Живем мы много лучше, чем пять лет назад. Такой вывод можно сделать из результатов исследования Центра стратегических исследований компании «Росгосстрах». По их данным, численность среднего класса в стране значительно превысила докризисные показатели: в 2009 году его доля составляла 5,4%, ныне – 15,6%. Это больше доли самых бедных сограждан с уровнем доходов ниже прожиточного минимума, которых в стране 12,1%.
Вообще применение показателя «доля среднего класса» в оценке уровня жизни населения России – большой прогресс: еще недавно экспертов больше интересовало сокращение числа бедных. «К среднему классу принято относить людей, имеющих высокий уровень образования (квалификации), собственное жилье, оборудованное современной мебелью и бытовой техникой, новый российский автомобиль или нестарую иномарку, возможность пользоваться платными медицинскими и образовательными услугами, отдыхать за границей или на российских курортах», – сообщил руководитель Центра стратегических исследований «Росгосстраха» Алексей Зубец.
Есть и финансовые критерии: в ЦСИ имущественный порог, позволяющий отнести семью к среднему классу, определили в 50 тысяч долларов в год, или 46,3 тысячи рублей на члена семьи в месяц. Это более чем вдвое превышает среднегодовую зарплату по России. Верхний порог здесь исследователи определили в 300 тысяч долларов на семью в год, или 277,8 тысячи рублей на члена семьи в месяц. Далее (с ежегодным доходом свыше 300 тысяч долларов на семью) идут богатые и очень богатые, которых в стране, по официальным данным, насчитывается лишь 274 тысячи семей, или 0,5% населения. В последнюю цифру верится с трудом, ибо в одном лишь ближнем Подмосковье загородных усадеб ценой от миллиона долларов и выше насчитывается до полумиллиона. А число российских туристов, отправившихся на Бали (минимальная цена путевки – под 100 тысяч рублей), в первой половине нынешнего года выросло почти на 8%.
Но другой статистики у нас нет, приходится анализировать имеющуюся. И прежде всего сравнивать с другими странами и континентами. По доле среднего класса мы отстаем Западной Европы и остального цивилизованного мира: в Германии, Великобритании и Франции средний класс составляет больше половины населения, в США – более 60%, в Японии – около 70. Да и финансовые показатели «середнячков» в этих странах побольше наших на 25–30%, а то и в 2,5 раза. В США даже представители нижнего сектора среднего класса обязательно живут в собственных домах, выплачивают ипотеку, имеют по автомобилю на каждого члена семьи, отдыхают на хороших курортах, регулярно путешествуют, оплачивают учебу детей в колледжах и университетах.
Но самое главное отличие в другом. В Европе, Америке и Азии основу среднего класса составляют мелкие и средние предприниматели, университетская профессура, врачи, юристы и другие интеллектуалы. Именно их там называют креативным классом. Именно эти люди задают тон в обществе, движут прогресс, определяют направление развития страны.
В России, по экспертным оценкам, более половины среднего класса составляют… чиновники. Во-первых, благодаря высокой зарплате, примерно вдвое превышающей среднюю по стране в целом и в своих регионах в частности. Во-вторых, из-за активных занятий бизнесом членов семей – супругов, детей и даже внуков. Практически у каждого уважающего себя чиновника в декларации о доходах имеется «спонсор» – член семьи с доходом, превышающим чиновничью зарплату в разы и даже на порядки.
Вторая по численности категория среднего класса – силовики: старшие офицеры и генералы армии, правоохранительных органов и спецслужб. Реальные доходы этих людей далеко не всегда совпадают с цифрами в зарплатной ведомости. Скажем, одно лишь вскрытое воровство в Минобороны при Анатолии Сердюкове способно было сделать валютными миллионерами целую дивизию причастных. Хотя на скамье подсудимых мы пока не увидели ни одного. И так далее.
Крайне мала в этом составе прослойка ученых и педагогов (хотя сами они причисляют себя именно к среднему классу). Лишь в последнее время российская власть озаботилась доходами врачей и школьных учителей. Но за бортом все еще остаются большинство инженеров – конструкторов и технологов, получающих сущие копейки даже в самых престижных оборонных фирмах, включая ракетно-космические. (А потом мы удивляемся, почему на Байконуре падают российские «Протоны»!) И очень трудно определить численность среднего класса в постоянно сокращающемся предпринимательском сообществе.
Еще тревожнее постоянный отток за рубеж российского «креативного класса». Как утверждают социологи Левада-Центра Лев Гудков и Наталья Зоркая, среди уезжающих подавляющее большинство составляет именно средний класс. Опросы показывают, что в целом по России на вопрос о желании уехать за рубеж «да» отвечают 11%, «скорее да» говорят еще 16% – всего 27%. В Москве эти цифры почти вдвое выше – 19% и 22% соответственно, в целом 41%.
Меньше желающих среди чиновников (20%), гораздо больше – среди сотрудников частных фирм (32%) и настоящий вал – среди самозанятых и фрилансеров: 41%.
Опросы проводились среди представителей среднего класса, то есть людей уже состоявшихся, благополучных, финансово независимых. И все они, по словам социологов, весьма критично оценивают перспективы бизнеса и жизни в России, с тревогой смотрят в будущее. Среди потенциальных эмигрантов одновременно наблюдается и самый высокий уровень политической апатии. Как говорит об этом болгарский социолог Крастев, «им легче покинуть страну, чем ее реформировать».
А мы с кем останемся?
Голос
Вера Дубова, архитектор и дизайнер:
– Наверное, я могу считать себя представителем среднего класса: есть квартира в городе, загородный дом под Рузой, машины у меня и у дочери. Но для того, чтобы все это получить, пришлось пройти длинный путь. Окончила МАРХИ, потом 20 лет – в государственном «Моспроекте», прежде чем открыть свою фирму. Но опыт не спас, когда грянул дефолт и пришлось фирму закрыть. Пришлось работать одной и, если честно, повезло – богатый клиент сделал заказ, я с ним справилась, и дальше пошло по нарастающей. В данный момент у меня есть два объекта в Испании, намечается проект по перестройке замка в частную гостиницу в Англии. Но конкуренция очень жесткая. И я просто себе не представляю, чтобы кто-то в нашем бизнесе выбился в средний класс без начального капитала и, главное, без связей.
