Труд: ПОСЛЕДНИЙ РЕДУТ

Главная Жизнь 01:01 22 Сентября 2004 0

ПОСЛЕДНИЙ РЕДУТ

- Прочитайте это горькое письмо Анастасии Юшиной - бывшего директора школы-интерната в поселке Шерляга (Троицко-Печерский район в Республике Коми), - предлагает перед началом нашей беседы заместитель директора Института социально-педагогических проблем се

Головачев Виталий

Напечатать

- Марина Петровна, по данным Федеральной службы государственной статистики, только за минувшие два года (с 2001-го по 2003-й) в российских селах закрылись 1300 школ. Что происходит?
- Чрезвычайно тревожный процесс! Похоже, малочисленные школы в сельской местности иные чиновники считают "балластом", "экономически неоправданным анахронизмом". Большими потерями для страны оборачиваются такие воззрения должностных лиц, допущенных к проведению реформы образования. Аргументы таких реформаторов известны: сельские малочисленные школы требуют больших финансовых затрат, испытывают дефицит кадров, во многих низкое качество образования. Поэтому нужна, мол, реструктуризация: либо объединять несколько учебных заведений в одно, либо использовать другие варианты "оптимизации финансовых издержек". Вроде бы логично. Но как объединять школы, находящиеся в разных поселках на расстоянии десятков километров?
Еще 17 декабря 2001-го вышло постановление правительства "О реструктуризации сети общеобразовательных учреждений в сельской местности". Оно предусматривало проведение в 2002 - 2004 годах эксперимента. Конечно, ни в этом документе, ни в "Концепции реструктуризации... ", подготовленной прежним Министерством образования, прямо не говорится о закрытии школ, но "между строк" эта идея просматривается отчетливо. Предусматривается, в частности, "внедрение "дистанционных" форм (и средств) обучения на основе компьютеризации и информатизации": учить ребят в далеких селениях с помощью персональных компьютеров, передавая им необходимые материалы. Но где же взять в глухой деревне эти компьютеры?
Пример маленького селения Шерляга показывает истинную цену красивым схемам: закрыли школу - и все дела. Конечно, не везде поступают таким образом. В Калужской, Костромской, Нижегородской, Курганской, Оренбургской областях, Якутии и ряде других регионов власти уделяют серьезное внимание поддержке как раз сельских малочисленных школ. Тем не менее опасность уничтожения в реформаторском раже "очагов просвещения и культуры" во многих деревнях реальна. С 1991-го, по данным Росстата, в сельской местности закрыты 4 400 учебных заведений. А за этим - сколько же затрудненных, исковерканных судеб.
- Но, может, есть своя правда у критикуемых вами чиновников? Ведь сегодня более 15 тысяч школ в селах требуют капитального ремонта, свыше 10 тысяч не имеют канализации и водопровода, 2 тысячи в аварийном состоянии... В этих условиях стоит ли сохранять малые школы, в которых всего-то 10 - 15 учеников? Содержание их недешево, у местных властей нет средств. Да и мировая практика вроде бы свидетельствует в пользу укрупнения школьных учреждений...
- Сейчас как раз набирают силу иные тенденции. В США, например, идет разукрупнение школ, увеличивается число малых учебных заведений. Что же касается России, то у нас и особого выбора нет, ибо образовательная инфраструктура в силу объективных факторов не может быть такой, как, скажем, в Европе. Специфика огромной страны с плохими дорогами, территориальной разобщенностью деревень такова, что небольшие сельские школы - необходимость. Это характерно практически для всех регионов, даже на густонаселенном юге. Половина всех начальных школ в деревне (пять с половиной тысяч) насчитывает лишь до 10 учащихся. Еще в две с половиной тысячи школ приходят на занятия 11 - 15 учеников. В целом 93 процента начальных учебных заведений на селе можно отнести к малочисленным (от 3 до 29 учащихся).
Посмотрим на укомплектованность основных школ (бывших восьмилеток). Более трети из них (3 700) имеют до 40 учеников. То есть в классе может быть 5 - 7 школьников. Такую же картину можно увидеть и во многих полных средних сельских общеобразовательных учреждениях. Понятно, в таких школах расходы на ученика заметно выше, чем в полностью укомплектованных городских. Да еще неблагоустроенность. Но лучший ли выход - закрывать малочисленные школы? Нет: ибо это имело бы, помимо всего, тяжелейшие последствия для аграрной сферы.
Школа в селе, пусть и малочисленная, необходима, чтобы реанимировать социальную жизнь деревни; чтобы не уезжали те, кто еще держится за свой дом, свою землю; чтобы отсюда черпать будущих специалистов сельского хозяйства. Закроют школу - и умрет данное село. А разрушить этот "последний редут" несложно. Только потом будем локти кусать.
Вопрос о судьбе малочисленных школ не имеет простых решений. Тем более недопустим здесь кавалерийский наскок. Ясно: без финансовой поддержки региональных бюджетов или целевых вливаний центра многим сельским школам не выжить. Но расходы эти не следует относить на убытки: это вложения в перспективу страны, в "человеческий фактор".
Малые учебные заведения имеют и свои преимущества. "Не хочу обижать городские школы, но они больше похожи на жесткий конвейер, - говорил на недавнем заседании за "круглым столом" один из директоров малочисленных сельских школ. - А у нас - три ступеньки, трава, лес рядом - душа поет. Если малая школа погибнет, такое ощущение, что погибнет и та Россия, которую мы знаем..."
- Как в целом (на фоне судьбы малых школ) меняется жизнь в деревне? Насколько адаптировались селяне к новым реалиям?
- Живут по-разному. Где-то хозяйства уверенно встали на ноги, имеют неплохую прибыль, строят добротные жилые дома. Но, к сожалению, больше других примеров - широкомасштабная бедность, пьянство (которое стало подлинным бедствием деревни), апатия, деградация...
Вот мартовские (2004-го) исследования Аналитического центра Юрия Левады. Каждый четвертый из опрошенных на селе говорит, что денег не хватает "даже на продукты". Это в деревне-то! В целом по стране такие ответы дали лишь 18 процентов граждан (в больших городах - 13). А на вопрос "Как изменилось материальное положение вашей семьи за последний год?" - 27 процентов селян заявили: "Скорее ухудшилось", 15 процентов отметили улучшение. Более половины сельских семей живут за чертой бедности, остальные - на уровне, близком к прожиточному минимуму, лишь небольшая часть относится к среднеобеспеченным.
Крайне низки заработки в сфере сельхозпроизводства. В Мордовии, например, в августе средняя зарплата сельских жителей составила всего 2 312 рублей. А в некоторых хозяйствах доходы крестьян не достигают и тысячи. Кроме того, задерживается зарплата.
Социальные расходы на душу населения в глубинке в три-четыре раза ниже, чем в городах. Бедность - сестра пороков. Не случайно воровство, алкоголизм, мошенничество, даже проституция стали "обыденными" явлениями в сегодняшней деревне. Униженное человеческое достоинство, жизнь по течению, без перспективы без надежды на то, что дети не повторят судьбу родителей...
Современное село - уникальный симбиоз советских и постсоветских реалий. Отсутствует внятная государственная политика по преобразованию и возрождению деревни. Рядом "уживаются" современные капиталистические (фермерские) хозяйства и пребывающие в развале кооперативы, акционерные общества, не сумевшие встроиться в рыночную экономику. Идет вырождение населения. В целом фермерское движение, не развернувшись без поддержки, прозябает, чахнет. Массовый характер приобрел отъезд мужчин на заработки в город.
Развитию рыночных отношений, предпринимательства в производственной и социальной сферах препятствуют низкие цены на сельхозпродукцию ("ценовый диспаритет" по отношению к промышленной продукции), неразвитость транспортной и иных инфраструктур... Словом, сельская провинциальная Россия (и затронутая здесь проблема малых школ как важный "фрагмент" ее) требует от государства, от всех уровней власти неординарных, системных мер. Время не ждет.

Напечатать

Жизнь 00:01 / 20 Марта 2026 23238

Бульварный роман

История про школьных друзей, разъехавшихся из центра по разным окраинам Москвы

Андрей Гореловский

Труд

Этим карточкам почти 10 лет. Тверской бульвар, конец марта, воскресенье, дождичек с утра накрапывает — но он не раздражает. Что происходит в кадре? Ничего особенного, но история хорошая —...