Вчера и сегодня в Брюсселе лидеры стран Евросоюза обсуждают, какие санкции можно применить к России в связи с присоединением Крыма. А две страны уже сделали первые шаги, приостановив экспорт в Россию продукции военного и двойного назначения.
Германия отказалась от окончания строительства в Мулино (Нижегородская область) цифрового учебного центра Сухопутных войск. Здесь, на уже частично построенном полигоне площадью 500 квадратных километров с помощью специальной электронной аппаратуры предполагалось вести боевую подготовку до 30 тысяч бойцов в составе механизированных бригад — с моделированием тактической обстановки на поле боя и лазерной имитацией ответного огня. Причем в Мулино уже проходят обучение танкисты. И вот немцы решили расторгнуть контракт ценой 100 млн евро, заключенный с компанией Rheinmetall.
А Великобритания приостановила действие лицензий на производство на территории России английских снайперских винтовок, патронов, а также некоторых деталей для самолетов и вертолетов. Общая стоимость лицензий составляет 80 млн фунтов стерлингов (133 млн долларов).
О возможном приостановлении поставок в Россию уже строящихся вертолетоносцев «Мистраль» заявила и Франция, но с оговоркой: окончательно вопрос будет решен в октябре, когда наступит срок передачи российской стороне первого корабля, названного «Владивосток». Причина нерешительности понятна: минувшим летом Франция приступила к постройке второго корабля, который по иронии судьбы получил имя «Севастополь». Общая цена контракта на «Мистрали» составила 1,2 млрд евро — это сумма немалая и уже, видимо, отчасти потраченная. А вице-премьер Дмитрий Рогозин заявил, что Франция должна или выполнять свои обязательства, или вернуть деньги. И российская Объединенная судостроительная компания (ОСК) вдогонку пригрозила Парижу большими штрафными санкциями.
Вообще цена возможных санкций — самый больной вопрос нынешнего саммита в Брюсселе, ибо товарооборот России с Евросоюзом за последние 10 лет вырос с 90 млрд долларов до 335 млрд. Причем российский экспорт в Европу в немалой части состоит из сырья и энергоносителей, которые найдут себе спрос и в других странах. А вот в случае остановки европейского товарного потока в Россию предложить его в существующих объемах практически некому.
Та же картина — в торговле с США, которые занимают чуть больше 3% во внешней торговле России. По итогам 2013 года свыше трех четвертей (76%) российских поставок американцам составили нефть и нефтепродукты, удобрения, алюминий в чушках и необработанный палладий, чугун и заготовки черных металлов, титан, синтетический каучук, клееная фанера.
В ответ из Америки к нам идут автомобили и самолеты, медицинская техника и строительные машины, электрогенераторные установки и насосно-компрессорное оборудование. То есть высокотехнологичные товары.
В целом структура импортируемых в нашу страну из дальнего зарубежья товаров все больше приобретает инвестиционный характер: машиностроительная продукция составляет больше половины — 50,1%, а продовольствие и сельхозсырье — 12,5%, минеральные продукты — 2,5%, химическая продукция — 15,3% (в том числе лекарства — 3,3%), текстиль и обувь — 6%, металлы и изделия из них — 7%, прочие товары — 6,6%.
Но заметьте: почти все это нынче можно купить не только в Европе или в США, но и в уже поднявшейся на современный технологический уровень Юго-Восточной Азии. Например, России легко будет отказаться от американской бытовой техники и электроприборов — в пользу азиатских товаров. Как говорит эксперт, директор по стратегическому развитию LogLab Галина Гельфанд, китайские производители будут танцевать от радости в случае введения санкций к России и ограничения ввоза к нам американской техники. Ведь россияне распробуют китайские аналоги и смогут убедиться, что они ничуть не хуже брендовых образцов. Это нынче относится к автомобилям, электронике и т. д. А где США и Европа смогут реализовать те 3 млн автомобилей, которые у них покупает Россия?
Есть уже в Азии и очень современное станкостроение и другое машиностроительное производство. Но, что еще приятнее, эта отрасль потихоньку возрождается и в самой России. По данным заместителя главы Минэкономразвития Алексея Лихачева, в минувшем, 2013 году в российском экспорте снизилась доля сырьевых товаров, а высокотехнологичных — выросла. «Экспорт машиностроительной продукции вырос более чем на 4%, высокотехнологичной — на 14%, а инновационной — на 4,2%», — констатировал замглавы МЭР. Отнесемся серьезно к этим данным: они — свидетельство прохождения Россией самого главного контролера — мирового рынка.
Россия уже начинает продавать за рубеж не только военные самолеты, но и гражданские Ан-148 и Ан-158 (на Кубу). Реализуется проект по созданию в Анголе национальной космической системы спутниковой связи и вещания (АНГОСАТ). Успешно развивается экспорт объектов использования атомной энергии, в первую очередь АЭС на платформе ВВЭР-ТОИ. В этом отношении весьма перспективными для нас оказались рынки Вьетнама, Таиланда, Индонезии, других азиатских стран.
Самое время сейчас оседлать эту тенденцию, усилить господдержку экспорто-ориентированного и высокотехнологичного бизнеса, повысить открытость и прозрачность административных процедур и процедур госзаказа. Ряд экспертов считают, что одним из наиболее оптимальных способов поддержки такого бизнеса могли бы стать налоговые каникулы для предприятий, нацеленных на импортозамещение в высокотехнологичной сфере. Таким образом государство фактически прокредитовало бы отечественных производителей высокотехнологичной продукции, что позволило бы им снизить цены на свою продукцию, повысив конкурентоспособность. А далее можно будет ожидать и новых частных инвестиций в сферу, всплеска деловой активности.
И, как никогда ранее, очень многое будет зависеть от компаний российского ТЭК, который был, есть и остается главной опорой, фундаментом отечественной экономики. Причем в его непоколебимости уверен и мировой бизнес. Доказательством тому служит любопытный факт: именно в последние две недели, когда в мире запахло порохом, иностранные биржевые фонды, инвестирующие в российские акции топливно-энергетического сектора, зафиксировали чистый приток средств в размере 340 млн долларов. Для сравнения: с начала января по 1 марта эти же фонды фиксировали чистый отток в 425 млн долларов. То есть деловой мир ясно понимает, что никакие политические санкции не способны серьезно навредить этим отраслям. А Россия, на гербе которой изображен двуглавый орел, в случае появления каких-то преград с одной стороны может перенаправить деятельность своего ТЭК в другую сторону. Западные политики это, видимо, тоже понимают и потому пытаются действовать методом булавочных уколов — придумыванием персональных санкций к ведущим политикам и бизнесменам страны, которая не прогибается перед иностранным давлением.
Глава крупнейшей в мире нефтяной компании «Роснефть» Игорь Сечин так заявил по этому поводу: «Угрозы, шантаж, персональное пакостничество — это свидетельство бессилия. Что, в общем-то, унизительно для уважающих себя стран. Но хотелось бы спросить: какая цель преследуется? Обидеть? На обиженных воду возят. Запугать? Уже пугали. Или, может быть, сделать предложение, от которого трудно отказаться? По известной схеме: шантаж — подкуп — угроза убийством? Но такого рода действия в принципе эффективны в отношении собственной агентуры влияния. Что касается лояльной стране элиты, всегда и везде санкции приводили к консолидации, концентрации сил на противодействие давлению извне... Напомню замечание Рауля Кастро по поводу претензий господина Обамы, что Куба, мол, недостаточно активно жмет на педаль реформ. Рауль ответил: «На педали моя нога, а не Обамы!» Вот и сегодня есть ощущение, что они опять путают ноги и педали».
А по поводу возможных экономических санкций глава «Роснефти» заявил, что «с точки зрения бизнеса у российских компаний есть куда переносить свою деятельность. Есть глобальная экономика, большой мир, в котором Европа или Америка уже давно не хозяева. И сама истеричность и суетливость вокруг этих санкций — очевидное тому свидетельство».
P.S. На следующей неделе открывается Мос-ковский экономический форум, где соберутся бизнесмены, ученые и политики. Накануне сопредседатели Константин БАБКИН и Руслан ГРИНБЕРГ заявили, что пришло время в корне пересмотреть экономическую политику.
— Неолиберальный курс давно стал главным тормозом для развития нашей страны. Он себя исчерпал, но по-прежнему доминирует в экономической теории и в экономической политике, в сфере культуры и науки, социальной политики и образования. Сегодня адепты этого учения стараются внушить, что современное состояние России — это ее удел на многие годы, что это норма и менять ничего не надо и нельзя. Однако мы знаем и не забываем ни на минуту, что наша страна обладает огромным потенциалом.
Голоса
Павел Грудинин, директор ЗАО «Совхоз имени Ленина»
— Если представить, что запрещать начнут ввоз сельхозмашин и оборудования, то нам будет хуже. Харьковский тракторный завод прекратил существование, белорусские трактора не могут конкурировать с западными. Лучшие машины делают компании Deutz-Fahr и John Deere. Но, спрашивается, зачем им терять наш рынок и деньги?
Вадим Олейников, эксперт, доктор наук
— Может быть, выскажу крамольную мысль, но я с нетерпением жду санкций. Потому что тогда правительство вынуждено будет повернуться лицом к таким высокотехнологичным отраслям, как авиационная промышленность. Власти перестанут наконец поощрять контракты на закупку зарубежных самолетов и их отверточную сборку. Вернуть своим лайнерам российский рынок, побороться за заказы восточных стран — это возможно. Сейчас время пересмотреть и кадровую политику. В разные сферы отрасли просочились «эффективные менеджеры», смутно представляющие специфику отрасли. Ребята, может, и неплохие, но не по этой части.
Мушег Мамиконян, председатель правления «Мясного союза»
— Оружие санкций стреляет в тех, кто берет его в руки. Россия сегодня полностью обеспечивает себя птицей (96%) и не ввозит, а уже продает за границу более 20 млн тонн зерна в год. А сейчас у России огромное количество других поставщиков мяса помимо ЕС и США. Самые крупные — Бразилия, Мексика. Да и мяса мы импортируем всего 22%. Причем тут международная торговля в гораздо большей степени, чем от эмбарго, зависит от ветеринарных требований. В настоящее время, например, из-за африканской чумы свиней импорт из Европы ограничен. Это продолжается уже больше двух месяцев по инициативе нашей ветслужбы, но потребители даже не заметили.
