Труд: БЕРЕГА НЕ ВИДНО

Главная Жизнь 01:01 03 Февраля 2006 170

БЕРЕГА НЕ ВИДНО

Посреди ночи раздался телефонный звонок. Давний товарищ, капитан дальнего плавания, звонил во Владивосток прямо с мостика сухогруза, который бороздит моря под либерийским флагом. Судно попало в шторм посреди Атлантики, но капитан выкроил время позвонить.

Латыпов Дмитрий

Напечатать

- По радио про это слышал, но информации мало, - говорил он. - Хотел узнать подробности. Да и экипаж у меня целиком российский - тоже интересуется.
Я рассказал, что знал на тот момент. Принят Российский международный реестр судов, который вводит особый налоговый режим. Остаются регистрационный и ежегодный потоннажный сборы, отменяются ввозные таможенные пошлины и устанавливается нулевая ставка НДС для судов, регистрируемых в реестре. Глава Минтранса Игорь Левитин уже заявил, что скоро порядка 700 судов вернутся под российскую юрисдикцию, и 80 тысяч моряков получат юридическую защиту родного государства, которой у них не было...
Впрочем, это точка зрения правительства. Встретившись с председателем Дальневосточного регионального отделения профсоюза моряков (РПСМ) Николаем СУХАНОВЫМ, я убедился, что не все разделяют оптимизм министра.
- Во-первых, у нас другие цифры. По данным профсоюза, под чужими флагами ходят 40 тысяч моряков. Из них 35 тысяч находятся под защитой коллективных договоров Международной федерации транспортников (МФТ), членом которой является и РПСМ. Эти договоры гарантируют зарплату матросу первого класса 1500 долларов, капитану - 5000. Поэтому говорить можно только о пяти тысячах моряков, которые действительно находятся в бесправном положении. Вот эти люди пойдут работать на суда под российским флагом, поскольку им, как пролетариату, нечего терять.
- Ну а остальные почему не хотят последовать их примеру?
- Потому что в законе о Российском международном реестре судов нет ни слова об условиях труда и оплаты моряков, об их страховании. Правительство всем автомобилистам прописало полис "автогражданки", но почему-то не заставляет судовладельцев страховать моряков, которые трудятся в экстремальных условиях. Наши предложения на этот счет отклонили, и сегодня нет правовой базы, чтобы выстроить отношения судовладельца и экипажа. Работодателю дают полную свободу, и он ею воспользуется в своих интересах.
- Будет эксплуатировать тех, кому нечего терять? А почему вы думаете, что люди это позволят?
- Если взять флот, который ходит из Приморья в Японию и делает короткие рейсы на Балтике, то там в основном непрофессиональные кадры. Одни только нарабатывают опыт, другие предпенсионного возраста, третьи имели серьезные нарушения и их убрали с больших линий. Именно эти люди в первую очередь пойдут на суда под российским флагом. Этот флот не сможет конкурировать не только с компаниями развитых стран, но и с нашими, которые ходят под "удобным" флагом. Потому что судовладелец подписывает соглашение с МФТ на оплату труда по международным ставкам, и к нему идут самые квалифицированные моряки.
Смотрим дальше. Регистрация в Российский международный реестр судов стоит в десять (!) раз дороже, чем, например, в панамский или монгольский реестр. Мелкие фирмы, владеющие доживающими век посудинами, не пойдут на такую дорогую перерегистрацию, им выгоднее оставить все как есть.
- А что будет с судами, которые строятся?
- Российский международный реестр снял налог на имущество, который был одной из причин массового исхода. Наш судовладелец, построив судно за рубежом за 60 миллионов долларов, при заходе в российский порт должен был заплатить около 18 миллионов долларов налога. Сейчас появилась возможность перевести судно под российский флаг без таких огромных затрат, и, надо думать, некоторые судовладельцы так и сделают. Но пойдут ли в такой экипаж люди? Сейчас в мире бум строительства флота, и потребность в квалифицированных кадрах очень большая. Наши моряки уже знают, что такое приличная зарплата, имеют опыт работы на иностранных судах, знают английский язык. В начале 90-х мы фактически бесплатно подарили миру огромное количество опытных моряков. Они не вернутся на российские суда, пока судовладельцы не повысят оплату труда до международного уровня. Но это им невыгодно.
Скажу больше: тому, кто ходит под российским флагом, сложно закладывать на верфи новые суда.
- Почему?
- Ни один иностранный банк не даст кредит под залог российского судна. Кстати, это тоже было одной из причин ухода судов из-под российской юрисдикции.
- Кредиты можно брать и в российских банках.
- К сожалению, наша банковская система пока не готова работать на условиях шиппинге, то есть в морском судоходстве. Здесь нужны длинные деньги и долгосрочные схемы финансирования, которых у нас нет.
Перед тем, как принять закон о реестре, Минтранс запросил девять пароходств и мелкие компании - и в итоге получил подтверждение о переводе под российский флаг сотен судов. Но те, кто давал согласие, рассчитывали не только на облегчение налогового бремени, но и на доступ к кредитам. Этого, увы, не произошло. Да и собирались эти сведения еще два-три года назад, а вообще с начала реформ шли разговоры о реестре. И вот теперь многие судовладельцы говорят: "Извините, вы опоздали".
- И все же лучше поздно, чем никогда...
- Согласен. Но решения, тем более запоздалые, не должны быть половинчатыми. Да, сняли налог на имущество, в самый последний момент внесли поправки, позволяющие владельцам страховать суда в иностранных банках. Но этого слишком мало для того, чтобы судовладельцы в массовом порядке стали регистрировать свой флот в Российском международном реестре.
В СССР было 17 пароходств, в которых насчитывалось свыше 1500 судов общим тоннажем 18 миллионов тонн. Наша страна занимала четвертое место в мире по этим показателям.
Сегодня Россия имеет девять пароходств, где осталось 200 судов тоннажем 2,6 миллиона тонн. Только около 5 процентов морских перевозок в мире приходится на российские суда.

Жизнь 00:01 / 14 Августа 2026 31224

Рожайте, если приспичило

В ходе очередной «реформы» петербургская медицина погрузилась в хаос

Ирина Смирнова

Труд

Примерно так ответили медики жительнице Санкт-Петербурга, которую не смогли довезти до роддома. Скорая с роженицей застряла в пробке в центре города на Неве, и тогда без пяти минут маме предложили дойти до роддома...