Садулла Уайсов переживает - у него пропала корова. Что значит буренка в такое тяжкое время для многодетной крестьянской семьи, объяснять не надо - кормилица. И вдруг она исчезла. А с ней еще 32 коровы жителей поселка Новогрозненский. Из дома в дом поползли слухи. В том числе и о том, что коров, мол, "приватизировали" российские солдаты. Полковник Карапетян (он отвечает за связи военных с населением) устал объяснять:
- Я им говорю, что коров бандиты загнали на минные заграждения и они подорвались. Не верят!
Действительно, позавчера стадо буренок кто-то направил прямо в лесополосу перед штабом Восточной группировки, которая сплошь уставлена минами. То, что это сделали бандиты, стало ясно ближайшей ночью. Именно по тому коридору, где прошли коровы, в темноте пробрались "неизвестные" и обстреляли из гранатометов и автоматов блокпост читинских омоновцев. Ранили одного бойца, разрушили укрытие из мешков с песком и скрылись. Подобный способ обезвреживания минных заграждений "воины Аллаха" используют часто. Им плевать на то, что люди останутся без молока, что крестьяне пойдут искать своих буренок и подорвутся. Боевая цель достигнута - обстрелян блокпост. А попутно поселок наводнен слухами, которые подрывают веру в федеральные силы.
- Слухи - серьезное оружие бандитов, - подчеркивает командующий Восточной группировкой объединенных сил в Чечне генерал-майор Попов, - и противоядие против них находить трудно. Но - приходится.
Главный слух, который повторяют многие чеченцы, даже лояльно настроенные к федералам - о том, что российские войска вот-вот уйдут из республики. Его всячески поддерживают полевые командиры, и особенно их главный пропагандист Мовлади Удугов. За эту кампанию он несколько раз обращался к чеченцам с заявлениями о том, что в Москве разрабатываются планы вывода войск. Ему вторит и вконец дискредитировавший себя Аслан Масхадов. Он раз пять даже называл даты, когда российские солдаты покинут Ичкерию.
Целый рой слухов, фабрикуемых пропагандистами ваххабитов, рассчитан на тех чеченцев, кто попал в банды не по убеждению, а из-за денег или из-за того, что поддался на уговоры. Мне много раз рассказывали, как ваххабитские зазывалы не стесняясь вербуют молодежь, обещая златые горы и место в раю. Некоторые клюют на такие приманки. В бандах постоянно втолковывают, что как только они придут сдаваться федералам, то их тут же расстреляют или отправят навечно в Сибирь. Ложку дегтя в установленные порядки амнистии и прощения тех, кто не запятнал себя кровью и уголовными преступлениями, добавляет одна деталь. О ней мне рассказал глава администрации Новогрозненского Саид-Хаджи Ахьядов:
- Каждый, кто решил сдаться властям, должен принести с собой оружие - автомат, пулемет. Но кто же его отпустит из банды с оружием?! Наверное, для некоторых заблудших молодых чеченцев, если они не участвовали в зверствах, надо смягчить условия...
Может, Саид и прав. Только кто может поручиться за то, что под видом обманутых пропагандой Удугова молодых людей сдаваться властям не начнут и те, кто потом будет устраивать теракты?
Серьезно подрывают авторитет России среди мирного чеченского населения слухи о бесчинствах отдельных представителей федеральных сил. Понятно, что они раздуваются, что ими питается немало западных агентств, но, к сожалению, они имеют под собой определенную почву. В Новогрозненском, других селах я разговаривал об этом со многими. Нередки жалобы на то, что омоновцы, собровцы и милиционеры врываются в дома, не предъявляют никаких документов, даже не говорят, кто они такие, забирают все, что плохо лежит... Вот в этом доме какой-то собровец потребовал паспорт на видеомагнитофон. А когда обнаружилось, что паспорта нет, просто "конфисковал" дорогую вещь. В этом доме таким же способом был "изъят" телевизор, в другом - ковер... Можно вспомнить поговорку насчет паршивой овцы, портившей все стадо. Но вот что обидно: о наказаниях за такой беспредел никто ничего не говорит.
Сами чеченцы не жалуются зачастую на обидчиков по одной причине - боятся. В одном селе мне рассказали случай, как федералы забрали переносной генератор, который снабжал электричеством дом. Хозяин пожаловался в военную комендатуру. Генератор со скрипом вернули, но за это те, кто его отобрал, над хозяином вдоволь поиздевались. Больше никто не жаловался...
Когда все это начинаешь осмысливать, то понимаешь, почему Садулла Уайсов, крестьянин из Новогрозненского, верит в нелепый слух, будто его корову российские солдаты "привязали к дереву и доят". Как разубедить его? Полковник Карапетян, человек по-житейски мудрый, находит выход и из этой ситуации. Он идет прямо к командующему Восточной группировкой генералу Попову и просит у него вертолет. Доводы просты: если Садулла увидит свою буренку, подорвавшуюся на минах, то хоть как-то успокоится сам и успокоит своих соседей.
И вот мы сидим в вертолете, который кружит над лесополосой.
Садулла молчит. Наконец внизу показываются туши коров. Их много. Летчик разворачивает машину, мы летим прямо над этим кладбищем животных. Садулла кричит:
- Нашел, нашел! Она убитая лежит. А рядом - две соседские коровы...
Когда садимся, я спрашиваю Садуллу, действительно ли он узнал свою корову?
- Как же мне ее не узнать?! Восемь лет была рядом...
На другой день мы встречаемся с Садуллой в поселке. К нему, оказывается, приходило много народа: односельчане хотели убедиться лично, видел ли он их кормилиц.
- И что вы им сказали?
- Надо не коров искать, а тех, кто загнал их на мины, - мрачно ответил Садулла.
18:44
Шумят новые леса
