Гвардии ефрейтор Вениамин Григорьевич Семков был убит в бою на южной окраине Кенигсберга весной 1945 года. Как это часто случалось на той войне, даже могилы у него нет. Родственникам послали похоронку. Но история Семкова на этом все же не закончилась.
Сегодня в тех местах, где он погиб, — сады-огороды. И вот весной 2000-го на одном из участков нашли в земле медаль «За боевые заслуги». По номеру на ней в Центральном архиве Минобороны установили: это награда ефрейтора Семкова, призванного из Свердловской области. Решив передать медаль близким Вениамина Григорьевича, отправили запрос на его родину в город Нижняя Салда. Безуспешно. Тогда я написал обращение на сайте Нижней Салды. И в тот же день выяснилось, что у Семкова — целый клан родни, включая трех дочерей:
22 июня 2004-го в Нижней Салде состоялась церемония передачи медали родным. В 2005-м данные о нем внесли в областную Книгу Памяти, указав, что его имя будет на мемориальном комплексе в поселке Медведевка Гурьевского района. Год назад туда приехали родственники героя, хотели положить цветы на плиту с его именем. Но таковой не оказалось. Пришлось им объяснять, что идею местных властей увековечить «забытых» воинов в Медведевке признали неверной. Решили, что правильнее делать это на мемориалах, ближайших к месту гибели. И хотя в Медведевке первые плиты с «потерянными» именами уже были установлены, процесс остановили. А новых плит еще нет.
Родные Семкова далеки от таких мемориальных тонкостей. Им просто хотелось, чтобы на месте боев было место, куда они могли бы положить цветы к родному имени. «Пожалуйста, помогите, — попросили они. — Мы готовы оплатить работы».
Денег с них, конечно, не взяли, но дело затянулось. Не буду утомлять подробностями, скажу только, что в орбиту переписки были вовлечены правительство области и администрация Гурьевского района, мэрия Калининграда и военно-мемориальная служба Балтийского флота. Ожидалось, что к 9 мая нынешнего года на мемориале на улице Киевской в Калининграде, ближайшем к месту гибели Семкова, увековечат его имя. 4 мая пришло письмо от родных: «Решился вопрос?» Я пошел к мемориалу. Плита есть, а имени Семкова на ней нет. Только после личного обращения к новому мэру Калининграда Алексею Силанову имя Семкова было нанесено на плиту воинского захоронения. Что мешало выбить эти восемь букв 73 года — загадка.
От многочисленной родни Семкова в Калининград приехали внук Александр Зорихин и его супруга Наталья. Бросив в гостинице вещи, отправились на улицу Киевскую. Родные наконец смогли положить к дорогому имени букет от всех, кто его помнит. Правда, кое-что огорчило. Почему-то не выбито звание Семкова, хотя место сверху есть. А само имя не всякий разглядит. Впрочем, не лучше читаются и остальные имена. Плиты на мемориале мало подходят для надгробий. То ли это следствие чьей-то некомпетентности, то ли кто-то решил сэкономить, взяв материал подешевле.
Что ж, подождем еще? Какие наши годы...
