История это давняя, но одна из самых памятных в моей журналистской жизни. Знакомство с Батыром случилось более 40 лет назад в зоопарке зарубежной ныне Караганды. Мои земляки трепетно относились к звериному оазису в центре степного шахтерского города, вот и я часто наведывался к братьям нашим меньшим. И однажды...
Рабочие зоопарка, обступившие вольер с молодым слоном, вели себя очень интригующе. Заинтересовался. Мужики были явно навеселе, то и дело оглашали округу громким хохотом. Слон приветливо тянулся к ним хоботом, прядал ушами и по-цирковому вставал на задние ноги.
— Батыр! Батыр! — кричала возбужденная компания, и каждый норовил угостить дружелюбное животное.
Полюбовавшись слоном, я уже собрался уходить и на прощание протянул могучему красавцу леденец. Слон конфету принял, сунул хобот в пасть и глухо проговорил:
— Батыр хороший...
Я онемел. Рабочие корчились от хохота. А слон продолжил:
— Еще буду...
Глухо произнося слова, он каждый раз совал в рот хобот, используя его как своеобразный резонатор, и, казалось, снисходительно поглядывал на окружающих.
Я зашарил по карманам, но больше ничего съестного не нашлось. Слон разочарованно помахал хоботом, а потом вдруг произнес несколько известных матерных слов: дескать, ходят тут всякие без гостинцев: Матерился слон умело и беззлобно.
Говорящий слон! Сенсация!
За разъяснениями я бросился в администрацию зоопарка. Директор, в отличие от слона, молчал, как партизан, но потом все-таки признался: да, такой вот феноменальный слон. Говорящий. Но это не для печати, жалобно попросил директор.
В слоновьей истории были деликатные, так сказать, обстоятельства. «Беседовать» Батыр начинал не всегда, а лишь после того, как рабочие вливали ему в ведро с водой пару бутылок водки. И словарный запас сформировался у слона своеобразный, сами понимаете какой. Такие уж у Батыра оказались учителя, такая подобралась компания...
По моей просьбе приятель, корреспондент республиканского радио, попытался зафиксировать сенсацию и сделать репортаж о говорящем слоне. Пришел на запись с несколькими бутылками водки и даже коньяк прихватил — чтобы и смотрителям-рабочим, и самому слону хватило. Но, видимо, переусердствовали ребята с горячительными напитками. Сам-то процесс интервью прошел весьма живо и к всеобщему удовольствию, но смонтировать потом пленку для эфира не удалось — вся запись состояла из отборного мата. Справедливости ради надо сказать, что не только слоновьего.
Так и стал уникальный карагандинский слон Батыр засекреченным объектом: говорить-то говорит, но выпивоха и матерщинник. Непорядок! С этим тогда было строго. А я в ходе общения с Батыром обнаружил дикие и подлые факты: местным городским начальникам приглянулись, оказывается, звериные деликатесы, и они поставили себя на продуктовое довольствие в зоопарк, беззастенчиво объедая мартышек и других хвостатых обитателей. Именно об этом я тогда напечатал злой фельетон в «Комсомольской правде». После публикации было возбуждено уголовное дело. Но самое страшное: мою заметку прокомментировала радиостанция Би-би-си. По тем временам это было чрезвычайное событие. В Караганду потоком хлынули возмущенные письма и... денежные переводы — на прокорм голодных животных.
Может, Батыр и заговорил только потому, что хотел привлечь внимание к проблемам зоопарка? И это ему, представьте, удалось! О дальнейшей судьбе говорящего слона я долго ничего не знал — Казахстан стал суверенной республикой, деловые связи оборвались. Но однажды об удивительном моем знакомце мы неожиданно разговорились с бывшей сотрудницей Московского зоопарка Натальей Истратовой.
— О Батыре я наслышана, — призналась известный зоолог. — К сожалению, в свое время никто толком не изучил этот феномен, а теперь поздно: Батыра не стало. Надо признать, у Батыра странная судьба. Его долго содержали в тесной клетке, там он даже бивень сломал. Чудом остался жив, когда зоопарк сгорел. Возможно, именно стрессовые ситуации оказали влияние на развитие уникальных способностей слона.
Что к этому можно добавить? Ведь нас не удивляют говорящие попугаи — привыкли. А Батыр, конечно, уникум...
