Накануне выборов президента России некий неизвестный с аббревиатурой DIT_MOS донимал меня эсэмэсками, настойчиво информируя, что «москвичи могут стать участниками акции #ВыбираемВместе2024, отдав свой голос на elec.mos.ru». Это слегка настораживало, потому что я не собирался никому ничего отдавать, а намеревался воспользоваться своим правом гражданина России и проголосовать в ходе выборов президента, придя лично на избирательный участок.
Латиница в нынешних непростых обстоятельствах вызывала дополнительные сомнения. Тревога возросла, когда я получил сообщение: «Вам присвоен уникальный код участника акции #ВыбираемВместе2024». В здравом уме и твердой еще памяти я не просил никого ничего мне присваивать, тем более какой-то код. Никаких заявлений на сей счет не подавал. Попахивало какой-то интригой, дележом чего-то по темным углам. Правда, гражданину давался шанс отказаться от этих игр. Но, пройдя по ссылке mos.ru/otkas, я толком ничего не добился.
На следующий день меня уведомили, что я исключен из акции #ВыбираемВместе2024. Однако предупредили, что это касается лишь распределения призов, по поводу же кода и возможности «отдать свой голос» ничего не сообщалось. Было понятно, что никаких пряников я не получу, относительно всего остального ясности не появилось.
Тут мне почему-то вспомнился телевизионный сюжет о том, как москвичи в ходе предварительного голосования проявили редкое единодушие, приговорив все тополя в Москве к вырубке. Тренировка электронного голосования, возможно, привела к тому, что, не объявляя референдум и не советуясь толком со специалистами, московские власти развязали себе руки по части зеленых насаждений. Но ведь тополя хотя и досаждают летним пухом, зато они одни из самых стойких и полезных пород деревьев: быстро растут и выделяют много кислорода. Те, кто их сажал, дураками точно не были...
Каково же было мое удивление, когда я 16 марта пришел на избирательный участок, где обычно голосую, и не обнаружил себя в списках избирателей. Собственно, и списков жителей дома, в котором я проживаю, там тоже не было. Как объяснили члены избирательной комиссии, «наш дом забрал себе другой участок». На мои недоуменные вопросы они лишь замахали руками. И опять настойчиво предложили мне воспользоваться терминалом для электронного голосования. Ну чтобы никуда не ходить, ноги не бить. Это еще больше усилило мою тревогу за судьбу моего несчастного голоса. Потом мы вместе выясняли, где же я все-таки могу проголосовать старым добрым — проверенным! — способом.
Когда я наконец-то добрался до нужной урны, меня опять пытались направить к находившемуся рядом терминалу для электронного голосования. Возникла тревожная мысль: почему же организаторы все время сбивают меня с пути истинного?
На выходе с участка я испытал некое облегчение. Хотя настроение, мягко говоря, было не из самых приподнятых. Просто зло брало на ровном месте. Вспоминались былые времена, когда выборы воспринимались как гражданский праздник. Тогда кругом звучала бравурная музыка, а исполнивший свой долг гражданин мог прямо тут же, далеко не отходя от урны, подкрепиться недорогими бутербродами с дефицитной копченой колбасой, красной рыбой и булочками с чаем...
Впрочем, не везде избирателя встретили так сухо, как меня в Москве. Например, на Сахалине голосующих бесплатно угощали блинами с щедрой порцией красной икры. Вот я и подумал, не махнуть ли мне в следующий раз, когда случатся выборы, на Дальний Восток, чтобы вдоволь насладиться праздничной атмосферой и тамошними дарами моря? Ну или хотя бы отъехать в Московскую область. Там избирателям, впервые голосующим на выборах, раздавали шоколадные плитки с символикой выборной кампании. Авось и мне бы досталось. Или уж замахнуться на что-то посерьезнее? На квартиры, машины, туристические путевки и прочие пряники, фигурировавшие нынче в лотереях: В моем сознании это мало вяжется с осознанным выбором гражданина, ну да известно: бытие определяет сознание, а не наоборот!
