- Бэлла Михайловна, вы недавно посетили Москву, где участвовали в работе жюри конкурса имени Рихтера. А помните свой последний концерт перед отъездом из Советского Союза?
- Это было в Донецке летом 1978 года, я играла Четвертый концерт Рахманинова. Все уже знали о том, что я уезжаю, так как в апреле я подала документы в ОВИР. Но ни одна филармония страны не отменила моих выступлений - кроме Ленинградской, где директриса была сильно партийной. Там мой прощальный концерт не состоялся (я должна была играть Концерт Гершвина). Не могу пожаловаться на советскую публику: она квалифицированная, заинтересованная. С другой стороны, я рада, что мой сын, который по собственной инициативе уехал за границу на полтора года раньше меня, не узнал того, чего сполна хлебнула я - тяжелого быта советских гастролеров. Представьте себе. Какой-то город, допустим, на Урале. Концерт прошел успешно, было много бисов, звучали аплодисменты. Публика ушла домой пить чай и перед сном вспоминать хорошую музыку. А солистка в это время сидит на вокзале и ждет поезд. Она крепко держит в руках чемодан, потому что окружение, прямо скажем, не самое интеллигентное. Поезд приходит часа в три ночи. Заспанная проводница внимает моей просьбе и дает нижнее место. Чем занимался предыдущий его обитатель - ясно по грохоту пустых бутылок под моей полкой. Я получаю белье серого цвета, мокрое и в дырах. Вот так я объездила всю страну. А уж где только не играла - и в Большом зале Московской консерватории, и в скромных провинциальных клубах на пианино. В одном только Ленинграде выступала 28 сезонов. Например, мы с Давидом Ойстрахом и квартетом имени Танеева играли там Концерт Шоссона. Это было за год или два до смерти Давида Федоровича.
- Он умер на гастролях в Голландии?
- Да, я почти застала этот момент. Мы с ним сыграли в Амстердаме Первый концерт Брамса. После чего я улетела в Москву, а Давид Федорович остался еще на день - они с моим учителем по консерватории Яковом Флиером играли Второй концерт Брамса. Наутро, часов в пять, Давид Федорович разбудил жену: "Тамара, мне плохо". Тамара Ивановна подняла тревогу, Флиер вбежал к ним в номер в пижаме... Но ничего нельзя было сделать, и Ойстрах умер до приезда "скорой". С тех пор наши артисты в этой гостинице больше не останавливались - из суеверия. И для моего учителя эти переживания оказались роковыми - вскоре его сразил инфаркт. Я тогда тоже была на гастролях. Приезжаю в Москву и неожиданно вижу на вокзале мою маму - она меня обычно не встречала. Я немножко удивилась. Мы взяли такси, приехали домой. Мама мне дала поесть и только тогда сказала о кончине Якова Владимировича. Лишившись такого защитника, я поняла: надо уезжать. Ведь в консерватории, где я преподавала, на меня смотрели косо - мой сын жил в Америке.
- Зато в Штатах вас пригласили в тамошнюю "консерваторию" - Джульярдскую школу.
-Хотя я не собиралась преподавать, так как много гастролировала. Но президент Джульярда, где в то время оканчивал учебу мой сын, просил меня взять хоть одного студента. "Нам нужно ваше имя", - честно признался он.
-Джульярд сильно отличается от наших вузов?
- Там все другое. 4 года обучения, а не 5, как в России. Да и состав педагогов, студентов... Вы знаете, мне неудобно критиковать заведение, где я проработала 20 лет. Но это факт, как говорил мой покойный друг Слава Ростропович: "Беуня (он меня так называл, потому что у него дикция была очень своеобразная), мы с тобой застаи зоотое вьемя консейватоии..." Кого я встречала в коридорах моего родного вуза? Нейгауза, Гольденвейзера, Игумнова, Оборина, Зака, Флиера, Гилельса... Каждое имя - легенда. А теперь вспомните, с чем связана наивысшая слава Джульярда: с Вэном Клайберном, победившим на первом конкурсе имени Чайковского, с его учительницей Розиной Левиной, представительницей русской школы. Из России были все ведущие педагоги Джульярда той поры - Надя Райзенберг, Аня Дорфман, Александр Городницкий, Адель Маркус. Их давно нет в живых. Буду откровенна: многие из нынешних студентов Джульярда никогда бы не прошли вступительные экзамены в Московскую консерваторию.
- Но и Московская консерватория за время вашего отсутствия изрядно потеряла свой звездный блеск.
- Да, здесь все переменилось, даже внешне. Вместо гардероба - буфет, вместо буфета - гардероб. Зачем? Во дворе - кафе. Кстати, с неплохим кофе. А я ведь помню, как по этому двору разгуливал Александр Федорович Гедике (знаменитый органист.- "Труд") и держал в руках вкуснейшие пирожки. Пирожки эти были предметом наших тогдашних мечтаний: время было послевоенное, продукты продавались по карточкам, есть хотелось постоянно. А он этими пирожками голубей кормил... Москва неузнаваема. Улица Горького (извините, она навсегда для меня под этим именем останется) мне казалась очень широкой, а теперь из-за припаркованных машин по ней едва проедешь.
- Бэлла Михайловна, вы очень красивая женщина. Вам это никогда не мешало? Скажем, надо заниматься делом, а ухажеры донимают...
- Ой, перестаньте насчет красоты... Я рано вышла замуж. Мы расписались 3 июня 1950 года. А через семь лет мой горячо любимый муж Юлиан Ситковецкий - гениальный скрипач, красавец, всеобщий любимец - тяжко заболел и умер. Я осталась вдовой в возрасте 29 лет. Наверное, с тех пор я кому-то нравилась. Нравились и мне, но никого я не могла представить на месте моего мужа. Я горда, что наш сын Дима с честью носит фамилию Ситковецкий. Его как скрипача и дирижера знают во многих странах. Жалко только, что единственная моя внучка Джулия (ее так назвали в честь Юлиана) в свои 19 лет, живя в Англии, не может сказать ни слова по-русски. Ее саму это расстроило, когда мы несколько лет назад все вместе сюда приезжали. Ее так очаровала Москва, она все рисовала Кремль, площади...

Полку ремейков прибыло. На сей раз перелицовщики киноклассики в качестве жертвы выбрали фильм Ролана Быкова «Чучело», в 1984 году с трудом прорвавшийся через цензурные рогатки на экран, а два года спустя...

Так случилось, что в последнее время сразу несколько именитых режиссеров обратились к бессмертному творению Гоголя. Президент Александринского театра Валерий Фокин к своему юбилею поставил спектакль о том, как нынешние чиновники...

К автозаправочным станциям в последнее время приковано повышенное внимание: дефицит топлива и растущие на него цены — тема для разговоров в высоких кабинетах и на кухнях. И будто желая поддержать...

До нового сезона осталось всего ничего. Стало быть, нас ждут премьеры сериалов. Сколько их будет, точно сказать не может никто. По итогам предыдущих годов разные источники называли цифры от 200 до 300 с лишним....

История Москвы — это история людей, которые здесь живут. Анна Стриженко, коренная москвичка, очень любит свой родной Басманный район и рисует его каждый день. Она художник и знает, откуда можно разглядеть самые красивые...

Этот круглолицый американец вот уже неделю в России не уходит с газетных полос и информационных лент. Знаковая персона! Сначала все смаковали детали объявленных на 10-11 октября выступлений Канье Уэста в Петербурге...