Труд: ЩИ ИЗ ТОПОРА,

Главная Жизнь 01:01 11 Января 2000 161

ЩИ ИЗ ТОПОРА,

Об этом мы беседуем с депутатом Государственной Думы Павлом Медведевым. Он долгие годы возглавлял подкомитет Думы по банковскому законодательству

Дьяченко Александр

Напечатать

- У российской законодательной системы есть интересная особенность. Когда готовится и рассматривается закон, не слишком влияющий на повседневную жизнь, на экономику, финансовую систему, то препятствий обычно не возникает. Разве что поспорят о названии. Но как только речь заходит о чем-нибудь, непосредственно связанном с экономикой страны, бюрократическая машина включается на полную мощность.
- Это правда, что за последние годы три закона, касающиеся банков, получили восемь вето в разных инстанциях? Неужели они так плохо были подготовлены?
- Вы правы: три важнейших закона - "О банках и банковской деятельности", "О несостоятельности (банкротстве) кредитных учреждений" и "О гарантировании вкладов граждан в банках" получили почти по три вето каждый. Главная причина: подобные законы затрагивают интересы слишком многих влиятельных групп.
Возьмем, к примеру, закон о гарантировании вкладов. Он был внесен в Государственную Думу еще 4 июня 1996 года, но до сих пор не утвержден. Не один год понадобился на то, чтобы те, от кого зависит его принятие, осознали необходимость такого закона. Против него возражали прежде всего олигархи. Каждый из них полагал, что с их-то банками никогда ничего плохого не произойдет, и поэтому беспокойство законодателей об интересах вкладчиков казалось им излишним. Но, как говорят, человек предполагает, а Бог располагает: крупнейшие банки оказались погребенными августовским кризисом 1998 года.
-Но ведь принятие такого закона в интересах не только вкладчиков, но и всей банковской системы, экономики в целом...
- Общие разговоры о благе страны - на это у нас никто не скупится. Конкретные же дела - вопрос совсем другой. Суть закона о гарантировании вкладов очень проста. Те банки, которые хотят работать с населением, должны принять меры, чтобы обеспечить своим вкладчикам возврат их сбережений в случае непредвиденных обстоятельств. Для этого предлагалось создать механизм, который хорошо зарекомендовал себя в других странах.
Государство должно создать корпорацию, которая в случае чего вернет деньги населению. Капитал такой корпорации формируется следующим образом - сразу после ее учреждения по одному миллиарду рублей вносят правительство и Центральный банк. Затем происходит перерегистрация лицензий банков, дающих право работать с физическими лицами. При этом банки должны внести в корпорацию 0,5 процента собственных средств. Кроме того, они должны вносить ежеквартально 0,15 процента от суммы остатков средств граждан на своих счетах. В результате корпорация получит капитал, который затем сможет использовать для возврата вкладов погоревших банков.
Суммы эти в начальный период будут небольшими. Стопроцентный возврат может гарантироваться лишь вкладам в размере не более 20 минимальных окладов труда. Это почти ничто. Например, в США сегодня гарантируется полный возврат вклада в сумме до100 тысяч долларов... Но главное - начать поступательное движение. Не забывайте, что сразу после великой депрессии 1929 года американское законодательство гарантировало физическим лицам возврат лишь трех тысяч долларов.
- Выходит, что олигархи сэкономили процент, а потеряли все?
- Дело не только в скупости банкиров, это было бы слишком просто. Основная причина противодействия принятию необходимых банковских законов в том, что они закроют существующие в законодательстве дыры, лазейки. В мутной воде легче рыба ловится. Система коммерческих банков России создавалась в конце восьмидесятых - начале девяностых годов практически с чистого листа. В том смысле, что регулирующих банковскую деятельность законов было недостаточно. А если нет законов, которые надо обходить, деньги делаются легко. А от привычки к легким заработкам избавиться непросто.
- И все-таки трудно представить, что отдельные лица могут так серьезно влиять на законодательный процесс. Ведь Россия как никак демократическая страна. Это продемонстрировали и прошедшие недавно выборы в Думу. К слову, разрешите поздравить вас с победой на них.
- За поздравление спасибо. А что касается демократии, то напомню, что она немыслима без демократических процедур. Подготовка, согласование и принятие закона - сложная, громоздкая процедура, в которой участвуют десятки министерств и ведомств, сотни людей. У каждого из них - свой характер, свои интересы и предпочтения. На каждом этапе процесс можно ускорять, а можно и тормозить, вставлять в колеса палки. Например, Закон "О несостоятельности (банкротстве) кредитных учреждений" мы внесли в Думу ранее чем за год до августовского финансового кризиса - 15 апреля 1997 года. Принят же он был через многие месяцы после того, как активы большей части лопнувших банков уже растащили,- президент подписал его 25 февраля 1999 года. Спасибо МВФ - если бы не его настоятельные рекомендации, то и этот закон не был бы принят до сих пор.
Порой дело доходит до абсурда. В общих чертах порядок подготовки рассмотрения закона в Думе таков. Разработанный специалистами проект документа тиражируется и рассылается министерствам и ведомствам. Каждый министр выбирает себе части документа, так сказать, по интересу и начинает их "улучшать". Не делать этого он не может, потому что обязательно должен показать свою значимость. Причем нередко многие вносимые поправки противоречат друг другу. После этого, изменившись до неузнаваемости и, как правило, не в лучшую сторону, документ возвращается обратно в Думу. Именно в таком виде депутаты должны его теперь рассматривать.
Всем становится очевидно, что закон никуда не годится. А принимать его надо. Как тут быть? Я это называю "варить щи из топора" - знаете, как это делается? Кроме топора, в котел кладут картошечку, курочку, зелень, приправу. Потом, когда все это сварится, топор вынимается - и еда готова. Примерно то же самое приходится проделывать с "улучшенными" в разных инстанциях законами, которые, пройдя через бюрократическое сито, превращаются в тот самый бесполезный для стола "топор". Попросту говоря, их приходится целиком переписывать. Но и это теперь сделать нелегко - ведь мы не имеем права своими поправками изменить концепцию поступившего к нам закона.
- Неужто нет никакой возможности "осушить" это бюрократическое болото? Так и будем в нем барахтаться из года в год?
- Ситуация вовсе не безвыходная. Недавно в составе группы депутатов, победивших на выборах в одномандатных округах, я участвовал во встрече с Владимиром Владимировичем Путиным. Рассказал о том, что мешает принятию необходимых для страны, банковской системы и ее вкладчиков законов. И, как мне показалось, встретил со стороны главы государства полное понимание. Я предложил создать такой механизм, чтобы все поправки и пожелания заинтересованных министерств и ведомств вносились на стадии разработки, до того, как проект закона становится официальным документом. Только так можно остановить бюрократическую карусель и ускорить принятие законов, столь необходимых реформируемой экономике России.

Жизнь 00:21 / 04 Сентября 2026 16289

Им просто хотелось посмотреть, что такое смерть

Преступность среди детей и подростков растет и молодеет

Ирина Смирнова, Санкт-Петербург

Труд

В 2025-м в городе на Неве подростковая преступность выросла сразу на 45%: 607 преступлений против 413 годом ранее. Резко увеличилось количество тяжких и особо тяжких криминальных деяний — со 188 до 318....