18 марта знаменитая немецкая группа Scorpions выступит в Москве — возможно, в последний раз. Scorpions объявили о том, что их новая пластинка «Sting In The Tail» — последняя в 40-летней истории группы: коллектив отправляется в прощальное турне. Фронтмен Scorpions Клаус Майне объяснил «Труду» это решение.

— Почему же все-таки Scorpions решили уйти со сцены?

— Знаете, новый альбом выходил у нас таким сильным, что у нас появилось чувство… Мы решили остановить этот безумный рок-н-ролльный поезд, эту безумную гонку, которая длилась последние 40 лет, и закончить карьеру на высокой ноте. Сильный альбом, мировой тур — и уйти красиво. Это было наше общее решение. Тем не менее впереди еще долгий путь — большой тур, три года. Так что сейчас нет причин грустить. Нашим фанам лучше отмечать выход нового альбома. В общем, давайте повеселимся, когда мы приедем в Москву!

— Но вообще-то когда кто-нибудь вот так объявляет о прощальном туре, неизбежно возникает мысль: ну, недолго ждать и триумфального возвращения…

— Нам такие игры не нравятся: сказать «прощайте», а потом снова вернуться, чтобы снова сказать «гудбай» — и опять воссоединение… Может быть, если бы мы распались лет 10 тому назад: Не знаю, у нас еще долгая дорога — мировой тур, нам надо для начала добраться до финишной черты.

Мы приняли это решение, потому что не хотелось сдавать на глазах у наших поклонников, хочется уйти в хорошей форме. Когда вы участвуете в Олимпиаде и возвращаетесь домой с золотой медалью — ну чем можно перекрыть золотую медаль? Что можно предложить больше? У нас много таких золотых медалей — я имею в виду многочисленные платиновые и золотые диски, — и перекрывать свой результат еще и еще… Мы хард-роковая группа — это означает много энергии на сцене. Мы по-прежнему «плохие парни, вышедшие из-под контроля». Но надо быть реалистом и сказать: о’кей, ребята, сколько мы еще сможем продолжать это? А ведь хочется закончить с высоко поднятой головой, в силе. Это лучше, чем разочаровывать своих фанов. Знаете, это как на вечеринке — бывает такой момент, когда думаешь: так весело, но пора и уходить. Хотя, конечно, не всегда можешь найти дверь. (Смеется.)

— А каково это — 40 лет в одной группе? Это же целая жизнь.

— Да это и есть наша жизнь! Это наша рок-н-ролльная семья. Конечно, у всех нас есть жены, подруги, семьи. Но это будет совершенно новая глава в нашей жизни — без группы. Я тут недавно пошутил, когда Рудольфу Шенкеру (гитаристу группы. — «Труд») задали вопрос о том, что он будет делать без Scorpions, и он ответил: «Я, наверное, позвоню своему брату Майклу, и мы сделаем совместный проект». А я сказал: «Ну тогда, может быть, Рудольфу понадобится вокалист, и он позвонит мне». (Смеется) Прямо сейчас невозможно строить какие-то планы.