В МХТ имени Чехова под конец сезона снова случилась громкая премьера — «Гамлет» в режиссуре Андрея Гончарова с Юрой Борисовым в главной роли. Это третья постановка великой шекспировской трагедии в истории знаменитого театра, и главным вопросом в ней стало не «быть или не быть», а «зачем все происходит так, а не иначе?!». Ну а преобладающим настроением — растерянность от неумения адекватно ответить на жестокие вызовы окружающего мира.
Этой премьеры ждали с нетерпением несколько месяцев — прежде всего из-за Юры Борисова и его голливудской славы. Хотя самая первая профессиональная премия в жизни этого актера была как раз театральная, «Золотой лист», за сыгранную с блеском роль Аметистова в спектакле «Зойкина квартира» в Щепкинском училище. Но с тех пор Борисов лишь около года проработал в «Сатириконе», а все свои силы отдавал кино. А вот она, главная роль на легендарных подмостках, да еще в «Гамлете»!
Партнеры-мхатовцы ему достались тоже именитые. Играющий Гамлета-старшего Артем Быстров — обладатель приза на Международном фестивале в Локарно за главную роль в фильме Юрия Быкова «Дурак». У Гертруды — Ани Чиповской (как и Борисов, предпочитающей уменьшительную форму своего имени) внушительный список кино- и театральных работ. В последнее время очень популярен и Андрей Максимов — Клавдий. Кстати, скоро ожидается премьера многосерийной картины «Лиля», где актер сыграл Маяковского.
Инсценировку для спектакля режиссер в соавторстве с Надеждой Толубеевой создавали на основе нескольких переводов пьесы, среди которых чаще слышится прозаический Михаила Морозова. Но классическая фабула частично изменена, и нередко звучат реплики, у Шекспира не значащиеся. Да и предметы на сцене из современного быта — холодильник, таблетки... Что уж говорить: эпоха, когда режиссеров, как в фильме «Берегись автомобиля», беспокоило, что «во времена Шекспира не было сигарет «Друг», безвозвратно канула в прошлое.
Спектакль идет всего час сорок минут, и число действующих лиц сокращено до минимума, обошлись даже без Розенкранца и Гильденстерна. Перед нами тесный круг двух семейств: Гамлета-старшего с женой, братом и сыном и Полония с двумя детьми — Лаэртом и Офелией. И все эти милые люди в финале уничтожат друг друга...
Хотя спектакль начинается мирно — игрой в пинг-понг короля и принца, Лаэрт (Кузьма Котрелев) даже призывает зрителей делать ставки. Но Гамлет уедет в дальние края, его отец умрет, и спокойствия как не бывало. Особо подчеркнуто, что Гертруда — «наследница военных рубежей». Сын норвежского правителя Фортинбрас желает отвоевать у Дании свои земли, и это серьезный вызов для нового правителя.
Гамлет возвращается домой, лихо рассекая пространство на роликах. А после следует одна из ключевых сцен — его чаепитие вдвоем с матерью. Здесь становится особенно заметно, что у принца синдром Туретта — неврологическое расстройство: дергается голова и проскальзывают странные фразы. Человек, готовящийся к коронации, вдруг говорит матери «дай грудь». Понаблюдав все это, Гертруда возводит на престол Клавдия, выходя за него замуж.
Королева играет в спектакле первую скрипку, и Чиповская органична в роли волевой женщины, чей второй брак — дань политике, а не любви. Она принимает трудные решения и готова расплачиваться за них. А вот для Клавдия бремя вины и власти окажется непосильным, он вскоре сломается, вернет корону жене и будет каяться в убийстве, катаясь у ее ног. Несмотря на брутальный вид, новоявленный король здесь — лишь самодовольный и влюбленный юнец примерно одних с Гамлетом лет.
Сам датский принц тоже похож на ребенка — потрясенного происходящим, обиженного, а иногда нелепо жестокого. В финале он не умирает, а удаляется в походную палатку и будет вновь и вновь представлять игру в пинг-понг — как будто взвешивая ходы в уже свершившейся трагедии.
Визуально премьера запомнится напоминающими об античности колоннами, созданными световыми лучами (художник Константин Соловьев, художник по свету Игорь Фомин). Это красивый оммаж самой первой постановке «Гамлета» в МХТ, осуществленной в 1911 году англичанином Гордоном Крэгом, в которой с помощью света формировалось пространство. Передают здесь привет и второй постановке шекспировской пьесы в этих стенах, созданной в 2005 году Юрием Бутусовым — в его стиле поставлен отвязный и энергичный танец всех персонажей, сигнал к которому дает выкрик Гертруды «рейв!».
На фоне световых колонн королева, которая иногда начинает петь, а остальные хором вторят ей, напоминает героиню древнегреческой трагедии. У Гончарова был опыт создания мюзикла в том же МХТ, «Гамлет» — четвертая его работа здесь, но первая на большой сцене. А еще он любит не-обычные фактуры. Гамлет сначала появляется в сияющих, выглядящих игрушечными доспехах из фольги, облетающих к финалу, как и все его былое благополучие.
Впрочем, нынешняя премьера режиссера, давно зарекомендовавшего себя как модерниста, не просто пронизана метафорами, но прямо-таки перегружена ими. Какие-то режиссерские ходы обескураживают. Например, Гамлет вонзает меч в Полония (Николай Романов), прекрасно его видя, а вовсе не тогда, когда тот скрыт за ковром. А Офелия (Софья Шидловская) топится, опустив голову в контейнер с водой. К смыслу многих решений Гончарова продираться непросто, логика улавливается с трудом, что и породило некоторые гневные отклики в интернете. Особенно ярко и жестко прозвучало обвинение Олега Меньшикова, далеко не последнего человека в театральном мире: «То, что я увидел, — это театральная катастрофа. Театр породил чудовище!» В этом отклике слышен почти приговор...
P.S. А между тем действует премьерный ажиотаж: билетов на официальном сайте театра на «Гамлета» нет вплоть до конца сезона, а перекупщики задрали цены чуть ли не выше, чем на нашумевшую «Кабалу святош» с Хабенским и Цискаридзе — МХТ имени Чехова снова бьет все рекорды по стоимости посещения. Что, собственно, и требовалось?
