Ростовские хирурги сделали не имеющую аналогов операцию на сердце. Чтобы заменить участок с аневризмом (патологическое выбухание стенок) аорты, они охладили тело пациентки до 14 градусов. В состоянии клинической смерти женщина провела 65 минут.
В общей сложности хирургическое вмешательство длилось 7 часов.
Филигранную операцию, которая признана прорывом в мировой кардиологии, провел руководитель Центра сердечно-сосудистой хирургии Ростовской железнодорожной клинической больницы Аркадий Иванович Углов.
«Восходящий отдел и дуга аорты — наиболее сложная хирургическая зона. С чем это связано? С необходимостью выключения головного мозга. Если я пойду на протезирование отдела аорты, буду пережимать сосуд без циркуляторного ареста, то пациент однозначно погибнет, ведь пережимать я буду участок артерии, питающей головной мозг, — поясняет Углов. — Автором данной технологии является Евгений Николаевич Мешалкин. Это корифей советской медицины, работы которого признаны приоритетными в мире. Технология сложная, трудноконтролируемая и очень рискованная, просчитать все варианты осложнений невозможно. До сих пор не выработана единая концепция: что можно делать, а что — точно нет, до какой минимальной температуры можно охлаждать человека и на какое максимальное время безопасно отключать мозг».
В европейском специализированном журнале «Анналы кардиохирургии» недавно была опубликована табличка — безопасная продолжительность циркуляторного ареста: при 16 градусах — максимум 38 минут, при 14 градусах — 62 минуты. Считается, что после этого времени наступает кризис, поэтому дольше 62 минут до сих пор циркуляторный арест не проводился. Однако как быть, если сама технология протезирования аорты не позволяет уложиться в этот интервал? Ростовчане рискнули и отправили пациентку на тот свет на целых 65 минут. Как признает Углов, женщине повезло. Она выкарабкалась и сейчас идет на поправку.
«Данная операция — огромный риск, — говорит Аркадий Углов. — В какой-то степени это рулетка. Но какой выбор есть у врача? Махнуть на этих пациентов рукой? Сказать, что они неоперабельные? Или рискнуть и дать человеку шанс на спасение».
