Труд: ВАСИЛИЙ МИШИН: "СЕГОДНЯ Я МНОГОЕ ДЕЛАЛ БЫ ПО-ДРУГОМУ"

Главная Жизнь 01:01 05 Июля 2000 149

ВАСИЛИЙ МИШИН: "СЕГОДНЯ Я МНОГОЕ ДЕЛАЛ БЫ ПО-ДРУГОМУ"

Академик В. Мишин, сменивший некогда Сергея Королева на посту Главного конструктора космических систем и кораблей, считает, что долговременные "вахты" экипажей на орбите не нужны.

Головачев Виталий

Напечатать

Сложив широкие ладони лодочкой, Василий Павлович, бывший Главный конструктор космических кораблей, сподвижник и преемник легендарного Королева, в стареньких шортах, шлепанцах на босу ногу и темной футболке, бережно несет, улыбаясь, сорванные минуту назад белоснежные цветы жасмина (только головки). По садовой дорожке направляется к утопающему в зелени домику. Добротная зимняя дача в подмосковной Валентиновке окружена высоким глухим забором, построенным еще в те времена, когда хозяин дома был тщательно засекречен. Тогда вся эта территория круглосуточно охранялась сотрудниками КГБ. Но с тех пор много воды утекло, сегодня даже звонок у калитки не работает...
Мишин выглядит намного моложе своих 83-х - бодр, "в струне", полон новых технических идей. Раз или два в неделю ездит в Москву, на службу - работает советником ректора Московского авиационного института, где долгое время заведовал кафедрой. Но сегодня никуда ехать не надо. Академик умиротворенно несет цветы, предвкушая радость от будущего "священнодействия", когда, используя китайский рецепт, начнет готовить ароматнейший жасминовый чай. Он идет мимо беседки, в которой 26 лет назад мучительно размышлял о том, не пора ли покинуть этот бренный, несправедливый мир? Выстрел из пистолета - и все... От должности Главного конструктора решением Политбюро ЦК КПСС (в мае 1974-го) он был освобожден, но пистолет еще оставался у него... Именно в момент этих тягостных раздумий к нему зашел, словно Судьба послала, живший неподалеку и отправленный в отставку еще в 1960 году выдающийся конструктор артиллерийского вооружения генерал-полковник Василий Грабин.
- Знаешь, Василий Павлович, - сказал много переживший на своем веку генерал, - не принимай все так уж близко к сердцу. Жизнь - переменчива, порой такие сюрпризы преподносит. Вот расскажу, что произошло со мной в 1939-м. Я написал Сталину письмо, в котором рассказал, что мешает созданию новой военной техники, изложил свои предложения. А тут - так совпало - важные испытания окончились неудачей, и друзья передали мне, что ночью меня арестуют. Ну, я решил, что в тюрьму не пойду. Вечером приготовил пистолет, жду. Как придут, думаю, так я и пущу себе пулю в лоб. И вот около полуночи в дверь стучат, и одновременно телефон зазвонил. Решил все-таки снять сперва трубку. И слышу: "С вами будет разговаривать товарищ Сталин"... Затем глуховатый голос, который я хорошо знал: "Товарищ Грабин, мы ваши предложения принимаем". А эти, из органов, уже у меня в квартире. Успел только сказать: "Какие предложения, товарищ Сталин, меня пришли арестовывать". А он: "Дайте трубку старшему...". И вот представь, Василий Павлович, если бы звонок был на десять секунд позже или если бы я вместо того, чтобы поднять трубку, нажал курок...
- Вот здесь и состоялся тот разговор, - показывает мне Мишин на простенькую беседку, расположенную в двадцати шагах от дома. И после долгой паузы произносит, круто меняя тему: - Чувствуете, какой тонкий аромат идет от жасмина?..
А вообще-то наша встреча, по договоренности, была посвящена обсуждению ситуации в отечественной и мировой космонавтике. Мне хотелось узнать мнение человека, который столько лет был одной из центральных фигур в этой отрасли, а теперь может взглянуть на развитие космонавтики как бы со стороны. В беседе Василий Павлович предельно откровенен, не считает нужным смягчать свои резкие формулировки, а порой высказывает неожиданные суждения, идущие вразрез с общепринятыми взглядами. Главное - мой собеседник убежден в своей правоте. Именно это и придает, надеюсь, особый интерес беседе.
- Василий Павлович, Россия и США после десятилетий острого соперничества в освоении космоса перешли наконец-то к конструктивному сотрудничеству. Началось осуществление фантастического интернационального проекта - строительство огромной Международной космической станции, на которой будут работать долговременные экспедиции. Восторженных слов в прессе по этому поводу сказано немало. Но у вас, насколько я слышал, иное мнение?
- Да не так все делаем - и мы, и американцы. Вот, например, огромные силы и средства на протяжении двадцати с лишним лет тратятся у нас на многомесячные полеты космонавтов. Я хочу спросить: нужно это сегодня людям, способствует ли улучшению их жизни? И вообще, что дают длительные "космические вахты"? Вот вы, например, журналист, столько лет пишущий о космонавтике, можете ответить на этот вопрос?
- Да здесь же вроде бы все ясно. Космонавты фотографируют земную поверхность, их исследования важны для изучения природных ресурсов, выявления новых месторождений, экологического мониторинга... С орбиты можно увидеть и большие скопления рыбы в море, подсказать район лова рыболовецким судам... Предполагается получать в невесомости на специальных установках уникальные кристаллы для радиоэлектроники, какие-то удивительные медицинские препараты...
- Ну назовите мне хотя бы одно лекарство, получаемое в космосе и используемое на Земле, - есть ли такое в реальности? Нет. Но это - частность, а главное в том, что более 80 процентов всей информации, связанной с исследованиями нашей планеты из космоса, мы получаем со спутников. Автоматы позволяют осуществлять непрерывный мониторинг земной поверхности в интересах гражданских заказчиков, а также Министерства обороны. Эти аппараты выгоднее во всех отношениях - работают непрерывно, они надежнее и дешевле. В то же время автоматы легко управляются с Земли, выполняют передаваемые на борт команды. Словом, сравнение по практической "отдаче" с пилотируемой космонавтикой однозначно не в ее пользу.
- Чтоже, вы вообще против пилотируемых полетов?
- Нет, конечно. Без пилотируемых полетов невозможно развитие космонавтики. Вопрос - в целях и задачах. Если мы хотим заниматься "рекламными" акциями, добиваться внешнего эффекта - одно дело, а если во главу угла ставится достижение максимальной эффективности, рациональное расходование средств - совсем другое. Нужно ли было нам, например, строить долговременную орбитальную станцию "Мир"? Да. Но не для того, чтобы там постоянно работали экипажи. Станция нужна не только для проведения научных и прикладных исследований, экспериментов, но и в качестве базы для ремонта спутников. Вышла из строя какая-то аппаратура на летающем вокруг Земли автомате, значит, надо ее заменить. Подводят спутник к орбитальной станции, ремонтируют, и вновь она возвращается на свою траекторию. Вот для этого и должен прибыть на станцию экипаж. Космонавты проводят также и на самом орбитальном комплексе регламентные работы, а также включают, к примеру, экспериментальные печи и установки, налаживают телескопы, фото- и телекамеры... После этого экипаж, взяв результаты космических исследований, возвращается на Землю. Такая схема оптимальна. В этом плане "Мир" сделан, по моему убеждению, неверно. Он предназначен для длительных полетов космонавтов, а не для решения тех задач, о которых я говорил.
Грустно, что мы тратим миллиарды рублей на "показуху": вот, мол, на орбите постоянно несут вахту наши замечательные люди.
- Первая долговременная орбитальная станция "Салют" была создана в 1971 году, когда вы были главным конструктором. Еще до этого и Сергей Королев, и вы мечтали о долговременных космических экспедициях...
- В те времена мы не считали деньги, государство щедро финансировало космическую отрасль. Соперничество с Соединенными Штатами за лидерство в космической гонке обходилось стране очень дорого. Многие миллиарды долларов вылетели в трубу... После того как политбюро с подачи тогдашнего секретаря ЦК КПСС Устинова освободило меня от должности Главного конструктора, я имел немало времени для объективного анализа пройденного космонавтикой пути. Поверьте, объективнное осмысление далось нелегко.
- Если бы можно было вернуться в прошлое, то на посту Главного конструктора вы действовали бы иначе?
- Безусловно. Энергично отстаивал бы, например, принципиально иную стратегию развития космонавтики. Главное - не эффектные лозунги типа "Даешь Марс!", а реальная польза людям от освоения космоса. В минувшие десятилетия мы все время стремились к рекордам - 18 суток пробыли космонавты на орбите, один месяц, полгода, год, больше года... Чтобы приобрести такой опыт (действительно бесценный), чтобы разработать необходимые методики, аппаратуру, потребовались колоссальные усилия и деньги. Однако этот опыт нужен при организации полета на Марс, а это задача не сегодняшнего и даже не завтрашнего дня. Со временем придет новая техника, появятся другие возможности... Так что затраченные усилия и средства можно было бы использовать более эффективно, для более актуальных дел.
- Опыт длительных полетов нужен не только для полета к Марсу, а и для многомесячной работы интернациональных экипажей на создающейся Международной космической станции (МКС)...
- Ну, что касается МКС, то мне не очень понятно, зачем строят эту 400-тонную космическую конструкцию. Между прочим, я не исключаю, что американцы стремятся реализовать этот проект с дальним прицелом. Знаете, по-всякому может складываться обстановка в будущем. И при наихудшем развитии событий, если, допустим, мы разругаемся, круто разойдемся с Соединенными Штатами, огромная станция вполне может быть использована в качестве одного из мощных источников энергии для будущей американской системы ПРО (противоракетной обороны. - В.Г).
- А перспективы мирного использования МКС?
- Опять-таки станция создается для пребывания на ней долговременных экспедиций, которые будут сменять друг друга. О неэффективности такого подхода мы уже говорили. На реализацию проекта потребуется, по первоначальным оценкам, 50 миллиардов долларов, по новым расчетам - 90 миллиардов. Колоссальные суммы! Убежден, через 5-10 лет и американцы, и другие участники проекта поймут, что эти деньги выброшены буквально в пустоту (если, конечно, МКС не станет частью системы противоракетной обороны США). С неизмеримо меньшими затратами международную станцию можно было создать на основе российского модернизированного орбитального комплекса "Мир". Превратить комплекс в базу ремонта спутников, присоединить новые модули... Но не пошли ведь американцы на этот весьма рациональный вариант и даже уникальное научное оборудование с "Мира" взять не захотели. Вот вам и "конструктивное сотрудничество"...
- Не могу не спросить о нашем многоразовом корабле "Буран", который, по мнению ряда специалистов, действительно является выдающимся научно-техническим достижением. Ваше отношение к этому проекту?
- Такой многоразовый корабль для сегодняшней космонавтики не нужен. И какими бы интересными ни были технические решения, в целом проект оказался серьезной ошибкой. Собственно, "Буран" создавался по предложению военных. Они доказывали, что если с "Шаттла" будет нанесен ядерный удар (13 ракетами) по Советскому Союзу, то наша страна окажется в тяжелейшем положении. Значит, говорили военные, чтобы был паритет, нам нужно иметь свой многоразовый корабль. На самом деле это был далеко не лучший, я бы даже сказал, наихудший вариант. В результате впустую истратили миллиарды и миллиарды рублей дополнительно, обескровив и без того истощенную гонкой вооружений экономику.
А в "мирной" космонавтике многоразовые "челноки", каждый запуск которых обходится в сотни миллионов долларов, вообще не выдерживают сравнения по стоимости с обычными кораблями и ракетоносителями. Американцы здесь здорово просчитались. Да и не является по-настоящему многоразовой ракетно-космическая система "Шаттл", ибо повторно используется только часть ее. Кстати, в России разработана действительно многоразовая, экономически очень выгодная ракета на основе имеющихся, хорошо освоенных двигателей. Но, к сожалению, путевку в жизнь она так и не получила
- Почему же?
- Может быть, потому, что для всех действующих конструкторов это было "чужое дитя". Каждый ратует за свои разработки. Лет семь или восемь назад я направил по этому поводу письма президенту Ельцину, руководителю Российского космического агентства Коптеву, президенту Российской академии наук Осипову. Но многоразовая ракета, которая экономила бы миллиарды рублей в год, видимо, не нужна стране. А сейчас, насколько я знаю, подобные разработки ведутся за рубежом. Есть у меня и другие интересные предложения. Например, вертикально взлетающие и вертикально приземляющиеся самолеты, причем не маленькие, а типа "Боинга-747". Между прочим, во время одной из моих поездок за границу серьезная фирма предлагала мне за 3 миллиона долларов реализовать этот проект за пределами России. Я, естественно, отказался.
- Жалеете теперь об этом?
- Нисколько. Жаль, что эти разработки не востребованы на Родине.
- Что представляет собой многоразовая ракета?
- Для старта используются двигатели ракет "Союз" и "Молния". А для посадки - турбореактивные авиационные. Все они хорошо отработаны, освоены производством. Ракета выводит космический аппарат на орбиту, а затем возвращается и совершает вертикальную посадку на Землю. Такая ракета рассчитана на 8-10 пусков.
- Да, интересный проект. После отставки в 1974 году не предлагали вам какую-либо работу на космических предприятиях, чтобы использовать ваш опыт, наработки?
- Не только не предлагали, но и отобрали мой пропуск, чтобы я не смог приходить на родное предприятие, где проработал более четверти века.
- Чем же вы занимались?
- Заведовал кафедрой в Московском авиационном институте. Отсюда, из Валентиновки, я ездил в МАИ по Щелковскому шоссе, а не по Ярославскому, возле которого расположены столь дорогие для меня заводские корпуса, - не хотел бередить душу.
- Хорошо хоть, что отставка произошла не в бериевские времена, а то бы посадили...
- Так меня - вы не поверите - и в наше время хотели посадить. Дело было уже в 1985 году, в марте. Прихожу в один непрекрасный день в институт, а член парткома мне по-тихому говорит: "Василий Павлович, КГБ интересуется вами. Готовится ваш арест - "за разглашение секретных сведений". Будто вы их сообщили журналисту Суслову, который продавал секреты за рубеж". Ко мне действительно когда-то приходил этот журналист, но мы с ним толком так и не успели поговорить. Да и какие там могли быть "государственные тайны" - максимум сроки запуска следующего экипажа. А тут такое обвинение. Позвонил домой жене (она, кстати, сразу стала сушить сухари) и поехал в ЦК КПСС к первому заместителю заведующего оборонным отделом Борису Строгонову. "Вот, - говорю, - Борис, я - шпион". Он внимательно выслушал меня и посоветовал недельку посидеть дома (у меня как раз был больничный). Написал письмо Михаилу Сергеевичу Горбачеву (его тогда только избрали генсеком). Уж не знаю, что предпринял Строгонов, дошло ли письмо до генсека, но через неделю тот же член парткома сообщил мне, что "тучи прошли стороной"...
Но все это в прошлом. Сегодня меня волнует другое - неясность целей и задач при освоении космоса. Грандиозные замыслы, впечатляющие проекты - а что все-таки от этих огромных затрат получат люди? Хорошо бы этот вопрос ставить в качестве заглавного при рассмотрении любых проектов...

Напечатать

Жизнь 00:01 / 20 Марта 2026 23395

Бульварный роман

История про школьных друзей, разъехавшихся из центра по разным окраинам Москвы

Андрей Гореловский

Труд

Этим карточкам почти 10 лет. Тверской бульвар, конец марта, воскресенье, дождичек с утра накрапывает — но он не раздражает. Что происходит в кадре? Ничего особенного, но история хорошая —...