- На протяжении 100 километров, пока плыли, - рассказывает старший научный сотрудник Красноярского НИИ экологии рыбохозяйственных водоемов и наземных биосистем Владимир Заделенов, - мы насчитали пять мощных стоянок. Оснащены они по последнему слову техники. Понятно, что простой работяга не может заплатить 150 тысяч рублей за мотор, еще 30 - 35 тысяч за бензин, да 10 - за сети и самоловы. Менее состоятельные браконьеры на Чулыме тоже промышляют, но они все-таки стараются не попадаться на глаза. А эти открыто стоят на берегу и ловят рыбу. Прежде всего - осетра и стерлядь, а также нельму. На осетра ставят самоловы, на нельму - перетяги, полностью перегораживают реку сетями.
На большом Енисее - ситуация не лучше, хотя главную реку в отличие от других пытаются хоть как-то охранять. Тем не менее с начала 90-х годов здесь расцвело браконьерство. Понятно - почему. Практически все организации, рыбпром, геологические экспедиции, благодаря которым и существовали прибрежные поселки, рухнули. Людям надо было как-то выживать, кормить семьи - и они отправились на реку.
Но к концу 90-х так называемое бытовое браконьерство резко трансформировалось. Рыбаки стали работать не сами по себе - на богатого дядю. Хозяин оплачивал их труд, обеспечивая техникой, снастями, бензином. А главное - он мог доставлять рыбу в Красноярск или Москву. Причем воздушным транспортом - чтобы ценный продукт не успел испортиться. Есть две точки на Енисее, откуда регулярно летают самолеты и вертолеты, - Туруханск и поселок Бор. Казалось бы, чего проще - перекрыть браконьерам каналы, однако никто этого почему-то не делает.
С 1998 года в Енисее официально запрещено ловить рыбу осетровых пород. Но браконьеры, конечно, этим пренебрегают. По оценкам специалистов, сегодня в Красноярском крае незаконно добывается 250 - 300 тонн осетра в год. Рыбу свободно продают на рынках страны - и никого это не беспокоит. Практически все ценные речные породы, лежащие на московских прилавках, - из "левого" улова.
Под запретом и стерлядь. Когда-то ее было много в Ангаре - добывали до 1300 тонн. Сегодня поймать здесь стерлядь - большое рыбацкое счастье. Тем не менее браконьеры выгребают по 80 - 100 тонн - то есть практически подчистую. Но сколько это может продолжаться? Специалисты дают неутешительный прогноз: к 2025 году стерлядь просто исчезнет.
Особо надо сказать о таймене. Сразиться с царь-рыбой, достигающей, бывает, двух метров, - мечта каждого настоящего рыбака. Помочь в ее осуществлении сегодня готовы многие турфирмы, в том числе столичные. Они организуют групповые и индивидуальные туры, завлекая любителей острых ощущений экзотической рыбалкой. Однако отлов тайменя на территории Красноярского края тоже запрещен. Добывать его можно в Эвенкии, и то - при наличии лицензии. Впрочем, среди туристов приобретает популярность так называемая рекреационная рыбалка. Состоятельные люди прилетают на сибирские речки, с удовольствием рыбачат, но их интересует не столько добыча, сколько фотографии и видео. Гости ловят того же тайменя, но, попозировав перед камерой, отпускают его на волю.
- Рыба - такой же наш общий ресурс, как воздух, земля, небо, - рассуждает Владимир Заделенов. - И требует не менее бережного отношения. С 1917 года в России не существует закона о рыболовстве. Есть правила, но они касаются только добычи: где и что можно ловить. Ни слова о воспроизводстве. Закон мог бы вменить рыбакам определенные обязанности. Если, допустим, кто-то не в состоянии заниматься разведением мальков, то должен платить какие-то взносы. Кстати, в Красноярске такая работа ведется: мы создаем маточные стада осетра, каждый год выпускаем в реку мальков. Но необходимы особо охраняемые природные территории. И первый такой ихтиологический заказник скоро должен появиться - как раз на Чулыме, где свирепствуют браконьеры. Место выбрано не случайно.
Прежде обский осетр давал 90 процентов всей добычи осетровых в Сибири. Однако браконьеры, гидростроители, газовики и нефтяники сделали свое дело - около десяти лет назад он был занесен в Красную книгу. Томские ученые посчитали, что молодняк осетра появляется ниже устья Чулыма - и открыли здесь заказник. Но позже выяснилось, что нерестилища и зимовальные ямы находятся дальше, в соседнем Красноярском крае. Рыба, она свободная - плавает куда хочет, что такое административное деление, не понимает. И получается, что, с одной стороны, люди ее охраняют, а с другой - ставят сети. Чтобы этого не происходило, томский губернатор обратился к красноярскому коллеге с предложением вместе охранять общее богатство. Так появилась идея создания первого межрегионального заказника.
Вот только с браконьерами нельзя договориться...
11:59
1737 АЗС для Pulsar
