Кризис, вызванный коронавирусом, проявляет особенность, к которой мы должны будем «привыкнуть» (если у нас будет на это время). Вы заметите, что фактически потерпели крах официальные интерпретации. Прежде всего – потому что их просто нет. Помимо тех, о которых трубят по телевидению и со страниц серьёзных газет (которые, кто больше, кто меньше, все превращаются в развлекательные) и апеллируют к Науке с большой буквы, как если бы наука уже дала однозначные ответы на вопросы, которых она ещё не может ни знать, ни проверить на опыте.

Что такое этот вирус, мы не знаем. На самом деле мы даже не знаем как следует, что такое вирус вообще. Даже специалисты (честные) не могут объяснить, что такое вирус, как он себя ведёт, как модифицируется, и тем более – почему модифицируется и почему он это делает так быстро. В том числе и поэтому преобладает путаница, какофония, противоречивость объяснений, человеческих реакций, «условных рефлексов», правил, законов, по которым действуют учреждения. Почему? Потому что мы начинаем замечать признаки «перехода», к которому движемся. Об этом почти никто не говорит. Тех, кто говорил об этом, заклеймили в лучшем случае как «катастрофистов», в худшем – как «комплоттистов». Теперь мы наблюдаем ситуацию, которую могли бы предвидеть, если бы смотрели на действительность открытыми глазами.

А о чём говорила нам действительность? Что общество, которое человечество создавало веками, стало в один момент, в течение ХХ века, «неустойчивым». Теперь, в начале XXI века, оно «распадается», как бывает со всеми неустойчивыми веществами. Другими словами, было бы разумно смотреть на кризис, вызванный коронавирусом, как на предостережение о том, что в ближайшем будущем начнёт случаться всё чаще, если мы не начнём менять нашу судьбу и стараться сделать наше состояние из неустойчивого устойчивым.

Организация «системы», действовавшая в последние почти 70 лет, перестаёт работать. Её дальнейшее существование практически невозможно. Но учреждения и люди действуют по инерции, по законам «старого мира», в то время как начинают проявляться неизвестные законы «другого мира». Если прибегнуть к физической метафоре, то, что происходит, похоже на «фазовый переход». Как будто вода переходит из жидкого состояния в газообразное. Если бы мы были молекулами воды, мы бы понимали, что не только расстояние между нами увеличивается, когда мы переходим из жидкого состояния в газообразное, но и сами законы наших отношений – другие, чем были в жидком состоянии. Мы бы поняли, что стали элементами другого общества – газового. И, например, остро почувствовали бы изменение давления, которому раньше, когда мы были водой, не придавали большого значения, даже почти не замечали его, даже когда оно менялось.

Хотите конкретный пример? Повсюду говорят только об экономике и, значит, неизбежно об экономическом кризисе, о крупных, огромного масштаба финансовых операциях, по большей части неизвестных даже тем, кто на них спекулирует. Некоторые думают, что эта система, безостановочно производящая долг, отдающая самые большие куски произведённого богатства всё более тесной группе людей и соответственно делающая бедными огромные массы людей, обречена. Так думают самые разумные. И ещё они думают, что эта система рухнет из-за внутренних противоречий, потому что её законы неправильны. И они ошибаются, потому что система функционирует, и даже превосходно – в своём собственном пространстве. Она перестанет работать только тогда, когда изменится пространство, в котором она находится.

И всё яснее становится, что это пространство – явление переходное. Великий итальянский экофизик Луиджи Серторио определил его как «переходный этап теплового двигателя» в человеческой цивилизации. Это не более чем переходный период, после которого наступит другой (если только не разразится ужасная война между немногими, всё более сильными, и многими, которые не захотят умирать от нужды и болезней). Но абсолютное большинство людей думает, что эта система вечна. Думают, что у неё свои законы функционирования, и склоняются перед этими законами. Других они не знают. Но и они ошибаются. Законы системы перестанут действовать, когда изменится окружающее пространство.

Ни те, ни другие не понимают, что мы переживаем «смену состояния». Это равноценно коренной смене всех законов всех систем, принадлежавших предыдущему состоянию. Теперь – возвращаюсь к коронавирусу, с которого начал, – мы должны будем понять, что экономика и финансы взорвутся не столько из-за внутренних дефектов, сколько из-за неожиданного «пролома» извне. Это всё равно что сказать, что нам придётся совершить интеллектуальный скачок – понять, что сложность мира, общества и кризиса гораздо больше и изменчивее, чем мы думаем и видим. Это касается и всех других частных систем.

Коронавирус – deus ex machina, неожиданно появившийся из глубины кризиса и показавший, что может разрушить все системы, каждая из которых считала, что может функционировать независимо и вечно. То, что происходит, доказывает, что каждый аспект жизни современного общества может поставить под сомнение, разрушить, уничтожить внезапное цунами, созданное неожиданно явившимся микроскопическим вирусом, способным нарушить сразу и биологическое, и политическое, и экономическое, и научное и даже философское и моральное равновесие, на котором основывается наше существование.

Можно иногда пытаться исправить частную систему, но ещё неизвестно, всегда ли это возможно. Например, компьютер может отключиться. Может быть, он сломался. И тогда мы постараемся его отремонтировать. Но что мы сможем сделать, если заметим, что больше нет электрического тока? Имеет ли тогда смысл ремонтировать компьютер?

Из статьи для SputnikNews