Картошка еще не взошла на подмосковных огородах, а дачников уже предупредили: за каждый проданный килограмм заплатите штраф до 2 тысяч рублей. Такие нормы теперь содержатся в обновленной редакции Кодекса об административных правонарушениях (КоАП). И прости-прощай время, когда на дороге у каждой второй деревенской калитки стояло ведро той самой рассыпчатой и дешевой картошки. Пусть маленькой, но прибавки к пенсии за бабушкин труд. Спрашивается: кому это мешало?
Теперь для продажи продуктов, выращенных на дачных участках, требуется соответствующая государственная регистрация. Надо иметь участок менее 50 соток и не использовать наемный труд, что требуется подтвердить справкой от садоводческого товарищества или местной администрации. И упаси вас полиция от попыток продажи своих овощей в неположенных местах — у той же калитки... А еще нельзя выращивать продаваемый картофель из клубней, проросших в подвале с прошлого года, — только из официально купленных в магазине «семенных». Иначе, согласно статье КоАП, нарушаются «правила производства сельскохозяйственных растений». За что также положен штраф до 500 рублей.
То есть обложили по самое не могу. Хотя и без этого бюрократотворчества в 2016 году на долю личных хозяйств приходилось 74% всех посевных площадей и чуть больше — урожая картофеля (на частных делянках он лучше растет): в 2021 году — 66%, в 2022-м — 65%, а в прошлом — лишь 58,1%. Зато импорт в 2021 году составил 546 тысяч тонн картофеля, в 2022-м и 2023-м — по 500 тысяч тонн.
Есть и общенародные экономические потери: по данным Росстата, в последние несколько лет в структуре всех денежных доходов населения доля предпринимательских доходов уверенно снижается: в Европе она стабильно выше 6%, в США — выше 8-10%, в России сегодня — ниже 3,5%. Зато в России растет доля государственных дотаций и запросов на разного рода помощь из казны, то есть население приучают к иждивенчеству. Так что картошка — лишь маленький пример огромного вреда, наносимого усилением бюрократии.
А чиновников у нас много, и численность их растет. Два года назад Минфин пробовал подсчитать, сколько людей в стране работают в государственных и муниципальных органах власти, — вышло около 2,4 млн человек: 603 тысячи в федеральных государственных органах, 252 тысячи в региональных и 395 тысяч в муниципальных. «Получается, на 10 тысяч населения России приходится 163 чиновника. Это 3,3% от численности занятых в экономике», — рассказывала первый замминистра финансов Татьяна Нестеренко. В советские времена, по данным статистического управления СССР, их было куда меньше: при почти вдвое большем населении в стране в 1985 году численность управленцев составила 2,03 млн человек (это без партийного аппарата КПСС, который составлял 1940 ответственных и 1275 технических работников «на зарплате»).
«У нас более раздутая бюджетная сеть по сравнению с советским периодом», — говорил на заседании Госсовета в октябре прошлого года министр финансов Антон Силуанов. По словам главного финансиста, Россия по численности занятых в бюджетном секторе опережает развитые страны в 1,4 раза, а страны со средним уровнем развития — в 2,5 раза.
«Не оберешься преград, коли в кресле сидит бюрократ», — гласит народная мудрость. За примерами далеко ходить не надо. Вот недавно при оформлении загранпаспортов полицейские, отвечающие за миграционные вопросы, запретили прикладывать к анкете свою фотографию с улыбкой. Улыбаться нельзя! Если требование нарушено, в услуге, то есть в выдаче загранпаспорта, могут отказать. А детям запрещено фотографироваться с игрушками.
Из Ассоциации туроператоров России пошли жалобы: в российских аэропортах разворачивают туристов при вылете за рубеж «из-за разночтений в документах».
По словам вице-президента АТОР Артура Мурадяна, в выезде могут отказать и даже изъять загранпаспорт из-за буквы Ё в загранпаспорте, места рождения в «советском» написании, а также из-за особенностей машинописного штифта транслитерации. Эта проблема, говорит Мурадян, «носит лавинообразный характер».
К примеру, недавно из-за опечатки в загранпаспорте россиянина М. Алиева не выпустили в Стамбул, а паспорт изъяли и выдали предписание заменить документ. Оказалось, что место рождения мужчины было записано с ошибкой: «Ямало-НеМецкий АО» вместо «Ямало-Ненецкий АО». Туркам было бы наплевать, а наши проявили бдительность. В Калининградской области пограничники изъяли загранпаспорт россиянина, который возвращался из Польши, из-за опечатки в графе «место рождения»: вместо «Петропавловск-Камчатский» было указано «Петропавловск-Каматский». Но этого хотя бы впустили — впору и за это кланяться в пояс!
Что характерно: проблемы появляются не на иностранных, а на российских погранпунктах: там наших людей готовы впустить, но здесь не выпускают. Хотя понятно, что в паспортных «ошибках» виноваты не сами граждане, а чиновники наших же, российских государственных учреждений, которые называются «ответственными», но ни за что не отвечают. И не хотят отвечать.
Кстати, известный журналист Владимир Познер, имеющий также американское гражданство, рассказывал, как в США потерял американский паспорт. Обратился в полицию — и новый документ ему выписали в течение нескольких часов. Но подумать страшно, с какими многодневными мытарствами ему пришлось бы столкнуться, случись с ним подобное на российской земле с любым паспортом...
Однако наибольший вред приносит российская бюрократия российскому бизнесу. Это показали результаты опроса топ-менеджеров, проведенного компанией «Технологии Доверия» совместно с Аналитическим центром НАФИ в формате телефонного интервью на условиях конфиденциальности. В нем принял участие 1001 руководитель. Респонденты представляли малый, средний и крупный бизнес, различные регионы и отрасли. Главным, но не неожиданным результатом стал вывод: даже в нынешней сложнейшей международной ситуации ведению успешного бизнеса чаще препятствуют не внешние, а внутренние факторы.
Бизнес оперативно подстраивается под любые внешние условия, заявляет председатель совета директоров ГК «Праймкей» Олег Малахов. «Наверное, это в крови у предпринимателей. Многим уже удалось адаптироваться и к «восточному вектору» продукции, и к изменению логистических цепочек. К тому же освободившиеся из-за ухода западных компаний ниши позволили кратно наращивать спрос на внутреннем рынке, что стало дополнительным драйвером для развития отечественных компаний».
Причем среди рисков, которые в наибольшей степени мешают ведению бизнеса, зарубежные санкции далеко не на первом месте. Главным препятствием для ведения дел 49% опрошенных назвали бюрократию. Далее идут дефицит профессиональных кад-ров — 40%, нехватка финансовых ресурсов — 31%, несовершенство законодательства — 30% и только потом санкции — 25%.
Что же делать? Можно пойти по грузинскому пути. В 2004 году здесь сменилась исполнительная власть, известная непомерно разросшимся бюрократическим аппаратом, и парламент затеял кардинальную реформу по принципу «наименьшего государства». Дабы избавить экономику от лишнего регулирования, ускорить рост ВВП и заодно обуздать коррупцию. Меры принимались самые революционные, включая упразднение пожарной инспекции, санитарно-эпидемиологической службы, обязательного техосмотра транспорта, сертификации и стандартизации продукции. Реформаторам обещали хаос. Но на практике выяснилось, что, поскольку чиновники все равно не справлялись с работой, без их пригляда жизнь только улучшилась. Относительное число смертей в ДТП и пожарах сократилось. Люди не пострадали от лекарств, ведь продаваемые в аптеках медикаменты проверялись в странах-производителях. Удалось сэкономить на экспертизах, а ВВП вплоть до мирового кризиса 2008 года рос в среднем почти на 10% в год (против средних 3,7% в предыдущие годы). Кроме того, по сей день в рейтингах борьбы с коррупцией Грузия регулярно попадает в пятерку лидеров.
В Москве программа борьбы с бюрократизмом реализовалась по отраслевому принципу. Начали со строительства, где по правилам Минстроя значилась 141 разрешительная и запретительная процедура, обязательные соблюдения в отрасли, но из них только 29 процедур непосредственно касались стройки. Власти Москвы решили снизить административные барьеры: с 2012 года в столице сокращают излишние процедуры, а оставшиеся регламентируют, ускоряют и переводят в электронный вид без очередей в кабинеты. Результат: в 2005 году в Москве на получение необходимых документов, без которых не начнешь стройку, требовалось в среднем 629 дней и почти 12% от стоимости проекта, в 2015 году — уже 244 дня и 1,7% бюджета. В минувшем году для ряда объектов сроки сократились до 99 дней и 0,9% от стоимости проекта.
Что еще важнее: опыт Москвы ныне перенимают многие российские регионы. А столица разрабатывает и реализует аналогичные программы в других отраслях.
Вместо послесловия
Год назад Владимир Путин опять заявил, что власти на всех уровнях следует бороться с бюрократией без проволочек. Еще раньше в стране заработала «регуляторная гильотина» — инвентаризация всех действующих и обязательных для бизнеса требований с целью понять, соответствуют ли они современным реалиям. Если соответствуют, то нормы остаются, если нет, то они отменяются или изменяются. В результате за первые два года было отменено порядка 12 тысяч актов как российского, так и советского периода. Взамен было принято 447 новых нормативов. В 2023 году в рамках «регуляторной гильотины» планировалось к пересмотру еще 800 избыточных требований для бизнеса, но результаты пока неизвестны. И в предпринимательской среде поговаривают, что кампания сходит на нет. Хотя в борьбе с бюрократией главное — отказаться от кампанейщины, урезать права и возможности любых ведомств каждодневно и без устали. И постоянно сокращать штат, чтобы загруженные по горло чиновники не искали себе лишней работы. Ибо то, что они найдут, нам точно не будет на пользу.
