Умильные кадры забавных зверушек на федеральных телеканалах разбавляют новости с полей спецоперации, перемежаются с напряженно-агрессивными лицами спикеров по украинской теме. Первый зампредседателя комитета Госдумы по экологии Владимир Бурматов стал одним из самых востребованных для СМИ комментаторов: как защищены от насилия домашние питомцы, каковы обязанности их хозяев, как оградить зверей и людей от проблем и бед?
Несколько дней Москва и окрестности, а вместе с ними и остальная Россия обсуждают обстоятельства нападения обезьяны на малолетнего ребенка. Бурматов нарасхват, он докладывает: ситуация на контроле. В мгновения ока к теме подключаются МВД и Следственный комитет, заводятся два уголовных дела. Бесконечные комментарии и расследования заполняют эфиры и полосы газет. По косточкам разбираются детали жизни обезьяны, ее владельцев, пострадавших, их соседей и родственников...
Но история с человекообразным по рейтингу и охвату аудитории не идет в сравнение с душещипательной эпопеей мишки на Севере, которая была разыграна при поддержке федеральных СМИ и компании «Норникель». Наверное, нет в России человека, который бы теперь ее не знал: белая медведица с застрявшей в пасти банкой сгущенки пришла к людям за медицинской помощью. И эта помощь была немедленно оказана! Администрация Красноярского края обратилась в Москву, там тут же отреагировали. И вот уже, как доложила стране глава Росприроднадзора Светлана Радионова, в Заполярье был по тревоге отправлен ветеринарный врач из зоопарка с необходимым запасом оборудования и ветеринарных препаратов. Федеральные информационные агентства с пометкой «молния» передавали текущие новости: летящий в заполярный Диксон (именно там развернулась драма с банкой) спасать медведицу столичный доктор застрял по дороге из-за непогоды. Подробности обездвижения животного и операции по изъятию консервной банки становятся достоянием миллионов. Вся Россия приникла к телеэкранам, ловя сообщения о здоровье медведицы. И специалисты-зоологи тут как тут: рассказывают стране, почему медведи слоняются вблизи жилья, как вести себя, если вы случайно встретите их на улице.
И вот вроде бы финал: в прямом эфире в вечерний прайм-тайм ветеринар бравурно сообщает о том, что банка сгущенки успешно извлечена, медведю, который поранил пасть, предоставлен необходимый запас еды на то время, пока он сам не сможет ее добывать. Успех операции должен был продемонстрировать стране и миру мощь отечественной ветеринарии и доброе сердце всех причастных и непричастных. Лавры виктории разделила компания «Норникель», которая финансировала эпопею со спасением медведицы: самолеты, вертолеты, ветеринары и прочее, и прочее...
И все бы хорошо. Но тут благостную картинку слегка подпортил председатель Совета депутатов Диксона Александр Сергеев, посетовавший, что непрерывно звонящие ему представители СМИ, интересуясь зверем, ни разу не спросили, как живут на Диксоне люди. «Могу заявить откровенно, в Диксоне наблюдается полное отсутствие медицины как таковой, — рубанул правду-матку депутат. — Местная амбулатория закрыта, так как единственная работающая в ней медсестра ушла в отпуск. Все, что предлагается местному населению, включая сорок детей, — это клизма и градусник...»
Вынуть консервную банку из пасти зверя не такая уж сверхзадача, если за дело берутся федеральные СМИ, Росприроднадзор и целая компания «Норникель», которая в прошлом году одномоментно заплатила за ущерб природе более 140 млрд рублей и не поперхнулась. Другое дело — организовать мало-мальски приемлемое и систематическое медицинское обслуживание в заполярном поселке. Когда-то здесь была своя больница, медпункт, врачи и медсестры. Но сейчас другое время, медицинские у-слуги дороги, сохранять здоровье людей стало накладно. А потому ближайший оборудованный медпункт, как утверждает господин Сергеев, находится в 700 км от Диксона, добраться туда можно только на самолете. В экстренных случаях приходится вызывать медицинский вертолет, а если погода нелетная — уповать на волю Божью.
В середине 1980-х в Диксоне было больше 5 тысяч жителей. По состоянию на январь 2022 года остались 510 человек. Все, кто мог, уехали на материк. Будущее этого форпоста России в Заполярье туманно. Зарплаты низкие, работа есть не для всех, а цены выше «материковых». Подобная ситуация во многих уголках России. Но сделать из этого сенсацию, обсудить это в ходе всероссийского ток-шоу, исправить что-то никто даже не пытается. Это же не медведи, а люди.
Можно провести параллель и с прозвучавшим не так давно предложением главы Следственного комитета России Александра Бастрыкина возбуждать уголовные дела по преступлениям против России и ее граждан за границей: «Целесообразно закрепить возможность возбуждать российским следователям уголовные дела при совершении за пределами РФ преступления, затрагивающего интересы нашего государства либо гражданина, вне зависимости от результатов уголовного преследования лица либо постановления судом приговора в иностранной юрисдикции». Но не стоит ли сначала сделать неотвратимыми наказания за преступления внутри страны? Мой личный опыт показывает, что уголовные дела чаще возбуждаются, только если есть труп или кровь, разлитая по телевизионным каналам. Угроза убийством, отказ от оказания медпомощи, бандитизм — это такие мелочи, на которые наши правоохранители не отвлекаются.
Вот и легкий конфуз с главой Совета депутатов Диксона вряд ли как-то повлияет на ситуацию в этом поселке и его окрестностях. Поговорили — и забыли.
А в это время
2 августа в Диксоне стартует Всероссийский проект «Наша Арктика. Наследие». «Задачей проекта является сохранение исторической памяти о героях Великой Отечественной войны на территории Арктики и усиление патриотического воспитания молодежи, — говорится на сайте центра «Наследие». — В рамках проекта сотрудники центра «Наследие» окажут властям Диксона помощь в сохранении монументов, посвященных павшим морякам времен Великой Отечественной войны. На территории площадью 20-30 га планируется провести уборку отходов, покрасить памятник и разобрать ангар. Участникам проекта предоставят технику и спецоборудование: трактора, бульдозеры и прицепы. Предусмотрена экипировка, флаги, значки и иная продукция с символикой проекта».
Вот если бы еще кто-нибудь врача в Диксон прислал. И не ветеринара, а хотя бы терапевта.
