Труд: ЛЮДМИЛА ТИБРЯЕВА: "НАС МАЛО, НО МЫ В ТЕЛЬНЯШКАХ"

Главная Жизнь 01:01 02 Марта 2000 128

ЛЮДМИЛА ТИБРЯЕВА: "НАС МАЛО, НО МЫ В ТЕЛЬНЯШКАХ"

Двенадцать лет назад Людмила Тибряева получила знак "Капитан дальнего плавания" за номером 1851. Она - не только первая в Мурманском пароходстве женщина - арктический капитан, которых в мире меньше и сегодня, чем женщин-космонавтов. "Ледовый" капитан Людм

Мамедова Майя

Напечатать

- Людмила Анатольевна, тридцать три года отдано морю. Вспомните свой первый причал, откуда начиналась биография.
- Это Мурманск, с которым связаны соленые морские страницы моей жизни. Приехала я из Казахстана, и мне было 19 лет, когда поднялась по трапу на теплоход "Художник Крайнев". Накануне в отделе кадров пароходства мне посоветовали: "Переговори с капитаном, может, возьмет в палубную команду матросом". И Евгений Михайлович Гусев, капитан, дал согласие. 6 лет я красила, драила палубу, несла вахту наравне с другими матросами. Тогда я еще не думала о капитанском мостике, но и оставаться рядовой "плавсостава" было не в моем характере, который изрядно "подпортили" Грин, Паустовский и Жюль Верн. Поехала в Москву, думая попасть на прием к министру морского флота. Он, естественно, был занят, но заявление мое с просьбой разрешить учебу на судоводительском факультете ЛВИМУ им. адмирала Макарова попало ему на стол. Не помню сейчас, что я там написала, но резолюция была: "Принять в виде исключения".
Можете представить, что это было такое, если и сегодня порой слышу за спиной язвительное: "Женщина как биологический вид плавать не может". Чего мне стоило оказаться старпомом на борту "Тикси", который направлялся в Арктику, - один Бог да моя подушка знают. В 1987 году, став капитаном, убедилась, как правы мужчины: не женское это дело - ходить в море. Но возможность работать на равных с коллегами-мужчинами, если сделан выбор, у женщины должна быть.
- Вы человек упрямый...
- Раньше была упрямой, а вот упорства не хватало, потому не все и ладилось. Со временем многое из того упрямства, к счастью, перешло в упорство: на море иначе нельзя.
- Странно слышать в таком "некомандном" голосе металлические нотки. Кстати, как вы отдаете команды мужскому экипажу?
- Голос меняется в зависимости от ситуации: могу сказать "пожалуйста", но могу и так отчитать, что мало не покажется. Правда, замечания стараюсь делать с глазу на глаз: щажу мужское самолюбие. Но когда находишься в море по 7-8 месяцев, капитанские нервы, как и у экипажа, могут сдать. Экстремальных ситуаций на море достаточно. До сих пор помню рейс, когда у меня с девятиметровой высоты упал матрос на деку трюма. К счастью, на борту оказался такой опытный врач, как Юрий Сахаров: он буквально вытащил парня с того света. В том же рейсе у моториста "крыша поехала": долгие месяцы плавания не лучшим образом сказываются на психике мужчины.
- А как же тогда с расхожим мнением, что у моряка невеста в каждом порту?..
- Ну вспомните еще так называемую "продукцию" секс-шопов: чушь все это. Не каждый мужчина пойдет "расслабляться" в порту. А для капитана, мужчина он или женщина, это, на мой взгляд, вопрос нравственности: вот и привыкаешь к капитанскому одиночеству.
- Почему вы, такая интересная, такая "крутая", замуж вышли только в 41 год?
- Замужество - не проблема, а вот условия ставились - списаться на берег. И тогда я выбирала море. Борис Михайлов поступил мудро, сказав: "Как сама решишь уйти, так и будет". Пыталась привести самый "убедительный" аргумент, что, мол, даже картошку не умею жарить. Но он и тут не дал маху: обещал и картошку, и даже пироги печь. С тех пор и "расплачивается": недавно мы отметили 11 лет супружеской жизни, а я все еще хожу в море.
- Где же вы нашли такого покладистого мужа?
- Он - тоже моряк. Наши суда пришли в Монреаль, экипажам организовали экскурсию, но переводчика не было, и поскольку я окончила курсы английского языка, то решилась помочь гиду. Как потом объяснял Михайлов, то, что я была штурманом, он "проглотил", но на моем английском "поперхнулся". Это было, как он признался, выше его мужского разумения.
- Помните его первый подарок?
- Он добился того, чтобы попасть на судно, где работала я. Объяснял это тем, что хотел к 8 Марта преподнести свой фирменный "михайловский" пирог. С трудом в это верю, но будем считать, что это правда. Тем более что пирог он тогда действительно приготовил и передал мне в каюту. Это и был его первый подарок.
- Вы долго бываете вдали от родных берегов, от дома. Не сказывается разлука на ваших взаимоотношениях? Борис Николаевич не ревнует вас?
- Что касается ревности, то мы оба неплохие лоцманы, и семейный корабль всегда выводим из рифов. Михайлов вообще удивляет своей слепой верой. Я же не то чтобы недоверчива, неревнива, но если Борис встретит другую женщину, буду страдать, но все перенесу. Так складывалась моя жизнь, что я всегда готовилась к сложным поворотам судьбы. Поэтому говорю ему, что он - свободен. А в ответ слышу:"Ты - неземная женщина".
Знаете, есть что-то мистическое в нашей встрече с Михайловым: в тот день, накануне встречи, мы, как оказалось, оба читали рассказ Константина Паустовского "Ручьи, где плещется форель". В коротенькой новелле Паустовский очень точно передал душевное родство двух незнакомых людей, которых случайно свела судьба и - разлучила. Я иногда думаю, что это о нас с Михайловым, но со счастливым концом.
- При всей вашей, казалось бы, благополучной жизни - престижная работа, любящий муж, уютная квартира, дача - есть что-то, о чем жалеете в жизни?
- Помните Ассоль? "Счастье сидело в ней пушистым котенком". Кому не хочется такого "котенка"? Только счастье у каждого - свое. Мне всегда говорили: "Твое счастье в твоей свободе, ты ни от кого не зависишь". Согласна, свобода - это прежде всего право на выбор жизненного пути, и в этом я преуспела. Но в моей свободе - бочке меда - столько дегтя! Поэтому жалею о многом. О том, что мало удается уделять внимания маме, Борису. Не понимаю, почему мы порой так жестоки с людьми, которых больше всего на свете любим и ценим. Горько, что не ощутила радость материнства... Но что случилось, то случилось...
- Вы готовите себя к мысли, что придется оставить море?
- Безусловно, эти мысли приходят, и они достаточно болезненны. Я думаю о том, в каком качестве смогу реализоваться вне моря. Уверенности в будущем, впрочем, как у многих из нас, у меня нет: проработав на флоте столько лет, "материальные" тылы себе не обеспечила.
- Когда в очередной рейс?
- Скоро. Два года я плаваю под чужим флагом: круинговая компания через посредников заключает договор с экипажем судна, которое поставляет грузы в ту или иную страну. Попасть на такие рейсы достаточно сложно, поскольку профессиональные требования и к командиру, и к экипажу очень высокие.
- Наверное, и оплата соответствующая?
- Труд российских моряков оценивается ниже, чем труд их западных коллег. Например, мой оклад - 700-800 долларов в месяц. Сейчас пойдем в район Юго-Восточной Азии, который моряки не любят: здесь не только интенсивное судоходство, но и возможны нежелательные встречи с пиратами. Это серьезная психологическая, физическая нагрузка: несешь 24-часовую вахту, обходя судно по всему периметру, одновременно держишь постоянную связь с вахтенными. И поскольку, как правило, нападают ночью - то освещение судна. А из оружия - лишь ракетница и пожарная магистраль под сильным давлением.
- Неужели нет никаких иных средств защиты?
-Сопротивление чревато последствиями. Судьба захваченных судов и экипажей складывается по-разному: как правило, пираты, забрав судно и груз, выбрасывают экипаж на каком-либо острове.
- Что самое страшное на море?
- Тишина, которая означает остановку двигателя. Изменение режима работы согласуется только с капитаном. Поэтому, если в экстраординарной ситуации такое решение принимает помощник, мчишься на мостик, забыв натянуть юбку.
- Морская болезнь не изнуряет?
- Есть такое. Как говорят моряки, потравила, то есть "покормила" Нептуна, достаточно. У штурвала стояла с пакетиком и прятала его, чтобы никто не догадался. А вообще нет людей, которые не реагируют на морскую болезнь. Причем тяжело переносится не шторм, а зыбь: она выматывает душу!
... Несколько дней назад капитан дальнего плавания Людмила Тибряева вывела свой балкер "Арктик Трейдер" в открытое море.

Жизнь 00:01 / 14 Августа 2026 31248

Рожайте, если приспичило

В ходе очередной «реформы» петербургская медицина погрузилась в хаос

Ирина Смирнова

Труд

Примерно так ответили медики жительнице Санкт-Петербурга, которую не смогли довезти до роддома. Скорая с роженицей застряла в пробке в центре города на Неве, и тогда без пяти минут маме предложили дойти до роддома...