Есть от чего прийти в отчаяние нашим ведущим мастерам легкой атлетики и их наставникам: столько пота и слез идет насмарку! Однако, похоже, столь драматическая ситуация в большей мере волнует самих атлетов, а не спортивных функционеров, по долгу службы обязанных из кожи лезть, чтобы обеспечить нашим спортсменам максимальную юридическую и организационную поддержку. Немудрено, что наметилась линия раскола...
На днях комиссия спортсменов Всероссийской федерации легкой атлетики (ВФЛА) в лице Сергея Шубенкова, Сергея Литвинова и Марии Ласицкене обратилась к министру спорта России Павлу Колобкову и президенту ОКР Станиславу Позднякову с открытым письмом. В числе прочего в этом послании есть просьба незамедлительно вернуться к вопросу о приостановлении действия государственной аккредитации ВФЛА и исключении ВФЛА из числа членов ОКР. Что это — удар в спину, выстрел в ногу или акт отчаяния?
Андрей КРУПОРУШНИКОВ, советник президента ВФЛА и главный тренер ЦСКА по легкой атлетике, а в недавнем прошлом спортивный директор ВФЛА, так прокомментировал эту историю «Труду»:
— На данный момент ситуация зашла в тупик, пока практически ничего невозможно сделать в плане восстановления российских атлетов в международном статусе — даже в нейтральном. Но давайте говорить и думать не только о мастерах международного уровня. В России 200 тысяч человек организованно занимаются легкой атлетикой, 7 тысяч тренеров работают в нашем виде. Если отозвана аккредитация у Всероссийской федерации из Минспорта и ОКР, то лишаются своего статуса и областные, городские федерации, а значит, официальных зимних турниров даже местного значения в России проводить нельзя. То есть вся легкая атлетика даже в пределах России становится нелегитимной.
К тому же со стороны ИААФ не было гарантии и даже намека на то, что если ВФЛА лишится аккредитации в российских структурах, то у легкоатлетов с гражданством РФ появится шанс на доступ к международным турнирам. Так что, по моему мнению, эта акция Союза спортсменов ВФЛА сделана с расчетом на международную аудиторию. Чтобы продемонстрировать, что они выступают против той системы, которая подменяла данные Московской антидопинговой лаборатории, и осуждают ее. Однако ничего более реального нельзя сделать до того, как будет избран новый состав руководства российской легкоатлетической федерации. И мы еще не знаем, какой будет реакция ИААФ на этот новый состав.
Раньше 12 февраля выборное собрание провести не было возможности. Вообще-то до окончания сезона подобные мероприятия нежелательны. Потому что старое руководство, как обычно, с обидой уйдет и уведет с собой административный аппарат с документами. А пришедшее новое станет только вникать в дела.
ИААФ официально объявила, что процесс по восстановлению ВФЛА остановлен, рабочая группа под руководством Руне Андерсена не действует. Совет состоится (как обычно это бывает) накануне зимнего чемпионата мира по легкой атлетике в Нанкине с 13 по 15 марта. Лишь после этого ситуация может измениться, если новое руководство ВФЛА сможет наладить контакт с ИААФ. Вторая сторона дела — как россиянам удастся пройти международный спортивный арбитраж (CAS). Сможет ли наша сторона предоставить неизмененную базу данных Московской антидопинговой лаборатории? Пока получается замкнутый круг...
Один из четырех членов комиссии спортсменов ВФЛА Сергей ЛИТВИНОВ дал «Труду» свой комментарий:
— По поводу приостановки аккредитации ВФЛА... Это был ультиматум Минспорта и ОКР. Они выдвинули рекомендации и пригрозили отзывом лицензии, однако их рекомендации были проигнорированы. В письме мы изложили наши требования. Главное: надо было уже давно провести выборную конференцию ВФЛА. А они до сих пор тянут с ответом ИААФ даже по поводу ситуации с Данилом Лысенко. Своим бездействием затягивают процесс восстановления российских легкоатлетов на международной арене. Пока даже о статусе нейтральных спортсменов мы можем лишь мечтать. С каждым днем уходят наши шансы на выступления на Олимпийских играх. В мире доверие к российской легкой атлетике падает все ниже.
В числе рекомендаций к ВФЛА было, в частности, полностью сменить руководство. Даже если в ее составе есть отдельные грамотные и ни в чем не провинившиеся люди. Но вся федерация запятнана, и ее состав надо поменять полностью. Так почему же эти люди до сих пор сидят на своих местах? Несомненно, ИААФ на это обращает пристальное внимание. Если мы будем молчать по поводу того, что ВФЛА не выполнила требования Минспорта и ОКР, то ситуация останется такой, какая она сейчас есть. Министр спорта Павел Колобков похвалил Машу Ласицкене за ее смелость и принципиальность. Но хотелось бы, чтобы за такими словами последовали и дела, а ситуация сдвинулась с мертвой точки.
Так что я не согласен с тем, что нам надо ждать решения Совета ИААФ в начале марта. Если дело так будет идти и дальше, то наш вопрос может быть попросту не включен в повестку. ИААФ не сделает шагов нам навстречу, пока ВФЛА не начнет меняться. Насколько мне известно, сейчас у ВФЛА нет контактов с ИААФ. Руководство ВФЛА должно было уже смениться и начать плотно работать с ИААФ. При желании это можно было сделать еще в декабре.
Работа спортивных федераций в ведущих державах гораздо меньше зависит от НОК и Министерств спорта. Это общественные организации, и они должны быть максимально самостоятельны. В России же это устроено наоборот. Но в глазах ИААФ мы будем лучше выглядеть, если легкоатлеты станут самостоятельно принимать ключевые решения.
P.S. Приходится констатировать: нынче спортивные чиновники, вторя политикам, все чаще говорят о заговорах и происках внешних врагов, а не о реальных проблемах в российском спорте, о наведении в нем порядка и прозрачности. И потому все заметнее разногласия спортсменов с функционерами.
А в это время
Французская прокуратура плотно взялась за сенегальца Ламина Диака, возглавлявшего ИААФ с 1999 по 2015 год. Он уже пять лет сидит под подпиской о невыезде по обвинениям в коррупции, ему грозит срок до 10 лет и очень крупный штраф. Теперь в отношении Диака прокуратура расширила список его прегрешений — в связи с допинг-скандалами россиян. Экс-главу ИААФ обвиняют в том, что он якобы за взятки закрывал допинговые дела наших атлетов, причем эти деньги ему якобы передавал бывший президент ВФЛА Валентин Балахничев. Бегунья Лилия Шобухова публично заявила, что за сокрытие положительной допинг-пробы она заплатила 300 тысяч евро. Справедливости ради отметим: под следствие дела Диака попали не только россияне, но и представители других стран. Впрочем, нам от этого легче не будет. В связи с необходимостью расследования новых данных этого дела судебные заседания откладываются до июня с. г. Но как изменение этих сроков отразится на ситуации с допуском российских легкоатлетов?
