В этом аналитическо-назидательном эссе автор перечисляет одолевающие нас напасти, и этот перечень не вызывает возражений. Действительно, сравнительный анализ 52 военных конфликтов, случившихся в мире начиная с 1960 года, выявил тенденцию: все вооруженные столкновения после 1980 года тянулись в среднем в три раза дольше, чем в предыдущие десятилетия, и вовлекали в свою орбиту большее число стран-участниц. Все это явилось результатом хаоса, который в свою очередь стал следствием существования целого подвида "несостоявшихся государств" ("failed states"), где чиновники-временщики, озабоченные собственным преуспеванием, тащили "под себя", разбазаривали казенные деньги и имущество. Предпринимательство засыхало на корню. Никто не думал о долгосрочных перспективах. Возникал замкнутый круг насилия. Нация погружалась в пучину нестабильности, беднела и нравственно опускалась.
Велика вероятность, что хаос и проблемы будут множиться на глазах, предостерегает Маллаби, ссылаясь на то, что в ближайшие 20 лет население планеты возрастет с шести до восьми миллиардов, и прирост придется в основном за счет наибеднейших, то есть, по его выражению, "дисфункциональных" государств. И с этого момента у автора проявляется чисто американский акцент: "Демографический прессинг будет исходить от Афганистана, Пакистана, Саудовской Аравии, Йемена и палестинских территорий - то есть исламских обществ, где имеют место мощные течения антизападного экстремизма". "Несостоявшиеся государства" - прямая угроза зажиточному Западу, они несут главную ответственность за ввоз "наркотического зелья" - опиума из Афганистана или кокаина из Колумбии, за контрабанду "живого товара", за нелегальную иммиграцию.
Какой же выход предлагает политобозреватель "Вашингтон пост"? Просто выдавать кредиты через международные финансовые институты, создавать инфраструктуру, заниматься образованием, чтобы вытащить "несостоявшиеся государства" из бедности? Нет, это не панацея. Выход один, считает Маллаби, - строить государственность там, где ее нет или где она обвалилась, строить с нуля, с самого фундамента. Строить - со стороны. Для выполнения этой сверхзадачи не подходят "существующие международные институты". Но и в одиночку Соединенные Штаты не справятся. Нужен новый международный орган, получающий финансы от "богатых стран, входящих в Организацию экономического сотрудничества и развития". В этом случае, по мнению Маллаби, не будет, вслушайтесь, "разочарований, связанных с голосованием в Совете Безопасности ООН, где Китай и Россия обладают правом вето, или с Генеральной Ассамблеей ООН с ее неудобной системой "одна страна - один голос". Короче, ООН - по боку. Международное право? А что это такое?
Задуманный Маллаби фонд будет сродни Всемирному банку и Международному валютному фонду, которые, цитирую, "уже воплощают собой гибридную формулу - оба этих института решают поставленные американцами задачи и отражают американское мышление, но одновременно представляют собой транснациональные образования". Задуманный орган призван "собирать вместе мускулы и знающих людей для обустройства государств, а затем направлять их туда, куда решит совет директоров, возглавляемый американцами". Чуть ниже следует пояснение, что понимает автор под "мускулами": организации понадобятся "не только деньги, но и войска", а это достижимо, только если Соединенные Штаты возьмут на себя роль "сильного лидера". Расшифруем: эти войска будут под американским флагом.
Себастьян Маллаби находит исторический прецедент, подтверждающий, как ему видится, привлекательность наднационального органа под американским руководством - "он заполнит вакуум, оставленный после себя рухнувшими империями". И напоминает: первая мировая война не только "похоронила Оттоманскую империю", но и породила "систему подмандантных территорий".
Краткий исторический экскурс: после поражения в первой мировой войне Германия по решению Лиги Наций передала шесть своих заморских колоний в управление странам-победительницам. Такая же судьба постигла и ряд владений ее союзницы - Оттоманской империи, в частности, речь идет о Сирии, Ливии, Ираке, Палестине, Трансиордании. На этих "землях" властные полномочия, распространявшиеся на законодательство, внутреннюю политику и внешние сношения, были сосредоточены в руках, как сейчас сказали бы, "внешнего управляющего", называемого "мандатарий". На первых ролях в этом качестве выступали тогда две империи - Британская и Французская. И только они могли решать, когда подмандатная территория окажется "...способной сама руководить собой".
Выходит, так выглядит завтрашний "новый мировой порядок" по Себастьяну Маллаби? Все это можно было бы списать как "особое мнение", не вызывающее в вашингтонских центрах принятия решений никаких эмоций, откликов, а тем более оргвыводов. Есть, правда, одно "но".
Особый пафос "логике неоимпериализма" придают два обстоятельства: "Форин афферс" издается в США Советом по внешней политике, то есть органом, который во многом формулирует ее основные положения, и на этот раз журнал открывается статьей именно Себастьяна Маллаби. А накануне встречи в верхах в Москве между президентами России и США небесполезно представлять ход мысли людей, которые способны в той или иной мере влиять на стратегическое мышление политиков в администрации Джорджа Буша.
15:58
ВИНК знает цену бензина
09:26
Друг северного человека
