Труд: МОГУ ЛИ Я ПОМОЧЬ ВАМ?

Главная Жизнь 01:01 11 Мая 2000 150

МОГУ ЛИ Я ПОМОЧЬ ВАМ?

Душевная широта, щедрость и отзывчивость издавна считались (да и считаются) неотъемлемыми свойствами национального характера россиян. Не только в экстремальных условиях, но и в повседневных делах, в быту взаимопомощь, готовность поделиться последним (и уж

Головачев Виталий

Напечатать

О том, что это не субъективные впечатления, а реальные и весьма серьезные трансформации социального поведения, свидетельствуют опросы, регулярно проводимые Всероссийским центром изучения общественного мнения (ВЦИОМ). 35-40 процентов жителей страны на протяжении последних лет постоянно испытывают раздражение, напряжение. Такое состояние, согласимся, не очень-то способствует благожелательному, отзывчивому отношению к соседу, сослуживцу, незнакомому человеку на улице. И, к великому сожалению, бездушие и даже агрессивность стремительно нарастают. Вот результаты трех опросов, проведенных сотрудниками ВЦИОМ с 1991 по 1999 год. Ответы приводятся в процентах от общего числа опрошенных.
- КАКИЕ ЧУВСТВА ПРОЯВИЛИСЬ ИЛИ ОКРЕПЛИ ЗА ПОСЛЕДНИЙ ГОД У ЛЮДЕЙ, ОКРУЖАЮЩИХ ВАС?
Недоброжелательность, а нередко агрессивность граждан, как видим, достигла опасных масштабов. Нарастание в обществе усталости и безразличия к происходящему, можно сказать, стало доминирующим настроением среди значительной части населения. Причины подобных негативных тенденций в общем-то известны: обвальное падение уровня жизни многих граждан, крушение прежних идеалов и патерналистских стереотипов, незащищенность перед криминальным миром... Ответной реакцией стало у одних ожесточение, у других - безразличие, у третьих - обида (это чувство, по данным ВЦИОМ, постоянно испытывает треть опрошенных мужчин и четверть женщин). При таком настрое, конечно же, трудно рассчитывать на отзывчивость сограждан, доброжелательность, готовность бескорыстно прийти на помощь.
Многие читатели, думаю, могли убедиться в этом на собственном опыте. И я, к сожалению, тоже. Не так давно, например, срочно потребовалось позвонить по уличному телефону-автомату. Поблизости было всего два таксофона, для одного требовались жетоны, для другого - телефонная карта. Держа в руке сначала десятку, потом - двадцать рублей, я обращался к каждому прохожему: "Нет ли у вас жетона или телефонной карты? Пожалуйста, очень надо позвонить..." Кто-то на ходу бросил: "Карта-то есть, да времени нет", другой, продолжая говорить по мобильнику, посмотрел на меня, как на марсианина. Человек двадцать протопали мимо, и никто даже не замедлил шага. Помню, как муторно было на душе, - не оттого даже, что не удалось позвонить и впереди ждали лишние хлопоты и, возможно, неприятности. Еще горше было ощущать черствость, холодное безразличие людей, с которыми живу в одном городе, может быть, и на одной улице. Казалось, будто нахожусь в пустоте или в какой-то чужой, враждебной среде...
Впрочем, как раз на "чужбине", особенно в городах Северной и Центральной Европы, меня не единожды поражала бескорыстная готовность незнакомых людей прийти на помощь. Более того, они сами предлагали ее, когда кто-то рядом оказывался в затруднительном положении. Для примера хочу рассказать, как завершилась аналогичная попытка позвонить по таксофону не в Москве, а в Париже. Холодной октябрьской ночью (в 0.45, если быть точным) возле знаменитого варьете "Лидо" на Елисейских Полях я переходил из одной стеклянной телефонной кабинки в другую в поисках автомата, который работал бы не от карты, а от монетки. Однако все автоматы, как назло, были рассчитаны только на использование карты. Неожиданно ко мне подошел мужчина лет сорока и спросил по-английски: "Can I help you? (Могу я помочь вам?)". Узнав, в чем дело, без лишних слов вставил в таксофон свою карту и отошел, чтобы не мешать разговору. От денег он решительно отказался: "Если б я оказался в подобной ситуации в Москве, мне бы тоже помогли, не правда ли?"
Другой случай произошел в Брюсселе, куда судьба привела меня во время автомобильного путешествия. Перед сложным городским перекрестком взял правее и остановился, чтобы, сидя в машине, сориентироваться по карте. Серебристый "опель", обогнав, затормозил впереди, потом дал задний ход. Сидевший за рулем человек в дорогой кожаной куртке (но без головного убора) быстрым шагом подошел к моему авто и, ежась под моросящим дождичком, задал знакомый вопрос: "Могу ли я вам помочь?" Объяснив, как проехать, еще раз уточнил, все ли я понял, не нуждаюсь ли в какой-то другой помощи. И, приветливо махнув, поспешил к своему "опелю". Специально остановиться, заметив в другой машине водителя, изучающего карту, - представить такое на наших дорогах, по-моему, невозможно.
Конечно, было бы смешно рисовать идиллию - и "там" встречаются разные люди, всякие бывают ситуации. В итальянском городке Сан-Ремо я видел потрясенного французского туриста, который, выйдя утром из маленькой недорогой гостиницы, обнаружил, что его красный "рено" безнадежно испорчен - почти весь залит белой краской. Оказывается, француз вечером поставил машину не возле входа в отель, как предупреждали в рецепции, а чуть подальше - на чьем-то чужом месте, вот ему и отомстили...
Да, всякое бывает и у "них", но чаще я слышал в Германии и Франции, Бельгии и Голландии этот простой вопрос: "Могу я вам чем-то помочь?" Кому-то из нас такое предложение помощи может показаться странным. Потому что в мучительной битве за выживание многие россияне не просто ожесточились, а начинают, как мне кажется, утрачивать некие важные "опорные точки". Притупляется чувство сострадания, доброты, человеческого участия. И вот уже мы проходим мимо лежащего в крови, умирающего человека. В конце апреля возле метро "Университет" в течение трех часов умирал на глазах равнодушно спешащих прохожих жестоко избитый прокурор Замоскворецкой межрайонной прокуратуры Игорь Конюшкин. Спасти его не удалось... Подобные факты слишком уж многочисленны, уже почти не поражают (и дело тут не в сопоставлениях - меня прежде всего волнует то, что происходит у нас, в нашем "доме").
В обществе в последние годы явно ощущается избыток негативных эмоций, определенное напряжение, что, естественно, сказывается на нашем быте. Недавно читательница "Труда" москвичка Мария Ивановна Абрамова долго благодарила работника редакции за пустяковую справку и за то, что с ней "поговорили по-человечески". "Это сегодня такая редкость, - с горечью заметила она. - Всюду, куда бы я ни позвонила, - глухая стена равнодушия, а чаще - плохо скрываемого раздражения. Обрывают на полуслове, бросают трубку. И вот - нормальный разговор уже воспринимается как праздник. Во время войны с фашистами народ переживал куда более тяжелые испытания, но люди сплотились, помогали друг другу. А сегодня мне порой кажется, что все ненавидят всех: продавцы - покупателей, покупатели - продавцов; строители-ремонтники - жильцов, а те - ремонтников... Вот много говорят, что мы наконец повернулись к цивилизации, строим гражданское общество. Где оно, покажите..."
По инерции мы сами о себе думаем, что являемся "открытыми, простыми", а также "гостеприимными людьми" (эти качества назвали соответственно 67 и 73 процента опрошенных граждан). Но даже в массовом воображении, склонном к определенному приукрашиванию национальных черт, заметно изменились оценки таких качеств, как "готовность помочь" и "миролюбие". В прошлом году интервьюеры ВЦИОМ предлагали такие тесты:
1. Назовите качества, которые чаще всего можно встретить у русских
2. ...КАЧЕСТВА, КОТОРЫЕ ПРИСУЩИ ВАМ ЛИЧНО
Вот результаты по двум интересующим нас позициям (в сравнении с данными аналогичного опроса 1994 года):
Как видим, меньше стало у нас и готовности помочь, и миролюбия. В трудных жизненных ситуациях большинство граждан, по данным социологических исследований, рассчитывает только на самих себя. Наверное, по большому счету это и правильно. Плохо другое, что в повседневной жизни мы все больше разобщаемся, утрачиваем доброжелательность, спокойную уверенность, чувство собственного достоинства и уважение к другим. Между прочим, самооценка каждого третьего-четвертого респондента за год ухудшилась. Многие граждане теряют самоуважение, веру в свои силы и возможности. Им самим нужна поддержка, куда уж тут предлагать помощь другим... Нет, россияне не хуже других, разумеется, - нас делают такими обстоятельства, оказавшиеся для многих очень уж бесчеловечными. И прав В. Путин, подчеркивавший после инаугурации приоритетность для власти таких целей, как достоинство страны, достаток граждан.
И по мере их реализации все чаще у нас можно будет услышать простое: "Могу ли я чем-то помочь вам?".

Напечатать

Жизнь 00:01 / 20 Марта 2026 23395

Бульварный роман

История про школьных друзей, разъехавшихся из центра по разным окраинам Москвы

Андрей Гореловский

Труд

Этим карточкам почти 10 лет. Тверской бульвар, конец марта, воскресенье, дождичек с утра накрапывает — но он не раздражает. Что происходит в кадре? Ничего особенного, но история хорошая —...