Труд: Облако раздора

Главная Жизнь 02:56 15 Ноября 2011 4005

Облако раздора

Перерастет ли безобидная борьба с облаками в грозное климатическое оружие

Напечатать

Вот уже больше года никто не грозится осенью тучи над столицей «развести руками», дабы потом не разгребать сугробы. Угрозы бывшего столичного градоначальника в адрес снежных и дождевых осадков были вполне реальны, и, кстати, реализация их обошлась бы не так дорого, как думают многие. Разгонять дождевые облака мы научились уже давно, а пытались научиться — и того раньше. Правда, как именно это делается, понимают немногие.

Из пушки по тучам

Племенные шаманы помимо выполнения общемедицинских обязанностей всегда занимались также переговорами с духами насчет дарования дождя или, напротив, солнца. Гомер рассказывал, что бог ветров Эол подарил Одиссею мешок с четырьмя ветрами, дабы плыть без приключений. К сожалению, любопытные матросы вскрыли мешок и выпустили ветры на волю, с чего и начались знаменитые приключения героя. Древние викинги старались не брать в команду финнов, так как считалось, что они притягивают бури. Это поверье и поныне встречается среди северных мореплавателей. Во времена Средневековья после каждой бури обязательно находилась «ведьма», на которую возлагалась ответственность за катаклизм. После того как корабль короля Шотландии Джеймса VI чуть не потонул во время сильного шторма, был даже устроен показательный судебный процесс. Несколько ведьм признались, что они были подкуплены англичанами, с тем чтобы потопить родного монарха. После этого их с легким сердцем сожгли. Правда, в этой истории представляется не совсем понятным, зачем было англичанам нанимать шотландских ведьм, тогда как они могли воспользоваться услугами собственных.

Битвы с погодой и попытки взять ее хоть под какой-то контроль были настолько обычным явлением, что в 1750 году королева Австрии Мария даже издала специальный указ, запрещавший разгонять тучи колокольным звоном и стрелять по градовым облакам из пушек.

Пушки, кстати, довольно долго считались хорошим метеорологическим инструментом. Во время наполеоновских войн люди заметили, что после крупных сражений над местами их проведения проливались обильные дожди. Вплоть до конца XIX века считалось, что дожди эти были вызваны артиллерийской пальбой. Ученые спорили о том, какой из факторов является здесь определяющим: звук выстрелов, пороховой дым или поднятая в атмосферу пыль. Только после того, как было доказано, что ни один из этих факторов не может послужить причиной дождя, было найдено очень красивое решение этой погодной загадки. Все оказалось до смешного просто. Дело в том, что крупные сражения планировались обычно заранее. К заранее выбранному месту подтаскивали пушки, строили редуты, батареи, подтягивали обозы. Основной тягловой силой были лошади. Они же должны были во время сражения нести на себе основные наступательные силы — кавалерию. Но для того чтобы лошадь функционировала нормально, ей нужна была сухая земля. На мокрой почве лошадиные копыта скользили и буксовали, а обозы и пушки вязли в грязи. Поэтому военачальники, прежде чем начать сражение, выжидали, когда почва на выбранном месте хорошенько просохнет. То есть сражениям предшествовал длительный сухой период. Но поскольку ничто не может длиться вечно, после этого периода обычно шел дождь. То есть можно сказать, что это не дождь шел после боя, а бой устраивался перед дождем.

До капли

Считается, что первым прибором, который человек противопоставил капризам погоды, был изобретенный в 1752 году Бенджамином Франклином молниеотвод. Впрочем, его приоритет оспаривается неизвестным российским изобретателем или архитектором, поставившим заземленный металлический шпиль на сооруженной не позднее 1745 года знаменитой Невьянской башне русских купцов-олигархов Демидовых. Но после этого наука управляемой метеорологии на долгое время забуксовала. Только в середине прошлого века люди вновь поверили в свои силы и повели новое успешное наступление на силы природы. И первой его жертвой стал дождь.

Дело в том, что ни дождь, ни снег просто так идти не могут. И капельки, и снежинки могут образовываться только тогда, когда в облаке присутствует достаточное количество микроскопических ядрышек, вокруг которых эти капли и формируются. Это могут быть поднятые ветром с поверхности земли глиняные песчинки, кристаллики соли и даже космическая пыль. Но без них пар, из которого состоит облако, так паром и останется. Если его охлаждать, оно просто опустится на землю в виде тумана и превратится в росу, не более того. Но раз так, значит, можно заставить облако пролиться дождем, просто занеся в него нужное количество таких ядер.

Считается, что впервые такая идея возникла в голове американского химика, лауреата Нобелевской премии Ирвинга Ленгмюра во время восхождения на гору Вашингтона в Нью-Гемпшире. О своей догадке он рассказал сотруднику лаборатории General Electric Винсенту Шаферу, сопровождавшему его при этом восхождении. Идея запала в голову молодому ученому, и он решил во что бы то ни стало научиться вызывать дождь. В июле 1946 года он приступил к экспериментам в принадлежавшей лаборатории большой морозильной камере. Он брал образцы мелкого талька, соли, пыли, различных химических элементов и воздействовал на них насыщенным водяным паром, говоря проще — с силой выдыхал на них. Вспомните, какой пар валит у нас изо рта при дыхании на морозе. Вот этот пар Винсент и мечтал превратить в снег, однако результат был минимален. Помог ему случай. В один прекрасный момент он заметил, что температура в камере недостаточно низка для того, чтобы охладить выдыхаемый воздух. Пар изо рта был не виден. Тогда, просто для того, чтобы снизить температуру, он взял кусочек сухого льда и выдохнул прямо на него. В ту же секунду в воздухе камеры засверкали снежинки. Винсент дохнул еще раз, вызвав еще один миниатюрный снегопад. Так был открыт первый подходящий осадкообразующий реагент — сухой лед, то есть замороженный углекислый газ.

Уже 13 ноября того же года Шафер вызвал на севере штата Нью-Йорк первый рукотворный дождь, сбросив из самолета на облако три килограмма растолченного сухого льда. Впрочем, радость его омрачалась возражениями коллег, говоривших, что совершенно неясно, действительно он ли вызвал этот дождик или тот пошел сам по себе. Последующие эксперименты в чем-то подтвердили их правоту. Далеко не каждый «засев» оборачивался дождем. В конце концов удалось установить, что обработка облака сухим льдом увеличивает вероятность выпадения дождя на 15–20%. Что уже, в общем, довольно много.

Несколько позже доктор Бернард Воннегут, коллега Шафера и брат писателя Курта Воннегута, нашел второй, наиболее часто применяемый и сегодня реагент — йодистое серебро. Его тут же взяли на вооружение агрономы СССР и фермеры Южной Африки, Мексики и Калифорнии. Причем использовали его не только для полива, но и для предотвращения града. Только в последнем случае тучи «засевали» не над полями, а за 50–80 километров до них. В этом случае осадки успевали выпасть заранее, не дойдя до посевов.

Однако и тут ученые твердили, что нет веских доказательств того, что осадки вызваны именно «засевом». В докладе Всемирной метеорологической организации, изданном в 1955 году, было написано: «Имеются некоторые основания предполагать, что там, где часто наблюдаются облака определенного типа, умело проводимые операции по „засеву“ могли бы дать местное увеличение осадков, экономически выгодное», — но дальше говорилось о том, что «увеличение количества осадков, не вызывающее сомнений, еще не было получено. Это относится ко всем случаям активных воздействий, описанным в научной литературе. Представляется, что большинство заявлений, сделанных в других публикациях и газетах, не имеют достаточного основания».

Ученые твердили это так упорно, что к середине 1970-х годов «вызовом дождя» стало заниматься просто несолидно. Не бросили это дело лишь в СССР. В результате технологии «дождевания» у нас были доведены до такого уровня, что советскому правительству удалось провести, например, Олимпиаду-1980 почти без единого дождика в столице. Все дожди «сливались» тогда за ее окраинами, а над Москвой было ясное небо без единого облачка. В 1986 году трюк был повторен над 30-километровой зоной вокруг Чернобыльской АЭС. Тогда существовал реальный риск того, что дожди смоют радиоактивный мусор в реки, что усилит и без того крупную экологическую катастрофу. Также тучи не допускали до Москвы во время празднования 50-летия Победы, во время открытия и закрытия Всемирных юношеских игр 1998 года, в праздник 850-летия Москвы. Сейчас уже трудно представить крупное празд-нование, во время которого с подмосковного аэродрома Чкаловский или с Раменок не поднимается несколько транспортных самолетов ВВС России, переоборудованных специалистами Росгидромета под свои нужды.

Из тучи по пушкам

Перспектива вызывать дожди по собственному желанию радовала не только фермеров, но и военных. Во время войны во Вьетнаме американские летчики ежегодно, с марта по июль, обрабатывали йодистым серебром облака над местами обитания партизан. Особое внимание уделялось знаменитой «тропе Хо Ши Мина». В результате им удалось удлинить период дождей в полтора раза. За пять лет было произведено 54 успешных обильных «засева», заставивших партизан, по словам американских генералов, «заниматься не войной, а грязью».

В 1969 году мощный ливень чуть было не стал причиной досрочного закрытия знаменитого фестиваля Вудсток, на который собралось до полумиллиона хиппи, рокеров и прочих американских неформалов. Считается, что дождь был вызван искусственным «засевом» как раз для того, чтобы прекратить безобразие мирным способом.

Интерес военных к погодообразованию был настолько явным и неприкрытым, что в конце 1970-х ООН даже приняла соответствующую конвенцию, запрещающую использовать погоду в качестве оружия. Несмотря на это, по утверждениям экологов, «климатические машинки» продолжают разрабатываться по сию пору. Но, конечно, военных больше интересуют не дожди и грады, а ураганы, способные «сдуть» вставший на пути город. В качестве главного претендента на звание «ураганного генератора» обычно называют расположенную на Аляске на территории военной базы Гакхона американскую систему HAARP. Система представляет собой полигон размером в 60 квадратных километров, на котором установлено 360 25-метровых антенн. Объединенные в единую сеть, они составляют один огромный сверхвысокочастотный излучатель мощностью 1 700 000 000 ватт. Полтора миллиона супермикроволновых печей, подогревающих ионосферу планеты. И хотя правительство США, выделяющее на HAARP 300 млн. долларов в год, утверждает, что проект разрабатывается с чисто научными целями, все же остается неясным, зачем Пентагон, в ведении которого он находится, обнес его несколько лет назад комплексом ракетной обороны. У России тоже есть подобный объект, только в три раза менее мощный и в 30 раз менее финансируемый. Находится он в 150 км от Нижнего Новгорода и называется «Сура». Считается, что, нагревая с помощью таких установок ионосферу, можно создать в ней так называемую ионосферную линзу и уже с ее помощью нагревать атмосферу, вызывая искусственные циклоны или даже ураганы и отправляя их с попутными ветрами на голову неприятеля. Однако работающие на этих комплексах ученые на такие заявления с сарказмом возражают, что человек слишком много о себе воображает, если верит в то, что может своими слабенькими силами запускать грозные климатические процессы.

Однако следует признать, что сарказм здесь не особенно уместен. Дожди ведь запускать научились.

Кстати

Особенности национального менталитета: во всем мире процедуру, при которой дождевые тучи заставляют пролиться в выбранных человеком местах, называют засевом облаков, и только в России говорят об их разгоне.

Цена вопроса

Стоимость 1 кубического метра воды, выпавшей в виде дождя после работ по «вызыванию дождя», составляет примерно 30 копеек.

Напечатать

Жизнь 00:01 / 10 Июня 2026 14998

«Не талант, не традиции, не школа - вода. Много воды!»

Эрнст предложил «Ленфильму» покинуть центр Петербурга

Ирина Смирнова

Труд

На завершившемся Петербургском международном экономическом форуме много чего было сказано яркого и судьбоносного, направленного не в будничную хмарь, а к сияющим горизонтам. Однако некоторые дерзкие идеи вызывают...