Кто не знает знаменитого суриковского полотна «Меншиков в Березове»? В комнате с низким потолком — опальный царедворец с пустым и печальным взором, вчера еще всемогущий, а сегодня лишенный всего, кроме воспоминаний... А знаете ли вы, что в эти дни исполняется ровно 290 лет с того дня, как ближайший сподвижник Пет-ра I, «полудержавный властелин», как назвал его Пушкин, светлейший князь Александр Меншиков, оказавшись пос-ле смерти Петра на вершине влас-ти и потеряв ее в одночасье, прибыл в ссылку в Березов? Отправимся и мы к его последнему приюту.
Теплоход медленно приближается к пристани. Впервые за многие часы плавания поросшие тальником низкие берега Оби при впадении в нее Северной Сосьвы сменились холмами, на которых и стоит поселок Березово. Некогда здешняя крепость носила не вполне благозвучное название: Гнилой Березов. Она появилась в 1593 году на месте поселения хантов Суматвош, что в переводе означает «город берез».
Добраться сюда непросто, но Березово не выглядит захолус-тьем. Скорее наоборот: асфальтированные дороги, добротные дома, много магазинов, возводится новый речной вокзал. Главная же достопримечательность — здание местного музея. Березово — районный центр Ханты-Мансийского автономного округа. Поблизости расположено Березовское нефтегазовое месторождение, отсюда и все признаки благополучия.
Знакомство с поселком мы начинаем с улицы Собянина. Знакомая фамилия? Нет, улица названа не в честь московского градоначальника — она носит фамилию снайпера, героя Великой Отечественной. Хотя и мэр Москвы имеет прямое отношение к Березово: здесь он провел школьные годы...
Но вернемся к дороге, по которой светлейший князь следовал в сибирскую ссылку. Первую остановку Меншиков с домочадцами и челядью сделал 3 ноября 1727 года в Раненбурге — ныне городе Чаплыгине Липецкой области. Опальное семейство остановилось в некогда принадлежавшей светлейшему крепости. Она находилась на пути в Воронеж, где Петр строил корабли. Царь нередко останавливался у Меншикова в Раненбурге, что в переводе означает «апельсиновый город». Цитадель представляла собой земляное укрепление с пятью бастионами. Внутри располагались четыре двухэтажных дома. В один из них и поместили Меншикова...
Представьте, этот дом, единственный из всех, сохранился до нашего времени! И мы в нем побывали. В советские годы в доме размещались коммуналки, жили шесть семей. В каждой комнате стояла печь. Нижний этаж использовался под сараи. Уже в нашем веке почти обреченный дом отреставрировали, открылся музей, часть экспозиции которого, естественно, посвящена Меншикову. Жаль только, что в музее ничего не сообщается о пребывании в крепости другого знаменитого изгнанника — малолетнего императора Иоанна Антоновича, закончившего свои дни в Шлиссельбургской крепости. А начался его скорбный путь, как у Меншикова, с Раненбурга.
Но двинемся дальше. Меншиков покинул Раненбург 16 апреля 1728 года. Из Петербурга, несмотря на опалу, он выехал как знатный и богатый вельможа, в карете, в сопровождении челяди. А Раненбург покидал в повозке, бедняком, получавшим суточные деньги от командира конвоя. Со светлейшим сводили счеты те, кто еще недавно перед ним заискивал и пресмыкался. Потому и появился указ о ссылке опального, лишенного всех званий и имущества вельможи в далекий сибирский Березовский острог. Современники свидетельствовали, что Меншиков, несмотря на удары судьбы, вел себя с достоинством. По пути сам готовил пищу, а на сэкономленные деньги смог купить шубу захворавшей жене.
Следуя за Меншиковыми, мы оказались в расположенном неподалеку от Казани селении Верхний Услон. Здесь на сельском кладбище в мае 1728-го похоронили Дарью Михайловну Меншикову, не выдержавшую физических и моральных страданий. Говорили, она умерла, потеряв зрение и рассудок. Урожденная Арсеньева, дочь якутского воеводы, она вышла замуж за 33-летнего Меншикова в 1706 году. В донесении лейтенанта Крюковского Верховному тайному совету сообщалось: «Сего мая 10-го дня, не доезжая Казани за 7 верст, Меншикова жена умерла, а погребена в вотчине Троицы Сергиева монастыря в селе Верхнем Услоне против Казани, у церкви Введения Богородицы того села священником Матвеем Федоровым».
На гранитной плите уже в 1990-е появились простые слова: «Здесь погребено тело рабы Божией Дарьи Михайловны Меншиковой, почившей в лето 1728. Прости нас, княгиня».
А наш дальнейший путь лежал в Ханты-Мансийск. Здесь возле расположенной у речного порта Покровской церкви установлена гранитная стела, напоминающая об остановке в селе Самарове на молебен и постой Меншикова по пути из Тобольска в Березов. Отсюда до конечной точки маршрута ему оставалось «всего-то» около 560 верст. В августе 1728-го печальный путь наконец-то завершился.
Увы, до наших дней не дошел ни один документ периода пребывания светлейшего в Березове. Все, что есть, написано гораздо позже. В основном это воспоминания, которыми спустя годы делились люди, общавшиеся с опальным князем. Да еще та самая картина Василия Сурикова, где сидящий в тулупе опальный князь изображен в окружении своих детей — дочерей Марии, Александры и сына Александра...
Из Березова Меншиков не вернулся. Он умер 12 ноября 1729 года в 56 лет. Осталась лежать в сибирской земле и его дочь Мария — та самая, которая на суриковской картине изображена читающей книгу. Едва не став женой Петра II, она умерла от оспы через месяц после кончины отца. А вот другим детям Меншикова, дочери Александре и сыну Александру, повезло больше. Через три года ссылки, после того как на трон взошла Анна Иоанновна, они вернулись из Сибири. Александра стала фрейлиной, ее выдали замуж за Густава Бирона — родного брата всесильного фаворита императрицы.
Впрочем, освобождением и блистательной придворной карьерой дочь светлейшего обязана не только милосердию государыни. Деньги Меншикова, хранившие-ся в английских и голландских банках, могли получить только наследники... Сын Меншикова прожил долгую жизнь. Дослужившись до генерал-аншефа, скончался в 1764 году при царствовании Екатерины II. Но попытки вернуть принадлежавшие отцу дворцы и поместья оказались тщетными, у них уже появились новые хозяева.
Но вернемся в Березов. Известно, что здесь разжалованный генералиссимус срубил с помощниками деревянную церковь (он овладел плотницким искусством, работая с Петром на верфях Голландии). За алтарем свежесруб-ленного храма его и похоронили. Но та могила не сохранилась. Скорее всего, ее смыло во время разлива Северной Сосьвы. А на месте сгоревшей меншиковской церкви ныне стоит каменный храм, воздвигнутый в 1786 году. На одном из столбов ограды мы увидели табличку-напоминание: «Здесь в ноябре 1729 года был захоронен сподвижник Петра I Меншиков Александр Данилович (1673-1729)». С крутого яра открывается завораживающий вид на Северную Сосьву и Обь, растет сосновая роща, которую, согласно преданию, высадил сам князь. Что наша жизнь? Нет, не игра — миг на фоне текущей реки и уходящих в небо вековых сосен..
P.S. За эти столетия в Березове побывало немало опальных и ссыльных. Нам, например, показали дом, в котором в 1907-м остановился на пути в ссылку в Обдорск (нынешний Салехард) Лев Троцкий. Из Березова он бежал в тот вечер, когда его конвоиры отправились на любительский спектакль. Вскоре Троцкий оказался за границей... А не так давно на теплоходе, шедшем из Салехарда в Омск, загуляли возвращавшиеся с северов вахтовики. Пьянствовали, дебоширили. И тогда капитан, ко всеобщему одобрению, принял решение высадить их в Березово...
