Любимец Петра I придворный шут Балакирев возносился и падал благодаря своему длинному языку, о чем дошла до нас масса легенд. А кем на самом деле был этот человек? В поисках ответа авторы этого репортажа добрались аж до Эстонии, до когда-то секретного учебного центра атомного подводного флота СССР на берегу Финского залива в городке Палдиски...
Чтобы попасть сюда, в это метельное пространство, в котором едва просматривались деревянный вокзал, дома и стрелы портовых кранов, нам пришлось ехать до Таллина. А потом, пересев на электричку, еще час пилить до Палдиски, где ныне расположен крупный грузовой порт. В советское время этот городок на берегу Финского залива с 4 тысячами жителей был окружен колючей проволокой. Здесь находился учебный центр атомных подлодок, размещалась база подводных лодок. Попадали в Палдиски исключительно по спецпропускам, а железная дорога, соединявшая город с эстонской столицей, не была обозначена на карте.
Теперь базы нет, вместо нее возник торговый порт. Глубоководную и незамерзающую бухту оценил сам Петр I. Отвоевав в ходе Северной войны у шведов Ревель (нынешний Таллин), царь повелел в этой бухте основать порт и крепость, возведение которой началось в 1716-м. Поселение первоначально называлось Рогервик, потом — Петровским портом (магнитики с этим названием продаются в сувенирных киосках Палдиски). Нынешнее, эстонское название города появилось в 1922 году — оно созвучно русскому слову «балтийский».
Мы приехали в Палдиски, для того чтобы найти остатки той крепости, где томился любимец Петра I легендарный шут Балакирев, о котором Григорий Горин написал пьесу, давно идущую на сцене театра «Ленком». Но это так, к слову...
Иван Балакирев — личность удивительная. Родился в 1699 году, происходил из костромской ветви знатного рода, один из представителей которого служил во внутренних покоях царя Алексея Михайловича. Умел читать, а потому, поступив солдатом в Преображенский полк, стал обучаться инженерному делу.
История его знакомства с царем анекдотична. В жаркую пору Балакирев стоял на посту на берегу Невы. Решил искупаться — быстренько разделся и нырнул в реку... А тут царь! Нарушитель успел лишь нахлобучить парик со шляпой и схватить ружье. Петр на часового, явившегося пред ним в чем мать родила, разгневался. Но Балакирев нашелся: сказал, что-де «исследовал обстановку в реке».
Петр расхохотался и произвел Балакирева в камер-лакеи, а по сути — в шуты. Официально же Балакирев числился ездовым при императрице. Став доверенным лицом Екатерины, он доставлял ее любовные письма камергеру Виллиму Монсу, брату экс-любовницы Петра. Подвел Балакирева длинный язык: в апреле 1724-го, будучи навеселе, он проболтался о своей секретной миссии. Дошло и до Петра. Монсу отрубили голову, Екатерину собрались заточить в монастырь, а Балакирев, мелкая сошка, отделался 60 ударами батогами и ссылкой на три года в крепость Рогервик.
Но вскоре Петр умер. Занявшая престол Екатерина I поспешила возвратить опального шута ко двору и пожаловала ему офицерский чин. Так Балакирев стал поручиком лейб-гвардии. Правда, военной карьеры он так и не сделал — остался в шутах. Во времена царствования Анны Иоан-новны, взошедшей на престол в 1730 году, шутовство возвели в ранг искусства. Далеко не все среди многочисленных «шутников», окружавших императрицу с утра до вечера, промышляли бездумным скоморошеством: за шуткой или кривлянием нередко скрывалось донесение политического характера. В условиях абсолютной монархии шуты играли роль осведомителей и даже серых кардиналов.
Тот же Балакирев не только за шутки-прибаутки по повелению Анны Иоанновны получил дом за Литейным двором в Санкт-Петербурге. А когда за свой длинный язык он вновь оказался в тайной канцелярии, императрица выручила его, приказав впредь «лишнего не говорить».
Впрочем, доживать свой век Балакирев отправился в Касимов, где еще в петровские времена ему пожаловали землю и даже шутовское звание «царь касимовский». Там он и умер в 1763-м, уже в эпоху Екатерины II. Его похоронили у алтарной стены Богоявленской церкви на окраине Касимова. Могила Балакирева сохранилась до наших дней. Мы нашли ее без труда, когда приезжали в Касимов.
Достоверных прижизненных изображений Ивана Балакирева не сохранилось. Но на написанной в 1872 году художником Валерием Якоби картине «Шуты при дворе императрицы Анны Иоанновны» в одной из трех фигур автор изобразил Балакирева. Есть и его лубочные изображения. О популярности Балакирева свидетельствует и выпущенное в 1830-м издателем Полевым «Собрание анекдотов Балакирева» (книга пользовалась колоссальным успехом, выдержав в XIX веке более 70 переизданий). К образу Балакирева не раз обращался и кинематограф. В фильме «Баллада о Беринге» роль шута сыграл Георгий Милляр, а в картине «Сказ про то, как царь Петр арапа женил» — Михаил Глузский.
...Но вернемся на станцию Палдиски. Нам повезло: еще в электричке мы познакомились с прекрасно говорившим по-русски жителем Таллина. Сам он оказался из нанайцев. Еще в советские времена перебрался в Эстонию из Хабаровского края, в Палдиски у него сестра и мать. Попутчик, несмотря на метель, проводил нас до улицы, ведущей к разрушенному замку. К своему изумлению, на пути увидели памятник Салавату Юлаеву. Откуда в эстонской глубинке монумент в честь одного из предводителей пугачевского восстания? Оказывается, Юлаева не казнили после поражения пугачевцев, били плетьми, клеймили и в цепях отправили на вечную каторгу в каменоломни возле крепости Рогервик — вместе с отцом Юлаем Анзалином и еще несколькими соратниками. Салават прожил на каторге четверть века. Последнее документальное упоминание о нем относится к сентябрю 1800-го. Майор Дитмар сообщал в Эстляндское губернское правление: «Сего месяца 26-го числа помре каторжный невольник Салават Юлаев». Его могила не сохранилась. Выкованный из меди памятник — бюст Салавату Юлаеву был установлен в Палдиски в 1989 году. Его имя носит и здешняя улица. Она-то и привела нас к бывшей крепости, о которой сегодня напоминают ров и крутые валы из земли и камней — остатки куртин и бастионов. Со смотровой площадки открывается великолепный вид на море и порт.
От крепости мало что сохранилось. Давно исчезла и каторжная тюрьма. Но вокруг, как и много лет назад, ведется разработка камня. Здесь когда-то долбили скалы и впавший в немилость шут Балакирев, и башкирский бунтовщик Салават Юлаев, и масса таких же бедолаг. В 5 км от Палдиски сохранился возведенный в петровские времена маяк. А местная таверна носит название «Петровская таможня».
P.S. Через много лет после Петра сюда приезжала Екатерина II, решившая прекратить строительство крепости и порта и сосредоточиться на укреплении Кронштадта. А в июн-е 1912 года в гавани Балтийского порта встретились Николай II и кайзер Вильгельм II, приплывшие на яхтах «Штандарт» и «Гогенцоллерн». Но эта встреча не смогла предотвратить Первую мировую войну.
