Труд: "ЖЕСТОКО, НО СЕРЬЕЗНО НАС К ВОЙНЕ ГОТОВИЛИ"

Главная Жизнь 01:01 09 Ноября 2005 221

"ЖЕСТОКО, НО СЕРЬЕЗНО НАС К ВОЙНЕ ГОТОВИЛИ"

В фильме группа призывников из Красноярска нежданно-негаданно попадает на войну в Афганистане. Эдуарду Исаченко пришлось пережить то же самое. Причем службу он проходил не где-нибудь, а именно в 9-й роте 345-го парашютно-десантного полка.

Рак Любовь

Напечатать

- Если честно, я был уверен, что сцену на призывном пункте снимали в Красноярске. И ребята, которые оттуда уходили, в этом тоже не сомневались. Настолько все похоже, достоверно. Но на премьеру в город приехали артисты Иван Кокорин и Сослан Фидаров, игравшие Чугуна и Пиночета, и рассказали: съемки проходили в Москве, на какой-то фабрике. Для нас это было просто удивительно.
- Не знаете, почему героями фильма стали красноярцы, а не жители другого города?
- Насколько известно, режиссер Федор Бондарчук служил в Красноярске. Когда-то он хотел попасть в Афганистан, но родители были категорически против. Думаю, своим фильмом он пытался отдать долг тем, кто все же ушел на ту войну. По-моему, это первое настоящее кино про Афганистан. Очень нужное, потому что подросло новое поколение, которое мало что знает о той войне.
- Когда новобранцем уезжали из Красноярска, знали, что отправляетесь в Афганистан?
- Про Афганистан даже мыслей не было.
О своей судьбе узнали только в Фергане, когда сошли с поезда. Нас построили и сказали: "Даем 20 минут - доедайте свои булочки. Будете служить в 345-м парашютно-десантном полку. Полгода - в Фергане, в учебном подразделении, полтора года - в Афганистане". Вот и все.
- Что вы тогда почувствовали?
- Ну это все равно что ехал на машине - и вдруг в тебя кто-то врезался. Ну, попали! Хотя оставалась надежда, что некоторые останутся служить здесь же, в Фергане. Физически слабых и психически неустойчивых посылали работать в столовую, на склады, в штаб рисовать разные плакаты. Надежды оправдались не у всех. Ведь нас отбирали еще в военкоматах, в команду записывали самых физически крепких. А я спортом занимался, еще до армии совершил три прыжка с парашютом.
- То есть не было такого, как в кино, когда генерал в последний раз просит всех подумать и сделать шаг вперед тех, кто не готов идти на войну?
- Было. Но выходить перед строем, перед друзьями, с которыми полгода прожил в учебке, стыдились. Те, кто выходил, сразу теряли уважение товарищей.
- Учебка в фильме и в жизни похожи? Некоторые артисты говорили: у них впечатление, что снимались в спортивном фильме, очень много бегали, прыгали, по горам лазали.
- Очень похожи. Я не знаю, на сколько я похудел тогда, но первую неделю не ел вообще ничего. В горло не лезло. С домашних пирожков переходить на пустую перловую кашу трудно. Правда, потом, через недельку, все так вкусно стало! И очень большие нагрузки: на утренней зарядке три километра бегом, весь день - кроссы по горам с полной выкладкой.
- А прапорщика своего помните? Такой же был, извините, контуженный?
- Ну да. Прапорщика хорошо помню. "Это залет" - такое выражение из фильма часто и мы употребляли. Если бы не подобные строгие прапорщики, потерь было бы гораздо больше. Почти все офицеры, которые работали в Фергане, раньше служили в Афганистане. Они знали, что многие из нас не вернутся. Жестоко, но очень серьезно нас к войне готовили. Теперь я своему прапорщику благодарен. Мало того, отслужив месяц в Афганистане, мы уже тогда были ему благодарны.
- Вы попали в разведвзвод 9-й роты?
- Да. И я единственный из всего призыва отслужил там от звонка до звонка. Кто-то погиб, кто-то подорвался на мине и стал калекой. Взвод постоянно обновлялся. Обычно нас забрасывали на место на "вертушках", либо мы шли "на броне". А потом пешком поднимались в горы и занимали высоту. Если все было в порядке, докладывали по рации - и за нами шли остальные.
Самое страшное из того, что пережил, - минное поле в Панджшере. Прочесывали ущелье, уже выходили на наш блокпост, на гору, и вдруг попали на минное поле. Парни начали подрываться впереди, сбоку, сзади. Взрывы, гарь, копоть, песок, стоны, крики. Сразу команда: всем стоять! Но надо же ребят перевязать, жгут наложить, обезболивающее вколоть. Вот и думай - что делать? Двинешься - можешь стать следующим. На том минном поле, кстати, был тяжело ранен красноярец Миша Лукаш - мы вместе призывались. Ему оторвало ногу и выбило глаз. Он потом долго лечился, мотался по госпиталям. Уже лет десять его нет в живых...
А тогда всех перевязали, всех вынесли. Шли уже осторожно, оглядываясь на каждый камешек. Вообще никогда никого не оставляли на поле боя. Про раненых и не говорю - убитых даже. Если только некому было выносить... И все равно потом прилетали "вертушки" и собирали погибших. Вертолетчиков очень уважали: во-первых, за профессионализм, во-вторых, за бесстрашие. Они умудрялись посадить машину даже там, где сделать это было невозможно, - на одно колесо, на какой-то уступ. Лопасти запросто могли задеть за скалу, и "вертушка" вместе с летчиками рухнула бы вниз.
- Вы на том минном поле тогда тоже пострадали?
- Да, ранение. Мелкими камнями и осколками были повреждены роговицы глаз. Неделю вообще ничего не видел, думал, что потеряю зрение, но обошлось. Ну и самого осколками побило - в госпитале их из меня выковыривали. Три месяца пролежал, вылечился и вернулся во взвод. Хотя в госпитале оставляли служить. Я решил, что это будет нечестно по отношению к ребятам. Да и они скажут: "Вот, в медсанчасти спрятался".
- Как вам кажется, вы похожи на кого-то из героев фильма?
- Наверное, на каждого по чуть-чуть. Например, на Джоконду в тот момент, когда он в первый раз выстрелил в человека и ему было плохо. А наши ребята говорят, что я сильно похож на прапорщика Хохла, которого играет Федор Бондарчук. Вот уж не знаю.
- А девушка вас ждала?
- Одна девушка писала и вроде бы ждала, но не дождалась. Впрочем, я с ней познакомился за месяц до армии и каких-то сильных чувств, великой любви не испытывал. Поэтому не было иллюзий. Но одного из моих товарищей девушка ждала всерьез. И мы над ним, как в кино, вечно шутили: ага, ты тут воюешь, а чем она там, интересно, занимается?.. Но смеялись зря. Как раз эта девушка дождалась, мало того, потом вышла за него замуж, хотя он стал инвалидом. Ребенок у них родился. Таких женщин в армии очень уважают. А парня, увы, теперь уже тоже нет в живых...
Мы каждый год встречаемся, но я очень давно не видел, чтобы мои товарищи, 35-40-летние мужики роняли слезу.

Жизнь 00:01 / 14 Августа 2026 31760

Рожайте, если приспичило

В ходе очередной «реформы» петербургская медицина погрузилась в хаос

Ирина Смирнова

Труд

Примерно так ответили медики жительнице Санкт-Петербурга, которую не смогли довезти до роддома. Скорая с роженицей застряла в пробке в центре города на Неве, и тогда без пяти минут маме предложили дойти до роддома...