С 18 августа Эстония закрыла въезд для россиян с эстонским «шенгеном». На визы, оформленные другими странами, запрет пока не распространяется. Но стран этих все меньше: государства Балтии и Чехия уже не выдают «шенген» россиянам; Бельгия, Мальта, Нидерланды сократили число кратковременных виз. Обсуждают это и в ЕС, где хотят, чтоб граждане РФ, имеющие загранпаспорта, почувствовали себя изгоями: посидите-ка вы дома, вспомните СССР. А что если и впрямь вспомнить, и не только СССР, но и копнуть поглубже?
.jpg)
Фото из открытых источников
«На польской границе осмотр был не строгий. Я дал приставам копеек сорок, после чего они только заглянули в мой чемодан, веря, что у меня нет ничего дурного» — так описал Николай Карамзин одну из встреч с пограничниками (на фото выше) во время путешествия по Европе. Оно началось очень вовремя: французская революция 1789 года, разразившаяся как раз в то время, скоро заставит многие страны, в том числе и Россию, ужесточить правила выезда. А Павел I, едва взойдя на престол, и вовсе запретит поездки за границу, кроме как по его личному дозволению.
Но это будет позже, а пока для выезда за рубеж требовался лишь загранпаспорт, который тогда получали в Коллегии иностранных дел. За двухгодичный документ брали 50 копеек серебром, на три года — рубль, что примерно соответствует 720 рублям сегодняшним. Для сравнения: сегодня пошлина на загранпаспорт с биомет-рией, который действует 10 лет, составляет 5 тысяч рублей, или, если через портал «Госуслуги», 3500. Визы же в том виде, как мы их знаем, еще не существовали, на границе просто делали отметку о въезде-выезде — так, как сейчас происходит при поездках, например, в Израиль и другие безвизовые для россиян страны.
.jpg)
Фото из открытых источников
«В Риге в трактире, где я остановился, хозяин очень услужлив: сам носил паспорт мой в городское правление и в полицейский участок, — продолжает Карамзин в своих „Письмах русского путешественника“, ставших на долгие годы лучшим путеводителем по Европе. — Я ожидал, что при въезде в Пруссию на самой границе нас остановят; однако ж этого не случилось».
Судя по описанию, литератор выбрал один из двух самых популярных в то время маршрутов в Европу: Петербург — страны Балтии — Берлин — Франция, а потом, если оставались деньги, — Швейцария или Италия. Второй путь начинался тоже в Петербурге, а из него в Финляндию и Скандинавию. Нынче после отмены из-за санкций авиасообщения с Евросоюзом мы будто вернулись на два с половиной столетия назад: страны Балтии и Финляндия опять стали для россиян «окном в Европу».
Интересная деталь, о которой упоминает Карамзин: в XVIII веке люди нередко путешествовали с паспортами, выданными страной назначения или временного пребывания. «Мне дали в Женеве паспорт, где власти города и республики свидетельствуют, что, поелику господин К., двадцати четырех лет от роду, русский дворянин, намерен путешествовать по Франции, то они всепокорнейше просят, чтобы в его путешествии ему не было учинено никакого неудовольствия, давать ему свободный и охранный проезд, оказывая всяческую помощь и споспешествование». Причем, отмечает литератор, получить такой паспорт может любой: власти пеклись о безопасности путешественников. Оно и понятно: люди это были в основном богатые и знатные, случись с ними что, неприятностей не оберешься...
.jpg)
Фото из открытых источников
Ну а здесь (фото выше) — заграничный паспорт Российской Империи середины XIX века. Пока без фотографии: ее начнут вклеивать в документ пару-тройку десятилетий спустя. К паспорту непременно прилагалась книжка с двумя видами талонов (на фото внизу слева): один отрезали на таможне при выезде, а другой при возвращении. Проставляли и визы, это называлось «засвидетельствовать паспорт в посольстве». Но заверенная запись в документе реально требовалась только для Австрии и Франции, в других странах обходились отметкой на границе. Австрийцы же были не прочь провести досмотр русских по полной программе, а французы и вовсе выдавали путешественнику из России на границе временный документ, а его постоянный паспорт отправляли в ту гостиницу, куда тот направлялся. Это делалось якобы для предотвращения иммиграции. Хотя не секрет, что после двух десятилетий войн многие государства чувствовали себя обиженными «жандармом Европы», как называли в те годы Россию, и отыгрывались на приезжих русских.
Срок действия загранпаспорта Российской Империи составлял пять лет. Даже если вы собирались провести за рубежом меньше времени, платить приходилось полностью. И немало: с главы семейства сбор составлял 100 рублей серебром за полгода, то есть тысячу за 5 лет (в наших деньгах — больше 700 тысяч рублей). Так что семье с двумя детьми (с домочадцев брали по 25 рублей за полгода) на загранпаспорт по нашим ценам и миллиона было мало! Николай I, считавший, что ничему хорошему его подданные в Европе не научатся, пытался создать им максимум препятствий для выезда — от финансовых до бюрократических.
Взять хотя бы сам процесс получения загранпаспорта. Первым делом полагалось трижды (!) дать объявление о поездке в «Санкт-Петербургских ведомостях» с указанием имен и званий всех, кто едет с вами (за каждую фамилию — по 86 копеек серебром). Продублировать текст на немецком — он был основным международным языком, потом к нему присоединился французский. Если после публикации кредиторы не объявлялись, только тогда можно было сделать справку об отсутствии долгов и подписать ее у частного пристава и квартального надзирателя.
Не обойтись без дополнительного визита в участок и желающим выехать на лечение: справки от врача было недостаточно. Александр Сергеевич Пушкин, который много лет безуспешно рвался в Европу, с горечью писал в июле 1825 года П.А. Вяземскому: «Аневризмом своим дорожил я пять лет как последним предлогом к избавлению, — и вдруг последняя моя надежда разрушена проклятым дозволением ехать лечиться в ссылку!» (речь идет о полученном от Александра I высочайшем повелении ехать в Псков и лечиться там — в ответ на просьбу отпустить за границу). Не отпустил Пушкина и Николай I, к которому тот не раз обращался позже.
Эх, не дожил поэт до Александра II Освободителя! Новый царь буквально в первый же год смягчил закон о выдаче загранпаспортов и в разы снизил пошлину. К тому же появились дешевые билеты: развивался железнодорожный транспорт, морские перевозки. В России начался небывалый туристический бум, который продолжался до Первой мировой войны. Точь-в-точь как у нас пару десятилетий перед 2014 годом...
.jpg)
Фото из открытых источников
А эту диковинку (на фото слева) нынешние 35-40-летние сограждане наверняка в своих загранпаспортах никогда не видели (надеюсь, и не увидят, но кто его знает). Выездные визы появились в России вместе с большевиками и к 1930-м годам стали вполне привычны. Собственно, это была единственная виза, которую «делал» наш интурист: писал на себя характеристики, утверждал их по инстанциям, собирал подписи начальников, потел на партбюро и комиссиях в райкомах, отвечая на каверзные вопросы, заполнял анкеты. Если все получалось и выездную визу давали, можно было покупать путевку и паковать чемодан, остальное брал на себя «Интурист» — и компетентные органы.
Загранпаспорт с проставленными визами советский гражданин получал в аэропорту. На внутренней обложке документа под грифом «Секретно!» была специальная памятка (на фото справа): как себя вести и как противостоять действиям западной разведки. Совсем по Высоцкому: «Говорил со мной, как с братом, про коварный зарубеж, // Про поездку к демократам в польский город Будапешт: // «Там у них уклад особый, нам так сразу не понять, // Ты уж их, браток, попробуй хоть немного уважать. // Будут с водкою дебаты, отвечай: // Нет, ребята-демократы, только чай. // От подарков их сурово отвернись, // Мол, у самих добра такого завались».
Все эти инструкции и ограничения отменили только в 1986 году, за пять лет до крушения Союза. И сейчас о том «организованном» туризме его участники вспоминают с улыбками: забавного было немало. Но повторения вряд ли кто хочет: слишком уж мы привыкли к другому уровню — и сервиса, и впечатлений, и комфорта. И так не хочется отвыкать!
