Одна из острейших на сегодня проблем — куда себя деть. Но для Георгия ПОГОСОВА, олимпийского чемпиона и шестикратного чемпиона мира по фехтованию на саблях, этот вопрос не стоит: у него под рукой целый мир: Недавно Георгий, живущий в США, выпустил книгу «Фехтовальное наследие», где повествует о своей уникальной коллекции марок и автографов. В сборнике представлены иллюстрации самых интересных и редких экспонатов и очень любопытные истории. Что стоит за столь основательным трудом? Об этом «Труду» рассказал сам автор.
— В этом томе я знакомлю читателя с людьми и марками, связанными с нашим видом спорта. Экземпляры книги я отослал Томасу Баху и принцу Альберту — и от обоих получил письма благодарности. А начинал я с собирания чемпионских автографов, потом к этому добавилась коллекция марок. Естественным образом определилась и главная тема, мне очень близкая: фехтование. Понемногу мне удалось собрать коллекцию автографов знаменитых фехтовальщиков — начиная с 1900 года, когда фехтовали на деревянных мечах. Например, четырехкратный чемпион Игр 1900 и 1904 годов Рамон Фонст является национальным героем Кубы. У меня есть несколько его автографов. А братья Нади, итальянцы, расписались на одном листе бумаги. Автограф редкий: на тот момент братья вдрызг меж собой разругались. Но у меня их автографы оказались рядом. Я выкупил это фото у наследников главы НОК Италии на аукционе. Но многих людей, у которых приобрел оригиналы известных фотографий, редкие марки и автографы, я назвать не могу — связан их просьбами.
Часть моей коллекции — пресс-фото, оригиналы фотографий, с которых информационные агентства отправляли по миру копии. Скажем, мне довелось выкупить у американского агентства оригинал уникального фото с фехтовальщиком, наносящим укол в акробатическом прыжке. На фото я узнал Гурама Коставу. Выкупил оригинал, передал его Гураму, тот расписался и выслал мне его назад. Родился раритет.
Или вот редчайшая открытка с Олимпиады-1928. На ней расписалась вся венгерская чемпионская команда тех Игр. Один из саблистов погиб в немецком концлагере: Еще один раритет: олимпийский пропуск 1936 года на стадион в нацистском Берлине с наклеенной на нем маркой фехтовальщика. И штамп присутствует.
Конечно, мне помогали достижения и известность в мире фехтования. К примеру, автограф главы МОК Томаса Баха я получил «по знакомству» — он ведь тоже фехтовальщик. Но зачастую приходится покупать раритеты на аукционах, выменивать или выторговывать их у других коллекционеров или их наследников. Особое место в моей коллекции — «пробники», то есть предварительно выпущенные малым тиражом марки. Некоторые из них с автографами авторов эскизов.
Признаться, у меня не такие большие финансовые возможности, как у таких признанных филателистов, как гроссмейстер Анатолий Карпов или баскетболист Никита Моргунов, собравших уникальные коллекции. Но занятие это настолько азартное и захватывающее, что приносит удовольствие каждому истинному коллекционеру. Подчеркну: истинному, а не деляге, видящему в этом лишь бизнес.
Впрочем, когда есть возможность приобрести интересную марку в нескольких экземплярах, я это делаю — для того чтобы дубликат обменять при удобном случае. Обмен марками в обществе филателистов — дело распространенное.
Ценность марки возрастает, если на ней проставлен почтовый штемпель того дня, когда проходил турнир, запечатленный на марке. А если на открытке рядом с маркой (или на листе, состоящем из блока этих марок) стоит автограф персонажа, то вы король!
Профессиональная филателия — кропотливое и затратное занятие. Но если грамотно его вести, то необязательно быть миллионером. С душой и с мыслью собранная коллекция становится уникальной.
Где хранятся эти дорогие коллекции марок и автографов? В охраняемых боксах — с замками, видео-камерами и прочим оборудованием. В США, где я живу с 1995 года, их обычно устраивают в больших ангарах, где граждане арендуют помещения разных габаритов. А что вы хотите, там ведь бывают настоящие произведения искусства и уникальные исторические свидетельства.
