Труд: ПЕТР МАРЧЕНКО: СКАЖУ ВАМ "ДОБРОЕ УТРО"

Главная Жизнь 01:01 06 Апреля 2006 134

ПЕТР МАРЧЕНКО: СКАЖУ ВАМ "ДОБРОЕ УТРО"

Впервые телеведущий Петр Марченко появился на НТВ в середине 90-х. Позже, когда там поменялась команда, он перешел на Первый канал, где вел новостные программы, в том числе и итоговый воскресный выпуск "Времени". Но в начале нынешнего телесезона его смени

Славуцкий Александр

Напечатать

- Петр, вы столько лет занимались таким серьезным и ответственным делом - новостями. И вдруг утреннее развлекательное шоу. Не скучновато?
- Нет, почему же. Я все равно остался на телевидении. "Доброе утро" - это, конечно, совсем другая история, чем новости, но тоже любопытная. По крайней мере, в этой программе я не чувствую себя застегнутым на все пуговицы, как это было раньше, я стал более свободным и раскованным. И теперь в достаточно свободной форме беседую с гостями о том, что мне самому кажется интересным.
- Раньше у вас был вечерний эфир, теперь утренний. Наверное, и жизнь ваша сильно изменилась?
- Особо нет. Ведь "Доброе утро" идет не в прямом эфире, а записывается накануне вечером. И меня это вполне устраивает. В свое время, еще на НТВ, я участвовал в утреннем выпуске новостей и по себе знаю, как это тяжело - работать ночами, днем ложиться спать, а вечером, с трудом продирая глаза, первым делом выяснять, что же произошло за день. К тому же работа в записи позволяет избежать каких-то речевых шероховатостей, отредактировать и сделать более гладкой каждую мою реплику.
- Ну, это понятно, что сама манера ведения утреннего эфира сильно отличается от вечернего.
-Да, у вечерних новостей и утреннего шоу принципиально разная стилистика. Но мне не трудно было меняться. Ведь одна из задач программы "Доброе утро" - создать у зрителя хорошее настроение. И здесь я ощущаю себя вполне органично, поскольку всегда ратовал за позитивное отношение к жизни. Кстати, и прежде, работая в новостях, я никогда не был сторонником страшилок, нагнетания жути и запугивания зрителей. Наоборот, я всегда считал важным донести до них, что безвыходных ситуаций в жизни не бывает, что из любого положения есть выход. Знаете мой самый любимый афоризм? "Самая большая тюрьма находится в голове человека".
- Менять программу вы как-то будете?
- Пока об этом я не думаю, поскольку со своим уставом, как известно, в чужой монастырь не приходят. Думаю, со временем у меня появится возможность каким-либо образом попытаться переписать некоторые главы этого устава. Поживем - увидим. Пока мне все здесь нравится, особенно люди, работающие над программой.
- То есть в принципе вы довольны своей карьерой?
- Да, вполне. Хотя многое в ней произошло благодаря случаю. Как-то, в 1992-м, мои родители услышали, что радиостанция "Эхо Москвы" приглашает на работу ведущих, и сказали об этом мне. Я подумал, что речь идет о музыке, которой я тогда увлекался, то есть что там нужен ди-джей, и решил попробовать. Оказалось, что на "Эхо" набирали информационщиков. Но меня взяли, несмотря на то, что я туда пришел, по сути, с улицы.
- Да, и на НТВ вы попали тоже с улицы, причем в прямом смысле слова.
- Совершенно верно. Однажды неподалеку от Останкино я встретил на улице Евгения Киселева, подошел и сказал ему, что я - ведущий "Эха Москвы" и хотел бы работать на НТВ. Евгений Алексеевич оставил мне визитку, и, когда через несколько дней я появился в студии, мне почти сразу же сказали, что я подхожу.
- Вы словно под счастливой звездой родились!
- А под ней рождается каждый человек! Просто мне сопутствовали удача и везение, помноженные на то, что я вкалывал, вкалываю и буду вкалывать! Это, как у Кая: если ты чего-то очень хочешь, то это обязательно случится.
- Когда-то вы часто вели теледебаты. Какие-то воспоминания они у вас оставили?
- Да, я вел дебаты во время парламентских и президентских выборов. Вспоминать о них сейчас довольно забавно. После этих "шоу" у меня появилась масса вопросов к многим политикам. Я вдруг увидел какую-то дикую маргинальность в людях, которые прежде были для меня авторитетами и за которых я голосовал.
- Помимо "Доброго утра" мы вас видим и в шоу "Империя". Как вы там оказались?
- Очень просто. Мне предложили поехать, и я согласился.
- Вам что, мало адреналина, вырабатываемого в Останкино?
- Это адреналин другого свойства. Все-таки работа вошла в своего рода привычку, а тут я столкнулся с совершенно необычными ощущениями, с реальным риском. Мне было очень интересно узнать, смогу ли я ужиться в достаточно экзотических условиях вместе с людьми, с которыми прежде не был знаком и видел их разве что где-то на экране.
- Где снималось шоу?
- В Польше, в предместьях Вроцлава в настоящем замке XII века. Между прочим, все, что вы видите на экране, - правда и только правда. Никакого обмана.
- А чудовищная средневековая еда, которую вы поглощали перед камерой?
- Мы ели только ее. И, кстати, она была довольно вкусной.
- Я знаю, что в ходе одного из испытаний вы должны были пять часов провести в наручниках.
- Не в наручниках, а в колодках. Ну и что? Это тоже опыт, довольно неожиданный и интересный. Но мне на съемках "Империи" интереснее всего были люди. Там были такие яркие личности! Вот, скажем, Ира Апексимова, с которой мы продолжаем общаться и теперь. Или Бари Алибасов - человек, который прожил большую и сложную жизнь, который очень многое знает и умеет.
- Пару лет назад вы принимали участие в программе "Русский экстрим". Я так понимаю, что вам по душе экстремальные программы?
- Да, потому что это прежде всего психологический тренинг, испытание себя в чрезвычайных ситуациях. В "Русском экстриме", например, мы спускались в аквалангах по стенкам рифов в Тихом океане.
- Но там же акулы!
- Да, и мы сталкивались с ними. И хотя это были не самые большие акулы, обитающие в том регионе, все равно они меня заворожили. Хищницы сделали несколько грациозных кругов около нашей группы, словно оценивая, насколько мы интересны в качестве добычи, а потом, чуть покачивая плавниками, спокойно уплыли.
- Целью этого погружения были затонувшие корабли. Вы добрались до них?
- Нет. У меня заложило уши, и я не сумел спуститься на необходимую глубину. Так что корабли исследовались уже без меня.
- Обидно. Но хоть какую-нибудь добычу со дна морского вы достали в качестве сувениров для родных?
- Ну да. Какие-то ракушки, камушки... Хотя домой я ничего не привез. Потому что на Мальдивах даже щебенка, рассыпанная по дну, - это часть национального достояния. К природе там относятся очень трепетно. И любая попытка вывезти оттуда хоть что-то карается огромным штрафом.
- Вы любите путешествовать?
- Да, но в последнее время предпочитаю баклажанный отдых.
- То есть?
- Это когда лежишь на пляже в форме баклажана и ничего не делаешь.
- А я было представил вас на кухне с ножом и в фартуке режущим и жарящим баклажаны.
- Готовить люблю, но делаю это редко. Кухней занимается жена. А я так, иногда стряпаю что-то под настроение. Последний раз, например, делал хинкали. Посреди ночи, вернувшись с работы, мне вдруг захотелось приготовить именно хинкали, я даже съездил в ночной магазин, купил мяса, муки, специй...
- То есть вы не замыкаетесь только на работе?
- Нет, конечно. У меня есть масса увлечений, правда, не настолько серьезных, чтобы назвать их хобби. Люблю детективы, джаз, кино. И еще мне очень нравится кататься по свободной от пробок ночной Москве.

Жизнь 00:01 / 14 Августа 2026 31115

Рожайте, если приспичило

В ходе очередной «реформы» петербургская медицина погрузилась в хаос

Ирина Смирнова

Труд

Примерно так ответили медики жительнице Санкт-Петербурга, которую не смогли довезти до роддома. Скорая с роженицей застряла в пробке в центре города на Неве, и тогда без пяти минут маме предложили дойти до роддома...