В четверти часа езды от расслабленного курортного Адлера встают проволочные заграждения, череда вагончиков-бытовок, шлагбаумы и очередь автомобилей. Это и есть граница, и она далеко не условная. Если повезет, все формальности можно пройти за час. Но случается и полдня простоять, если машин много.
«С вещами на выход!» — командует пограничник и досматривает автомобиль. Документы у пассажиров тщательно проверяют, восемь кабин оборудованы специальной аппаратурой. Нет шансов попасть на ту сторону, если в паспорте грузинская фамилия, латышское гражданство. Или если вас разыскивают судебные приставы из-за просрочек по кредитам, за неуплату алиментов. Кому не повезло, ловят попутку и возвращаются в Адлер.
Остальным через пару километров открываются мирные сельские пейзажи: коровы безмятежно шастают через дорогу, а вот и овцы пасутся, и лошади пощипывают траву на обочине. Пальмы и магнолии обрамляют двухэтажные дома, вызывавшие когда-то зависть у тех советских людей, кому не повезло жить и родиться в этих благословенных местах. Теперь примерно треть из них разрушены, стоят без крыш, с почерневшими стенами и выбитыми стеклами, заросшие буйной зеленью субтропиков.
Гагры начинаются со знаменитой колоннады и исторического здания ресторана «Гагрипш» с интерьерами начала ХХ века, знакомыми по фильмам «Веселые ребята» и «Зимний вечер в Гаграх», а еще по открыткам советской поры. Город — внизу. По смотровой площадке прогуливаются мужчины в бурках и мохнатых шапках. Бледнолицые туристки фотографируются с джигитами на память, но за деньги. В качестве компенсации им предлагается рог с домашним вином, который следует выпить до дна, что особенно опасно в утреннее время.
«Хотя это порой совсем не вино, а жидкость неизвестного происхождения», — комментирует Манана, наш сталкер по дорогам и нравам Абхазии. Сопровождение туристов — семейный бизнес, к которому недавно примкнул ее племянник. Статный улыбчивый красавец Юра, недавний выпускник московской Плехановки, свободно говорит на английском, русском и родном абхазском. А последнее совсем непросто: из 62 букв алфавита всего шесть обозначают гласные звуки, остальные свистящие, шипящие и вообще труднопроизносимые. Он вернулся на родину и попытался работать по специальности. Но зарплата в госсекторе — 3500 рублей в месяц — заставила примкнуть к туриндустрии, пусть даже сезонной.
Фешенебельная по местным меркам Пицунда начинается скромным пригородом. Несколько отелей на берегу знавали лучшие времена. Невзрачные здания, давно не видевшие ремонта и хозяйской руки, принимают туристов за скромную плату: 1400 рублей в сутки с трехразовым питанием. Соседний пансионат со звучным прозвищем «Литфонд» слывет трехзвездочным и продает номера по 3600 рублей с человека со шведским столом и набором медицинских процедур. Здание пережило косметический ремонт, на территории есть даже детская площадка, куда пробираются гости из соседних гостиниц. Ну и знаменитые пицундские сосны, широкий галечный пляж. Правда, пробираемся на него мы сквозь заросли бамбука и кучи мусора.
Местные мужчины из числа персонала курортной локации в разгар рабочего дня невозмутимо играют в нарды под пальмами. Осторожно спрашиваю Манану, почему бы им территорию не убрать. «Никогда наши мужчины не возьмут в руки метлу. Они у нас воины, а не уборщики!» — защищает соотечественников женщина и снова сворачивает разговор на грузино-абхазский конфликт, который случился в 1992-м и длился год. Это была настоящая война, с 40-дневной оккупацией Гагр, танками и боями на улицах. Абхазия отстояла независимость 27 лет назад, хотя и была местами разрушена. Внешне с тех пор мало что изменилось.
«Когда жить не на что, как тут думать о реставрации зданий, — рассуждает Манана. — Все кормятся натуральным хозяйством. Пенсия 500 рублей плюс 2500 рублей — дотация государства. А бензин — 43 рубля за литр. Наш водитель проводит по 22 часа в день за рулем, чтобы заработать на жизнь за короткий пляжный сезон».
Вход в национальный природный заповедник, собравший более 2 тысяч видов растений, — 350 рублей с человека. Вид на горы, Юпшарский каньон, Голубое озеро, реликтовые колхидские самшиты и горную речку завораживал бы, если бы не толпы туристов. Увесистые дамы с визжанием проносятся на тарзанках. Дети фотографируются рядом с усталыми павлинами, прикованными цепочкой к ограде. Девушки загадывают желания и вяжут на дерево ленточки. «Желания исполняются разве что у продавцов ленточек», — шутит Манана.
На знаменитом озере Рица, где нас ждет дача вождя народов, можно покататься на катамаране, но почему-то все стремятся как следует поесть. Цены божеские. Выбор велик. Очереди тоже. Покупая местные вина «Апсны» и «Лыхны», мало кто догадывается, что делают их из виноматериала, который цистернами везут из Молдавии. Иначе как добиться такой дешевизны? Виноградников в маленькой Абхазии не так много для массового производства. Домашние хозяйства получают около 300 кг винограда в год: часть сдают на переработку, немного оставляют себе для своего домашнего вина.
Видами Рицы любоваться невозможно в такой суете. Да и озеро сильно пострадало в этом году от селевых потоков, которые обрушились с гор и сделали бирюзовую прозрачную воду мутно-серой.
Зато Новый Афон превосходит все ожидания. Знаменитые пещеры входят в список Всемирного наследия ЮНЕСКО. Вот там все работает как часы: поезд из трех вагонов приходит минута в минуту, гид нетороплив и немногословен, а 80 человек, идущих цепочкой, кажутся муравьями на фоне грандиозного творения природы.
Новоафонский мужской монастырь на горе пустынен, как ему и положено. Всего 20 насельников обитают в местных кельях, и туристический раж каким-то чудом не коснулся этого места. Как, впрочем, и руки реставраторов. На гору нас везет степенный пожилой абхазец на грузовике. «Почувствуй себя сезонным рабочим на винограднике», — комментирует смешливая Манана. И предлагает для начала осмотреть дачу Сталина, расположенную по соседству. По нынешним меркам апартаменты на редкость скромны. Но умели же большевики выбирать места для отдыха! Хотя сам вождь бывал тут от силы 5-6 раз.
Путь с горы усеян продавцами всякой всячины — от аляповатых магнитов и наборов специй до козьего сыра по 2 тысячи рублей за небольшую головку. Сыр вкусный. Особенно с видом на море, неожиданно пустынный пляж и кроны столетних девевьев.
Местное поверье гласит, что Бог отдал эту землю абхазам, хотя изначально оставлял ее себе. Правда, заботиться о ней он абхазам не обещал.
А в это время
Двоих российских туристов ранили во время стрельбы в Пицунде, сообщило агентство РИА «Новости» на этой неделе. Мужчин с огнестрельными ранениями отправили в больницу в Сочи. Это были отдыхающие, вступившие в конфликт с местными жителями в ресторане «Апсны» пансионата «Самшитовая роща»...
