Труд: СТАРОСТЬ КАК НАКАЗАНИЕ

Главная Жизнь 01:01 03 Марта 2004 172

СТАРОСТЬ КАК НАКАЗАНИЕ

Хоронят здесь часто - в год до полусотни похорон. Бывает, родные приезжают, случается - даже оградки ставят. Впрочем, у многих обитателей интерната на этом свете никого нет. Но даже если и есть, то сами бывшие осужденные, пока живы, стараются родню не бес

Латыпов Дмитрий

Напечатать

Основной контингент - инвалиды, возраст - за 60. Хотя бывают исключения - Алексею Темербаеву исполнилось 28. Шесть лет назад в интернат его принесли на носилках, двигаться самостоятельно не мог. Сейчас довольно ловко ходит на костылях, научился стоять без опоры.
- У меня три судимости за кражи, - рассказывает он. - В 1995 году находился в СИЗО. Там в камере на 22 места содержались 96 человек. От нехватки кислорода произошло кровоизлияние в мозг, и меня парализовало. Оставшийся срок - два года - отсидел, вернее, отлежал в Красноярской ИК-18. Потом меня привезли сюда. С горя запил, но хорошо вовремя спохватился и по совету главного врача закодировался. Три года уже - все нормально. Вот только не знаю, что с моим домом в Красноярске. Мамка умерла, когда я в тюрьме сидел, отец уехал в Украину и сгинул...
- До 1991 года здесь был психоневрологический интернат, - рассказывает главный врач Богдан Велетик. - С тех пор у нас осталась часть больных с психическими отклонениями. Бывшие зэки их жалеют. Не дай Бог, если заметят, что кто-то несчастных обижает. Чаще всего наши подопечные страдают сердечно-сосудистыми и легочными заболеваниями. Мы и сами их лечим, и к другим докторам, если надо, возим. Еще одна напасть - почти все нуждаются в протезировании зубов. Лесосибирская стоматологическая клиника за государственный счет обслуживает 50-60 наших пациентов в год, ставит им протезы.
Никаких особых замков и тем более решеток здесь нет - юридически все постояльцы интерната свободные люди. Однако на всякий случай на территории выставлен милицейский пост.
Пьянство среди бывших преступников, пожалуй, главный повод для беспокойства администрации спецучреждения. Как только начинают выдавать пенсии, многие из них садятся в автобус и едут за спиртным. Бывает, уходят в длительный запой. А то ради бутылки могут стащить все, что только плохо лежит. Например, гармошку, под которую на наших глазах старушки - божьи одуванчики - лихо отплясывали и распевали частушки. Гармонь по этой причине хранят под замком.
- Да, пьют они много, - сетует фельдшер Татьяна Погулич, - и нам, конечно, приходится тяжело. Уговариваем, таскаем их на себе, укладываем на кровать. Как дома жена с пьяным мужем возится - то же самое и у нас...
С пьянством борются при помощи кодирования. Но, во-первых, результат не стопроцентный - из 80 с лишним человек пока бросили пить только 11. Во-вторых, дело это добровольное и далеко не все на такой шаг соглашаются. Говорят: "А что мы тогда будем делать?" Хотя с приходом на пост директора Анатолия Сугакова заняться в интернате есть чем. В каждой комнате - телевизоры. Работает тренажерный зал. Есть швейная и вязальная мастерские. В конце концов всегда можно сыграть в шахматы, шашки, домино или взять книжку в небольшой библиотеке. А в глазах у них все равно тоска. И самое печальное, что рядом с бывшими осужденными, наказанными еще раз одинокой старостью, находятся и другие, законопослушные люди. Они, не сделавшие никому зла, оказались в интернате по воле судьбы.
Лариса Клычкова, например, нормально работала, жила вместе с 11-летним сыном. Но случилось несчастье - попала под машину, 9 месяцев с переломом позвоночника пролежала в Лесосибирской больнице. А ее сына через 5 месяцев после этой трагедии определили в детский дом. Теперь они почти не видятся - ребенка некому возить на свидания к матери, никому не нужна эта морока.
У Ларисы нет близких родственников, а дальним до нее нет дела. Впрочем, бывает еще хуже - если от тебя отказываются самые близкие. Пару лет назад, когда зимой в Лесосибирске стояли 50-градусные морозы и отопление во многих домах вышло из строя, в интернат обратились за помощью. Дескать, возьмите на время 30 человек эвакуированных - престарелых, немощных, лежачих. Директор "вошел в положение", сдвинул койки потеснее и разместил пострадавших. И все они - ровно 30 человек - так у него и остались, никто за ними не пришел. Будто и не было у этих стариков ни дома, ни детей с внуками, ни семейного тепла.

Жизнь 00:01 / 14 Августа 2026 31229

Рожайте, если приспичило

В ходе очередной «реформы» петербургская медицина погрузилась в хаос

Ирина Смирнова

Труд

Примерно так ответили медики жительнице Санкт-Петербурга, которую не смогли довезти до роддома. Скорая с роженицей застряла в пробке в центре города на Неве, и тогда без пяти минут маме предложили дойти до роддома...