Российской политике требуется новая кровь. Это позволит сохранить единство страны и избежать трагических сценариев. Об этом прямо сказал президент Владимир Путин на видеоконференции с участниками праймериз «Единой России». Что это — слова ободрения или программа действий?
Борис Кагарлицкий, директор ИГСО
— Когда российские политики говорят о чем-то важном, это совсем не значит, что они собираются предпринять нечто действительно конкретное. Просто у спичрайтеров в Кремле такая работа: найти правильные, желательно актуальные, слова. А что дальше — это уже совсем другой вопрос. Речи про обновление политических кадров мы слышим уже более десяти лет. Внутри существующей системы что-то, бывает, и меняется: кто-то уходит на пенсию, кто-то выходит из доверия. Но это все частности, а не система. При действующих порядках думать, что по государственным сосудам сейчас потечет свежая кровь, наивно.
Павел Салин, директор центра политических исследований Финансового университета
— Ожидаемое заявление. Не первый год социологические замеры показывают, что у граждан есть запрос на смену картины власти. Пора менять фигуры, которые сидят в телевизоре лет по 15, а то и больше. Разумеется, Владимир Путин не может игнорировать такой запрос. Откуда брать свежие силы? Прежде всего из регионов. Это позволит расширить мобильность, привнесет во власть новые идеи, укрепит политическую систему. Если власть продолжит окукливаться, она перестанет быть властью.
Эдуард Лимонов, писатель
— Слова про новую кровь могут означать что угодно. Честно скажу: я не верю в серьезные перемены «сверху». Если придерживаться старого курса, то власти есть откуда брать кадры: те же ОНФ, «Единая Россия». Может быть, их имел в виду президент? Чтобы в политику вошли по-настоящему свежие силы, нужно отпускать вожжи. Несколько лет по-настоящему публичной политики исправили бы ситуацию в стране. А пока я бы смягчил требования к регистрации партий, которые хотят идти на выборы.
Леонид Радзиховский, публицист
— Понятно, почему президент сделал такое заявление. Застой ужасный, хотя и не совсем такой, как при Брежневе. Но неподвижность, несменяемость высших кадров очевидна. Возможность подняться на лифтах есть только у своих. В этом и беда замкнутых политических режимов. Все ощутимей дефицит новых, остроумных решений, без которых невозможно двигаться. Едва ли старые кадры справятся с вызовом. Да, у нас крайне высокая текучка депутатов. Но какая разница, кто давит на кнопки? Все ключевые решения остаются у администрации президента и правительства.
