Труд: РЕМЕНЬ И КУЛАК - ВОТ И ВСЯ ПЕДАГОГИКА

Главная Жизнь 01:01 18 Августа 2000 175

РЕМЕНЬ И КУЛАК - ВОТ И ВСЯ ПЕДАГОГИКА

- Анализ затребованных нами материалов, - говорит заместитель начальника отдела прокуратуры по надзору за исполнением законов о несовершеннолетних Татьяна Лазутина, - показал, что дознание и предварительное следствие во многих случаях были проведены неудо

Головачев Виталий

Напечатать

"МОЙ ЕДИНСТВЕННЫЙ ЗАРАБОТОК - ПРОСТИТУЦИЯ"
Жизнь четырехлетней москвички Анечки Сергеевой (фамилия и имя изменены в интересах ребенка) похожа на кромешный ад. Постоянные избиения, не проходящее чувство голода, поселившийся в душе страх... У нее есть, как говорят работники прокуратуры, "биологические родители", но язык не поворачивается называть их матерью и отцом. Антонине Ивановне - 35, родом из небольшой деревеньки Зарайского района Московской области. Ее нынешнему мужу, бывшему грузчику, - 51. Оба уже несколько лет нигде не работают. Вот что напуганная первым допросом и, видимо, не до конца протрезвевшая после очередной попойки рассказала следователю мамаша:
- Я злоупотребляю спиртным на протяжении двух лет, муж - тоже. Воспитанием ребенка не занимаюсь. Часто не бываю дома по нескольку дней. Девочка в это время находится с престарелым, почти слепым 80-летним отцом мужа. Что ест, чем питается она в мое отсутствие - не знаю. Часто возникают драки, скандалы между мной и мужем из-за того, что я сожительствую с другими мужчинами за деньги. Нередко во время наших пьяных потасовок девочка получает травмы. Она плачет, кричит, просит есть - это вызывает раздражение, и поэтому я ее бью. Девочка очень худая, вши и на голове, и в белье...
Под этим текстом есть собственноручная подпись Антонины. Потом она отказалась от первоначальных своих показаний, говорила, что "спиртное пьет редко", заботится о дочери, но факты свидетельствуют о другом. В квартире - три комнаты, две занимают Антонина, ее муж Василий, его престарелый отец и четырехлетняя Анечка, а еще в одной - другая семья. Соседка боится выпускать своих детей в общий коридор: "Василий по пьяни может что угодно сделать..." Он и его жена отбирают пенсию у старика. Пьянки нередко завершаются рукопашными схватками. ("Я бью ее, - объяснял следователю Василий, - потому что она приводит мужиков и занимается с ними известно чем в другой комнате"). Во время одной из драк у Анечки вырвали клок волос. Беспомощный полуслепой старик часто плачет, жалея ребенка...
Во всем этом безумии больше всего страдает четырехлетняя девочка. Наверное, ей лучше было бы в детском доме, но вопрос о лишении Антонины и Василия родительских прав никто не поднимает. Следствие, по мнению опытных юристов, было проведено не в полном объеме, собранных фактов, доказательств недостаточно, чтобы материалы можно было передать в суд. Прекращено и уголовное дело. Если не вмешается Московская городская прокуратура (а пока неясно, отменит ли она постановление о закрытии этого дела), то можно не сомневаться, что ребенка ждут новые избиения и издевательства...
ЭКЗЕКУЦИИ В ТРЕТЬЕМ КЛАССЕ
В районное отделение внутренних дел "Хорошевское" поступила телеграмма из детского травмопункта N 86. Врачи сообщали, что мать одного из учеников школы-интерната N 42 привела к ним своего сына с просьбой оказать медицинскую помощь. Заполняя историю болезни, медики выяснили, что десятилетний Сережа был наказан воспитательницей и получил во время экзекуции серьезные травмы. Сотрудники РОВД, естественно, открыли уголовное дело. В ходе следствия выяснились поразительные подробности. Воспитательница группы - 54-летняя Татьяна Горбачева, оказывается, широко практиковала "физические меры воздействия", применяя их ко всем "непослушным" ребятам.
В случае с Сережей события развивались так. Горбачева сделала ему замечание, но мальчик, как ей показалось, не отреагировал. Тогда она приказала ему встать в центре классной комнаты и объявила, что он будет наказан. Вызываемые ею одноклассники должны были подходить к Сереже и дергать за уши. Они подходили и дергали. Только когда из ушей потекла кровь, издевательства были прекращены.
- Все это произошло в четверг, а в пятницу сын пришел домой, - рассказывает мне Елена Владимировна, мать Сергея. - Я сразу увидела его опухшие, красные уши и на них - ранки с запекшейся кровью. Водолазка сына была в крови.
Это был не первый случай "физического воздействия", но я все не решалась обратиться куда-либо, ведь сыну и дальше предстоит здесь учиться. Кстати, школа хорошая, если бы только не били ребят...
А вот что рассказал следователю сам Сережа: "У нас в интернате так: если кто-то начинает играть, шуметь, то Татьяна Николаевна бьет его рукой по щекам, а то и ладонью или линейкой по губам. Может снять, например, одну из туфель и ударить по голове. Или бьет двумя ладонями по ушам - это называется "колокол"... Дома обычно мы не рассказываем ничего, боимся Татьяну Николаевну". Во время той памятной экзекуции Горбачева внимательно наблюдала за происходящим, а потом спокойно сказала: "Иди смой кровь и садись на место".
После начала расследования, начатого в рамках уголовного дела, аналогичные заявления поступили и от других родителей и учеников. Но Горбачева вовсе не думала отпираться или опровергать эти заявления. Следователю она весьма откровенно рассказывала о своей "методе":
- У меня самый дисциплинированный класс. Добилась я этого строгостью и наказанием тех, кто хулиганит, иногда бью ремнем, хлопаю рукой по губам, беру школьника за ухо и ставлю в угол. Также говорю, чтобы ребята сами себя наказывали - хлопали себя по губам, трепали за уши...
Просто не верится, что все это происходит в наши дни, и не где-нибудь в далекой глубинке, а в столичном учебном заведении. И уж совсем невозможно понять позицию директора школы-интерната Фриды Тяпкиной. Вот какую официальную письменную характеристику она дала: "Горбачева Т.Н. работает в должности воспитателя начальных классов в течение пяти лет. Обеспечивает необходимый порядок в спальне, на прогулке и во время самоподготовки". Фрида Александровна, разумеется, написала, что осуждает меры физического воздействия, но считает класс Горбачевой - и это она подтвердила в разговоре со мной - одним из лучших. В характеристике подчеркивается, что воспитатель "оказывает каждому ребенку помощь, организует самостоятельное чтение в классе. Ни один ученик не выпадает из ее поля зрения..."
Зная методы физического воздействия Горбачевой, невольно думаешь: может, лучше, если бы школьники "выпадали" из ее поля зрения? Но Горбачева, похоже, считает, что действует верно. Она не имеет педагогического образования, но, судя по ее заявлению, уверена в своей правоте. С такими людьми бесполезно вступать в дискуссию, доказывать очевидное. Будь их воля, ввели бы наказание розгами. Другой вопрос, почему терпят эти "методы воспитания" родители учеников? Да потому, оказывается, что большинство родителей - в это тоже трудно поверить - горячо поддерживают "требовательность" Горбачевой, защищают ее, а не детей: "Ребят надо держать в строгости, шлепок-другой им не повредит", - считают иные мамаши. Они настойчиво звонили Елене Владимировне и уговаривали ее "не раздувать дело", чтобы "сохранить для школы такого прекрасного воспитателя, как Татьяна Николаевна Горбачева".
И что же в итоге? Уголовное дело N 269047 было и в самом деле прекращено, а затем отправлено в архив. Не знаю, может быть, еще и извинились перед Горбачевой за доставленные неудобства? Сначала она уволилась, а потом вновь была принята в школу. Вот тут-то вмешательство Московской прокуратуры, думается, совершенно необходимо. "Мы действительно намерены отменить постановление о прекращении этого дела, - сказала мне замначальника отдела прокуратуры города Татьяна Лазутина. - Под видом наказания к воспитанникам интерната систематически применялось психическое и физическое насилие. И нет никаких гарантий, что это не будет продолжаться. Вот почему, на мой взгляд, нельзя было прекращать уголовное дело".
"ОНА ПРИВЯЗЫВАЛА СЫНА ВЕРЕВКОЙ К КРОВАТИ, К ГАЛОШНИЦЕ..."
Только в одной Москве в производстве следствия или дознания находится сейчас полтора десятка дел по фактам жестокого обращения с несовершеннолетними. Анализ этих и других материалов показывает, что чаще всего детей истязают в неблагополучных семьях, где один или оба родителя - алкоголики. Но есть и другие примеры
34-летняя Галина Дубова живет с 6-летним сыном у сестры. Избивает сына за любую мелкую шалость. Однажды воспитательница детского сада, увидев синяки мальчика, спросила, что с ним. "Мама наказала меня, привязала веревкой, перекинутой через шею, к кровати", - ответил он. Сестра Галины не скрывала правду от следователя: "Галя постоянно кричит на Павлика, обзывает его нецензурными словами. Я неоднократно видела, как сестра била ребенка - и руками, и предметами, которые оказывались поблизости. Как-то у мальчика оказалась рассечена бровь, тело было покрыто кровоподтеками. Галя заставляет лежать сына на животе, не шевелясь. Такое вот наказание. При мне был случай, когда сестра привязала Павлика за руку веревкой к галошнице". Но и это дело прекращено - по амнистии.
А уж как измываются над малышами опустившиеся, потерявшие человеческий облик "алкаши" - говорить страшно. Вот дело N 250344: "Мать длительное время нигде не работает, пьет, ведет аморальный образ жизни. Совершает половые акты со своими сожителями в присутствии четверых несовершеннолетних детей. Часто на длительное время уходит из дома, оставляя детей одних, без присмотра и пищи. Дети едят картофельные очистки. Мать жестоко избивает их. В течение семи месяцев старшие не учились, так как мать не занималась их устройством в школу. Дети изъяты из семьи". Дело N 69509. Объяснение девятилетней Наташи: "Когда папа пьяный, он часто душит маму и меня. Это он делал много раз. Меня еще он бьет ремнем с пряжкой". Как следует из собранных следствием материалов, оба родителя пропивают даже денежное пособие на детей, нигде не работают...
- Далеко не все факты истязаний несовершеннолетних становятся известны, - говорит младший советник юстиции Татьяна Лазутина. - Но даже в тех случаях, когда возбуждаются уголовные дела, большинство их необоснованно прекращается. Типичными, например, являются следующие формулировки: "В связи с тем, что ребенок изъят у родителей (престарелыми дедушкой и бабушкой, старшей сестрой, органами опеки и попечительства и т. д. - В. Г.), они утратили права и обязанности по воспитанию своих детей; тем самым перестали быть субъектами преступлений". Такие решения незаконны и подлежат отмене. Известно: о цивилизованности государства судят по тому, как в этой стране относятся к старикам и детям. Много лет назад Достоевский писал о слезинке ребенка. Сегодня впору говорить уже о невидимом море горьких детских слез...

Напечатать

Жизнь 00:01 / 20 Марта 2026 23339

Бульварный роман

История про школьных друзей, разъехавшихся из центра по разным окраинам Москвы

Андрей Гореловский

Труд

Этим карточкам почти 10 лет. Тверской бульвар, конец марта, воскресенье, дождичек с утра накрапывает — но он не раздражает. Что происходит в кадре? Ничего особенного, но история хорошая —...