Труд: ЯДОВИТОЕ НАСЛЕДСТВО

Главная Жизнь 01:01 18 Марта 2000 132

ЯДОВИТОЕ НАСЛЕДСТВО

Наша газета не раз обращалась к ситуации с захоронениями химических арсеналов на дне Балтики. Представляем точку зрения еще одного ученого. "А мне балтийский ветер - лучший друг" - эти слова из песни, с успехом исполнявшейся в свое время Эдитой Пьехой, по

Струженцов Дмитрий

Напечатать

- С 1945 по 1947 год на дне Балтийского моря было захоронено несметное количество боеприпасов - авиабомб, снарядов, мин, начиненных отравляющими веществами. Общее количество таких боеприпасов исчисляется цифрой в 260 тысяч тонн. Представляете себе, каким может стать балтийский ветер, если в водах Балтики растворятся все эти вещества?
- Напомните, как "богатство" оказалось на дне морском.
- Когда закончилась вторая мировая война и Германию поделили между союзниками на оккупационные зоны, в каждой обнаружились огромные запасы отравляющих веществ. Гитлеровцы многие годы накапливали их, но так и не решились применить. После войны эти смертоносные накопления стали трофеями стран антигитлеровской коалиции. Больше всего такого "добра" оказалось на территории оккупационных зон США и Франции. В советской зоне их тоже было более 35 тысяч тонн.
Сообща союзники приняли поспешное непродуманное решение - затопить эти трофеи в глубоких впадинах Балтийского моря. Эту масштабную операцию осуществляли военные специалисты Великобритании, Франции, США и Советского Союза. Американцы загружали боеприпасы на трофейные немецкие корабли, выводили их в глубокие места Балтики и там затопляли опасный груз вместе с судами. Советское командование приняло иное решение - корабли не топить (в хозяйстве, мол, сгодятся), а боеприпасы просто разбросать по дну с движущихся судов. Так сказать, "рассеять". К слову, это в экологическом отношении оказалось более правильным решением - снаряды и бомбы за долгие годы глубоко ушли в илистое или песчаное дно, их покрыли осадочные породы, и особой опасности они теперь не представляют. Другое дело - снаряды и бомбы, что лежат в трюмах затопленных судов.
- В чем разница?
- А в том, что глубинные впадины Балтийского моря образованы устойчивыми сильными течениями. Они несут с собой песок, который играет роль своего рода наждака. А потому сейчас, после полувекового лежания на дне, эти боеприпасы особенно опасны.
- А может, опасность кем-то сознательно преувеличивается? Ведь химические соединения, как правило, не обладают большой стойкостью. Возможно, иприт уже давным-давно разложился на какие-то составные, не представляющие собой серьезной опасности?
- Глубокое заблуждение. Мне пришлось недавно встречаться с представителями немецкой химической фирмы И.Г. Фарбен Индустри - той самой, что производила в годы войны почти все эти ОВ. Так вот, специалисты подтвердили, что захороненные в Балтике ОВ не утратили своих смертоносных свойств и по-прежнему угрожают населению прибалтийских стран немалыми бедами. Не случайно власти ФРГ еще в 50-е годы полностью очистили принадлежащие Германии водные территории от имевшихся там боеприпасов.
- Но это опасения. А есть ли какие-нибудь подтверждения?
- Увы, есть. Первые признаки попадания ОВ в воды Балтики появились во второй половине 90-х годов. Пришло время разрушения оболочек боеприпасов, и теперь процесс загрязнения Балтики пойдет с нарастающей интенсивностью. Если он не будет остановлен, нарушится экосистема Балтийского моря. Будет отравлена, если так можно выразиться, вся биологическая цепочка: микроорганизмы, планктон, рыбы... И тогда процесс окажется необратимым.
В Швеции я встречался с рыбаками, которые в последние годы стали страдать от многих ранее неведомых им заболеваний легких, рака... Причина - в орудиях лова, которые соприкасаются с зараженным илом и придонным планктоном. Известны и случаи отравления людей зараженной рыбой. Но это - только начало.
В западной печати (да и у нас, кроме "Труда") пока об этом мало пишут. Понятно: Швеция, Дания, Польша - страны, получающие немалый доход от туризма, торговли продуктами моря. Не в их интересах сеять тревогу по поводу загрязнения Балтийского моря. Это неизбежно ударит по бюджету этих стран и соответствующих фирм. Но факт остается фактом: люди болеют, попадается в сети отравленная, опасная для употребления в пищу рыба.
Зато о том, что Петербург сбрасывает в Финский залив недостаточно очищенные производственные и бытовые отходы, пишут много. Наверное, так и надо, да только по сравнению с той бедой, которой грозят подводные захоронения ОВ, сбросы Петербурга - сущие пустяки.
Впрочем, сейчас важно не столько то, как об этом говорят и пишут, сколько дела. В Дании, к примеру, построили завод по переработке химических боеприпасов. Их поднимают со дна и перерабатывают, получая при этом еще и коммерческую выгоду. Но мощность завода мала, кардинально проблему это единственное предприятие не решает.
Водам у берегов Дании угрожает трагедией подводный склад ОВ у острова Борнхольм, в шведских водах много снарядов и бомб захоронено у острова Готланд. Именно на этом острове и болеют рыбаки. Больше всего боеприпасов - более 130 тысяч тонн - в проливе Скагеррак, через который проходят интенсивные международные пути...
- А что происходит в российских водах?
- В Финском заливе таких захоронений нет. Но это не уменьшает грозящую нам беду. Балтика - единая система, и размыв ОВ у берегов Швеции или Дании очень скоро достигнет и Финского залива, и побережья Калининградской области. А ведь именно сюда устремляются весной на нерест несметные косяки рыбы. А если она окажется отравленной?
- Так как же, Михаил Борисович, эту беду предотвратить?
- Все места подводного захоронения химических боеприпасов хорошо известны. Учеными многих стран было проведено множество исследований, организовывались комплексные экспедиции, проводились международные встречи. К сожалению, конкретных действий за всем этим пока не последовало.
Недавно члены "Пагуошского движения" - российские ученые вместе с представителями общественных организаций, Комитета ветеранов войны обратились в правительство России с просьбой на официальном дипломатическом уровне поставить перед странами Балтии вопрос об очистке Балтийского моря от захоронений ОВ совместными усилиями. Вот это надо делать безотлагательно, трагедией грозит каждый упущенный год, даже месяц.
Есть несколько направлений работы. Скажем, там, где снаряды и бомбы были захоронены, что называется, россыпью и за полувековой период ушли глубоко в донный грунт, их можно и не тревожить: практически они безопасны. Сложнее - с теми захоронениями, где боеприпасы оказались сваленными грудой или захоронены на затопленных судах. Там требуются специальные сложные работы, основанные на международном сотрудничестве. Такие работы потребуют немалых средств, но другого не дано. Тут либо затраты, либо катастрофа. Надо сделать так, чтобы балтийский ветер снова был нам другом...

Жизнь 00:21 / 04 Сентября 2026 16246

Им просто хотелось посмотреть, что такое смерть

Преступность среди детей и подростков растет и молодеет

Ирина Смирнова, Санкт-Петербург

Труд

В 2025-м в городе на Неве подростковая преступность выросла сразу на 45%: 607 преступлений против 413 годом ранее. Резко увеличилось количество тяжких и особо тяжких криминальных деяний — со 188 до 318....