Горбачёв между 1990-м и 1991-м годом, перед тем, как оставил власть, получил пространные и неоднократные заверения, что НАТО не будет расширяться на восточноевропейские страны. Эта истина стала ясна из публикации в начале декабря прошлого года рассекреченных документов, хранящихся в Архиве национальной безопасности, расположенном в университете имени Джорджа Вашингтона. И эта истина – из разряда тех, о которых рассказывать нельзя. Действительно, СМИ западного мейнстрима не стали рассказывать эту историю в деталях. Несколько брошенных мимоходом намёков без излишних подробностей – и потом страница была перевёрнута.

Но это доказывает, что Запад как говорится, врал напропалую, снова и снова обещая советским руководителям, что национальной безопасности СССР никто не будет угрожать. И, когда он получил то, чего добивался, обещания обратились в ничто. Документы, опубликованные двумя исследователями - Светланой Савранской и Томом Брэнтоном, – обнаруживают перед нами эту истину недвусмысленным образом. И становится ясно, что имел место сговор, потому что обещание было не одно: так поступали все. И этот вывод, - пишут двое исследователей, - «основан на подписанных документах и на ошибочных письменных сообщениях, которыми обменивались на самом высоком уровне».

Значит, Владимир Путин имел основания спрашивать на Мюнхенской конференции в 2007 году: «Что стало с теми заверениями, которые давались нам западными партнёрами после роспуска Варшавского договора? Где теперь эти заявления? О них даже никто не помнит, но я позволю себе напомнить в этой аудитории, что было сказано». И процитировал заявление тогдашнего генерального секретаря НАТО Манфреда Вернера, который публично сказал 17-го мая 1990 года в Брюсселе буквально следующее: «Сам факт, что мы готовы не размещать войска НАТО за пределами территории ФРГ, даёт Советскому Союзу твёрдые гарантии безопасности».

«Где сейчас эти гарантии?» - воскликнул Путин, вызвав общее изумление и возмущение в партере, где сидело всё высшее европейское и американское руководство. Все они, кажется, забыли, что уже в 1997 году НАТО предложило войти в свой состав Венгрии, Польше и существовавшей тогда Чехословакии. Но это только детали. Знаменитой стала фраза, с которой госсекретарь США Джеймс Бейкер обратился к Горбачёву 9-го февраля 1990 года: «НАТО не расширится на восток ни на сантиметр». Точнее говоря, Бейкер назвал английскую меру длины, которая называется инч, но сейчас ясно, что войска и вооружение НАТО продвинулись на восток уже не на один миллиард инчей. Немало инчей в длину составит и список лжецов, если судить по материалам архива университета Джорджа Вашингтона.

Там присутствуют и президент Джордж Буш-старший, министр иностранных дел Германии Геншер, канцлер Коль, французский президент Миттеран, Маргарет Тэтчер, английский премьер Джон Мейджор, министр иностранных дел Британии Дуглас Хёрд. Так Горбачёва – который на основе соглашения, подписанного после немецкого поражения во Второй мировой войне, имел в своём распоряжении право вето, чтобы помешать воссоединению Германии – побудили согласиться на договор с Западом. Договор, который Запад не стал соблюдать.

И речь идёт не только об архивных документах. В некоторых случаях есть свидетельства самих участников разговоров, во время которых давались эти обещания, которые никто не собирался исполнять. Как в случае с Родриком Брейтуэйтом, тогда английским послом в Москве, который передаёт разговор между Джоном Мейджором и Горбачёвым, имевший место 5-го марта 1991 года, когда первый сказал второму: «Я думаю, что ваши подозрения насчёт роли НАТО в создавшейся ситуации – результат недоразумения. Мы не думаем об усилении НАТО, мы координируем усилия, чтобы улучшить отношения между Европейским Союзом и НАТО». Может быть, потому, что сэр Родрик Брейтуэйт чувствовал этот груз на своей совести, он остался большим другом Горбачёва во времена их общего заката.

По воспоминаниям Роберта Гейтса, который тогда очень критически относился к тому обращению, которому подвергался Горбачёв, советского лидера «побуждали верить» обещаниям «в то время, как в большой спешке и в секрете готовилось расширение НАТО на восток». Но самый реалистичный вывод, который следует из обильнейшей документации, - что на самом деле на Западе сосуществовали две разные точки зрения. Одна – вполне искренняя (самым убеждённым сторонником которой был не кто иной, как американский президент), которая предлагала не усиливать советский крах, в том числе и из страха, что слишком сильное унижение может вызвать вспышки национализма в России. То есть сторонники этой точки зрения предпочитали оставить НАТО там, где оно есть, позволив вступить в НАТО только объединённой Германии, и не двигаться дальше. Тезисы Коля и Геншера определённо преобладали. Другая точка зрения состояла в том, что нужно использовать создавшееся соотношение сил без всяких предрассудков и, значит, НАТО должно быстро расширяться на восток.

Но различие между этими двумя решениями вопроса было очень неустойчиво. Оно заключалось только в том времени, которое отводилось для осуществления одного и того же плана. Те, кого мы сегодня считаем «умеренными», на самом деле были убеждены, что Советский Союз не рухнет так быстро, как это случилось в конце 1991 года. Они были готовы ждать дольше, но делали бы то же самое, что вторые (вашингтонские ястребы) хотели сделать сразу же. Единственным человеком в России, кто понял, как на самом деле обстоят дела, был Валентин Фалин, главный эксперт по немецким делам в Центральном комитете КПСС. Он был автором резкого меморандума, адресованного Горбачёву, в котором откровенно сказал: «Запад над нами издевается, он обещает уважать интересы СССР, но на деле хочет шаг за шагом нас изолировать» Предупреждение запоздалое и бесполезное. Соотношение сил было уже определено. И, когда СССР рухнул, конечно, были забыты обещания, данные Горбачёву, который уже сошёл со сцены.