдающихся чемпионов и других богатых влиятельных людей, которые не нежатся под лучами благополучия и роскоши, а идут своим путём и тоже добиваются большого успеха.
27 мая 42-летняя Николь Ковальчук покорила Эверест. Причем, она стала первой россиянкой, которой удалось это сделать без кислородного баллона. У неё уже был опыт восхождения на высочайшую точку планеты, но тогда она пользовалась баллоном. С другой стороны, у неё был такой опыт при покорении бех баллонов пика Манаслу – высота 8163 метров. За последние два года Николь взошла на все 14 «восьмитысячников», в том числе на самую опасную вершину К-2 – эта гора является рекордсменом по соотношению количества погибших альпинистов к числу покорителей. Кроме того, она побывала на высочайших точках всех остальных континентов. Это тоже выдающийся результат, который на данный момент смогли достичь лишь двое представителей РФ.
Начинала свою трудовую деятельность в качестве фотомодели, а потом какое-то время в начале 2000-х пела в обновленном составе группы «Мираж». Именно тогда она встретилась со знаменитым уже тогда хоккеистом Ильёй Ковальчуком. Они вместе до сих пор, у них четверо детей. Старшая дочь Каролина родилась в 2005 году, в детстве занималась художественной гимнастикой, потом обучалась в частной школе искусств и дизайна в Нью-Йорке. 17-летний Филипп – перспективный футболист. Обучался в академии ФК «Зенит» и бразильском «Сан-Паулу», сейчас играет за юношеский состав московского «Динамо» и юношеской сборной России. 16-летний Артём - хоккеист. Младшей дочери Еве 11 лет.
Надо отметить, что самая опасная стадия восхождения на такие пики, как Эверест или К-2 – именно верхняя часть обратного пути. Так что Николь позвонила своему мужу лишь из нижнего базового лагеря, когда все опасности и главные трудности были позади. В понедельник днём Илья написал в соцсетях:
«Только что разговаривал с Николь. Она уже в Непале, в гостинице – отдыхает. Говорит, что сильно устала, что мозоли на ногах. Но когда ты из четвертого лагеря без кислорода идешь 18 часов до вершины, а потом семь часов спускаешься обратно до четвертого лагеря, то мозоли – не самое страшное, что может произойти за это время. Это сарказм, но Николь уникальная. Улыбается, счастлива. Это была одна из ее больших целей. И то, что она это сделала – это круто и вызывает огромное уважение. Это силища, и у меня даже нет слов. Вот мы вчера летели в самолете из Москвы во Владивосток – на матч памяти Сергея Наильевича Гимаева, которую организовал его сын Сергей. И табло показывало, что наша высота – 8700 м. Я себя поймал на мысли, что еще на 100 м выше – это пик Эвереста, куда Николь поднимается без дополнительного кислорода, на своих ногах. Это не укладывается в голове! Я очень горд и счастлив. Надеюсь, что с восхождениями на этом Николь закончит. Это только мое желание. Уверен, её огромный опыт и возможности будут полезны обществу, чтобы делиться своими знаниями и мотивировать людей».
Кстати, Илья Ковальчук – олимпийский чемпион, двукратный чемпион мира - месяц назад занял должность президента китайского хоккейного клуба «Шанхай Дрэгонс». Он лишь года назад завершил игровую карьеру.
Корреспондент «Труда» попросил Владимира Шатаева (в прошлом Гостренер СССР и главный тренер сборной России по альпинизму) прокомментировать успехи Николь Ковальчук:
«В любом случае, я восхищен силой воли этой женщины и её физической подготовкой. Молодец! Но, чтобы более точно оценить спортивную сторону её достижения, надо знать все детали. В том числе, - какую часть пути и на каких участках несли её багаж шерпы. Эверест стал проходным двором после того, как альпинисты стали в массовом порядке пользоваться кислородными баллонами. Тех, кто обходится без них, лишь единицы - около трёх процентов. И если Николь в самом деле обошлась без баллона, я считаю это серьёзным достижением. По большому счёту, я признаю полноценными покорения Эвереста лишь в том случае, если начинаешь пользоваться баллоном не ранее, чем с высоты 8300 метров – когда идёшь с севера, и 8000 – с юга. А то сейчас уже дошло до того, что при взятии семи высочайших вершин рядом с каждым альпинистом идут по два шерпа, и на каждого такого восходителя они по 12 баллонов несут! При таких особенностях сами восхождения мне они становятся неинтересны. Кроме того, с начала 2000-х на Эверест, а потом на некоторые другие вершины установили стационарные перила. Тем самым значительно облегчили задачу альпинистам, - они на верхний участок даже палатку с собой не берут. Иногда со стороны вершины похожи на муравейники, где по белому конусу двигаются сотни живых существ. А из всех альпинистских инструментов при нынешних условиях нужен лишь жумар – лёгкий зажимной механизм, которым цепляются за веревки, натянутыми вдоль маршрута. Дикие склоны постепенно превратились в магистральные дороги. Хотя опасность при серьёзной ошибке или ухудшении погоды, несомненно, продолжает иметь место. А при плохой и однобокой подготовке эта опасность кратно возрастает».
А вот что рассказала «Труду» Любовь Ковальчук, мама Ильи, кстати, успешный медик:
«Сейчас мы с Ильёй никому не говорили о восхождении Николь, с нетерпением дожидаясь – когда наконец всё свершится благополучно. На момент нашего с вами разговора она отдыхает в гостинице, а через пару дней вылетит в Москву. Но сообщения о скорейшем её покорении высочайшего пика Северной Америки ошибочны. Николь полетит в США, но лишь чтобы забрать детей и вернуться с ними в Россию. Все четверо гордятся мамой. Но младшие не до конца понимают – насколько серьёзным делом мама занимается. Лишь радуются, что она тоже такой знаменитой стала, - сама по себе, а не только как жена успешного хоккеиста. А насчёт приобщения ею мужа и детей к восхождениям… Нет, это не для Ильи, даже походы на вершины 3000-4000 метров потребовали бы слишком долгой трудоёмкой подготовки. А для поколения их детей интересны только быстрые способы достижения успеха – путь их мамы покажется им слишком длинным и сложным. Для современной молодёжи альпинизм – слишком тяжкое увлечение. Долго, тяжело, и надо иметь громадную настойчивость. Подробно о своих восхождения Николь нам не рассказывает. Может быть, бережёт наши нервы, опуская самые неприятные моменты. Но на неё производит тяжёлое впечатление, как не сумевших самостоятельно дойти до вершины её попутчиков иногда приходится спускать на «волокушах». Организм их ломается. Ещё про другие неудобства: никакого душа в течение многих дней интенсивного движения – только влажные салфетки. Питание весьма ограниченное по ассортименту. Но все неприятности перестаёшь замечать, когда видишь эту красоту вокруг – горы, шапки снега, необычный свет, солнце, которое обжигает тебя даже через толстый слой крема. А ведь за этим всем стоит не только долгая, интенсивная и правильная подготовка, но и организм ещё должен быть генетически приспособлен к таким нагрузкам, к работе при низком проценте кислорода. Кто-то двигается нормально, а кто-то даже перестаёт что-то соображать – а ведь высоко в горах попадать в такое состояние опасно. Переживаю за Николь, ругаю её и настаиваю, что пора заканчивать. В хорошем смысле ругаю: пытаюсь объяснять, что самые сложные восхождения сродни игре в рулетку, что у них с Ильёй четверо детей, а это большая ответственность. И мы всей нашей большой семьёй за Николь опять переживаем. Илья какое-то время тоже пытался отговаривать. Но потом он мне сказал мудрые слова: «если не удаётся запретить, то значит, надо соглашаться и поддерживать её». И когда Николь в очередной раз возвращается, Илья сразу покупает ей фрукты, витамины… Николь вообще мало ест, а ведь надо восстанавливаться. Илья в этих вопросах хорошо разбирается. А я по ходу каждой её экспедиции молюсь, чтобы у Николь всё прошло спокойно и без ЧП. Но я понимаю, что у неё есть цель, и она добивается. Впрочем, надеюсь, что это восхождение было «крайним» в её карьере альпинистки».
