В самом деле, есть (пока только в указе экс-президента Дмитрия Медведева) великое и могучее Общественное телевидение России. Еще есть (правда, всего лишь в идее) общественное телевидение Москвы.
Намерение заняться им выразили журналисты, оставшиеся без работы после утраты «Доверия» — сети окружного ТВ столицы. На днях стало известно об общественном телевидении оппозиции (из декларации депутата Дмитрия Гудкова). Наконец, есть добрая дюжина общественных телевидений регионов (тоже на уровне разного рода прожектов).
В памяти всплывает анекдот времен «дикого кинематографа» двадцатилетней давности. Приходит человек на студию: «Я хочу снять кино». — «Вы режиссер?» — «Нет, но у меня есть деньги». И ведь снимали — абсолютные непрофессионалы, получался полный отстой.
Сегодняшняя ситуация с телевидением другая. Для того чтобы запустить кабельный или спутниковый канал, достаточно — на первых порах — нескольких сотен тысяч долларов. Для вещания в интернете — и того меньше. А деньги, как нам показывают всю последнюю неделю, у людей водятся. В конвертах лежат.
Ныне тот самый анекдот прозвучал бы так: «Я хочу открыть канал» — «Вам есть что показать?» — «Нет, но мне есть что сказать». Это хорошо, когда есть что сказать. Вот только
Дмитрий Гудков утверждает, что на задуманном им со товарищи телеканале с картинкой все будет в порядке. Что сотрудничать с ним будут лучшие журналисты, которые предпочтут свободу за небольшие деньги высокооплачиваемой несвободе.
Ежегодно в стране появляется десяток новых каналов. Существующая простота их создания вводит многих в искушение. Но при этом столько же каналов в год и исчезает. Просто потому, что их создателям показывать нечего.
Можно, конечно, возразить: «А что плохого в том, что у нас будет много общественного ТВ? Как говорил герой любимой комедии, чем больше сдадим, тем лучше.
