Эта неделя наполнена такими тревогами и страхами, перед которыми все предыдущие выглядят детским лепетом. Пару дней весь мир, наблюдая за происходящим вокруг Ирана, гадал, нажмет ли Трамп на красную кнопку, отдаст ли команду на применение ядерного оружия. А некоторые совсем азартные наблюдатели делали ставки, причем вероятность удара оружием массового поражения возрастала с каждым часом. Ведь стало ясно, что других аргументов у США нет и никакие ультиматумы уже не работают.
После месяца военной агрессии Израиля и США против Ирана под названием «Эпическая ярость» Дональд Трамп окончательно вышел из себя, да так, что даже соратники и союзники усомнились в психической адекватности руководителя самой могущественной мировой державы. Вот, к примеру, как звучало его последнее (со счета уже все сбились) предупреждение: «Откройте гребаный пролив, сумасшедшие ублюдки, или будете жить в аду — вот увидите! Хвала Аллаху!»
Чтобы ни у кого не осталось иллюзий насчет норм международного права, Женевской конвенции и прочей ерунды, Трамп предложил окончательное решение иранской проблемы: «Сегодня ночью погибнет целая цивилизация, и ее уже никогда не удастся вернуть. Я не хочу, чтобы это произошло, но, вероятно, так и будет». Это заявление президента, выложенное в Сеть, достойно того, чтобы остаться в истории. Пусть потомки (если, конечно, им повезет выжить) изучают стилистику дипломатических речей весной 2026 года. А накануне американский президент пригрозил Ирану «днем уничтожения мостов и электростанций», а после ударов по острову Харк — главному иранскому хабу в Персидском заливе — отправил тех, с кем якобы ведет переговоры, «жить в аду».
Лексика международного диалога с приходом Трампа в Белый дом быстро обогатилась ясными и доступными каждому парню из подворотни выражениями и формулами соглашений. Он активно вводит ругательства, матерный язык для обозначения приоритетов внешней политики, требуя той же ясности мысли от союзников. Однако большинство коллег по НАТО отказались участвовать в миссии Пентагона по разблокированию Ормузского пролива, опасаясь последующих обвинений ООН, правозащитников и собственных избирателей в геноциде.
Фанаты 47-го президента пытаются его оправдывать: мол, лидеру нации имидж рубахи-парня необходим, чтобы быть понятнее народу и ближе к нравам американской глубинки. Использование такой лексики — это не признак душевной болезни, а «осознанная коммуникативная стратегия», желание противопоставить себя «стерильной» политической элите. К тому же грубость и мат гарантируют заголовки и обсуждения на просторах интернета. Обсценная лексика еще и служит главе сверхдержавы как инструмент доминирования и подавления оппонентов, создавая образ «жесткого вожака»...
Все, может быть, и так, вот только Трамп уже давно пугает не только чужих, но и своих. Оживились психологи, лингвисты и профайлеры. Они вовсю делятся наблюдениями и переводят их в диагноз. Так, известный специалист Джон Гартнер изрек как припечатал: «Это проявления злокачественного нарциссизма». А отсюда и до паранойи недалеко. Упрощение картинки мира Трампом нравится морпехам и ковбоям, однако геополитическая реальность все-таки сложнее. А тут все очень просто: если не можешь купить, надо бомбить. Ну или наоборот — от смены слагаемых сумма (результат) не меняется.
Авторы книги «Опасный случай Дональда Трампа» исходят из того, что участившиеся случаи использования ненормативной лексики и агрессивных высказываний — явные признаки снижения импульсного контроля, то есть патологическая распущенность. Эксперты фиксируют снижение с первого срока сложности речи президента США, который и раньше любил излагать мысли «по-народному», но ему более не даются нюансы и сложные конструкции. Так, исследования издания STAT показывают, что со временем речь президента США стала менее структурированной, в ней чаще встречаются повторы и просторечные слова, что спецы связывают с возрастными изменениями мозга или ранними стадиями деменции.
Такая зависимость от настроения становится опасной в устах лидера сверхдержавы. Вспышки гнева и крепкие выражения в официальных речах есть симптом неспособности сдерживать эмоции и не вываливать публике «что бог на душу положит». Выходит, искать тонкий расчет за спонтанными решениями 79-летнего Трампа, такими как убийство аятоллы, или оскорблениями лидеров других стран, например, Макрона или Мерца, отныне не стоит. Дональд хамит, потому что уже привык хамить и убивать, не рискуя получить сдачи.
Использование мата в официальных требованиях к Ирану открыть Ормузский пролив стоило ему обвинения в безумии со стороны соратников — от Марджори Тейлор Грин до Такера Карлсона. Ну а действия, сопровождающие эти речи, поставили Ближний Восток и мир на грань большой и страшной войны. Озвученное приглашение Трампа наследному саудовскому принцу Салману «целовать его в зад» в благодарность за бомбежки Ирана может надолго лишить США поддержки суннитов в регионе. Трамп признался, что уже распрощался с НАТО из-за отказа альянса удовлетворить его желание забрать себе Гренландию. «Все началось, если вы хотите правду, с Гренландии. Мы хотим Гренландию. Они не хотят нам ее отдавать. И я сказал: пока, пока», — поделился президент с трибуны в Белом доме.
Опасно и то, что манера Трампа шантажировать санкциями, блокадами, пошлинами, убийствами лидеров, бомбежками, а в последнее время грозить «уничтожением экономики» и «адом» стала уже привычной тактикой ведения переговоров и выстраивания диалога с другими странами. Как выясняется, эта болезнь заразна, распространяется не только воздушно-капельным путем, но и через соцсети, и через телеэкран. Надо понимать, что его призывы к «сделке на Украине» могут в любой момент превратиться в крестовый поход против России, если наша позиция по Ирану или по другим вопросам покажется Трампу отходом от «духа Анкориджа».
Вот и европейцы заметили импульсивность и бесконтрольность хозяина Белого дома, определяя его поведение «хаотичным», «беспринципным» и «глубоко безнравственным» и указывая на то, что его действия стали катализатором глобальной дестабилизации. Британцы, испанцы, бельгийцы и французы констатируют переход от международного права к «праву джунглей», что возвращает мировую политику в XIX век. Яркой иллюстрацией служит его план по силовой аннексии Гренландии и ультиматумы Ирану, которые расцениваются как прямая угроза массового насилия против гражданских. Мегаломания и «право сильнейшего» стали фирменным почерком Дональда Трампа. Впрочем, дело не только в нем. Приходится признать, что мир при Трампе-матерщиннике вступил в эпоху «многополярности через хаос», где отсутствие моральных и правовых ограничений у лидера сверхдержавы становится источником риска для всей планеты.
