Стихия, обрушившаяся на эту землю, на людей, что осваивали их всю жизнь, наделала столько беды, что оправиться от нее трудно. Как же сегодня живут и обустраиваются кубанцы, пострадавшие от наводнения? Этот вопрос попытаемся выяснить на примере одной семьи.
Маленький хутор Красная Поляна, что недалеко от Армавира, небывалое июньское наводнение практически стерло с лица земли. Вспоминая те страшные дни, Татьяна Карамышева не может сдержать слез: "Видите, - наша Красная Поляна стала черной, вместо домов - руины..."
Штормовое предупреждение краснополянцы получили заранее. Не поверили - отродясь на их хуторе не было потопов. Ну заливало "трошки" огороды, что в низине у берегов Кубани. Ох, эта русская рисковая беспечность: авось, небось да как-нибудь... В 5 утра те, кто живет на околице хутора - а подворье Карамышевых как раз здесь, - заметили большую воду. В 7.20 она уже непрошеной гостьей вошла в дома валом высотой под два метра. Это время зафиксировали остановившиеся будильники, забытые второпях хозяевами. А уровень воды обозначился на уцелевших стенах темной полосой, разделившей жизнь на "до" и "после" потопа.
Я все выпытывал детали того страшного дня. А для них, "подтопленников", как называют они сами себя, это не детали. Это - концентрация беды. Наводнение сопровождалось каким-то неестественным гулом. Вода шла с двух сторон, и горе тому, кто попадал в ее водоворот. Одна из хуторянок была подхвачена потоком, из ее рук вырвало внука. Обезумев от отчаяния, она бросилась за ребенком. Так их и не нашли...
Карамышевы успели спастись, укрывшись на венцах, как здесь называют опоясывающий хутор пригорок. В один миг их машина превратилась в "ноев ковчег" на колесах: бросали в нее все, что попадалось под руки. Сунули в багажник коробки с цыплятами и утятами. Не забыли любимую овчарку Джека. Спасибо, дочь Света в последний момент крикнула: "Теплые вещи надо взять!" Потом заехали за бабушкой - колеса уже были по ступицу в воде. А отъехав, увидели, как крыша их дома неестественно накренилась, стены разошлись и на осколки стали рваться под напором воды стекла в окнах.
Они еще студентами были, когда заложили фундамент своей хаты в красивой излучине Кубани. Выбрали, "протянув ножки по одежке", самый дешевый материал для возведения стен, которым пользовались еще прадеды, - саман. Глина да солома для крепости - из этого материала и "пекли" на солнце желтые кирпичи. Сначала одну комнату довели до кондиции. А когда дочь и сын родились - еще две. Так и вырос глиняный карамышевский терем - пять на четырнадцать метров, обложенный "для красоты" шифером. Перед самым потопом пристроили к нему веранду, а во дворе поставили гараж и баньку. Вот они-то и уцелели. Прямо на чердаке баньки Карамышевы бедуют сейчас всем семейством - ведь дома родителей тоже разрушены.
Для деревенского жителя потеря дома - не вся беда. Это у горожан четырьмя стенами ограничивается жизненное пространство. Вода отняла у Карамышевых, как и у тысяч их земляков-кубанцев, гораздо больше. Был огород в 11 соток. После наводнения он со всем, что на нем росло, превратился в мертвое болото. Начавший плодоносить сад - как детвора радовалась! - сегодня будто обожжен пожаром. Ни единого зеленого листочка. Погиб. Из восьмидесяти кур осталось семь, утки вообще пропали. Почти полностью испорчены зимние заготовки, а без них тяжело придется. Но самая большая потеря - серебристые нутрии. Из трехсот осталось двадцать - то, что Александр успел выхватить из затопленных клеток и переправить на чердак.
- Чтобы добиться такого поголовья, мы лет семь работали, - говорит Татьяна. - Все думали, вот сдадим шкурки - будет на что детей учить, да и дом достроим. Ведь каждая идет рублей по 600-700.
Таня работает завхозом в Армавирском реабилитационном центре для людей с умственной отсталостью, который расположен здесь же, на хуторе. Когда начался потоп, их коллектив в буквальном смысле слова подняли по тревоге, чтобы эвакуировать обезумевших от страха пациентов. Вот и рвалась, как и все ее сослуживцы, между утопающим домом и центром. Беспомощных людей спасли, добро свое - нет.
Если у Карамышевых что-то и осталось, то благодаря Александру. Это он, лавируя по горло в воде между плывущими змеями, зверьем и ревущими коровами, спас кое-что из домашнего скарба, живности, документов. Правда, все это так до конца и не высохло за лето.
О перспективах Карамышевы предпочитают не распространяться. Да и на самом деле трудно разглядеть будущее с высоты их теперешнего жилища - банного чердака. Одно время у них вообще руки опустились. Долго не шли комиссии по оценке нанесенного ущерба, а о компенсациях вообще никто не заикался. Первые две тысячи рублей получила Таня от профсоюза работников госучреждений и общественного обслуживания, в котором состоит. Она и теперь не может без слез вспоминать тот день, когда принесла "домой", в баньку, несколько хрустящих бумажек. Как они были кстати, ведь спекулянты взвинтили цены за булку хлеба до 50 рублей. И бутылка минералки стоила столько же, так как колодцев не стало. Конечно же, помогли чем могли сослуживцы Александра, он работает в Армавире. А потом они долго были один на один со своей бедой. Думали - навсегда.
- Слава Богу, нас отнесли к категории пострадавших, которые потеряли все, - говорит Татьяна. - Да так оно и есть, ведь ни мебели, ни бытовой техники, приобретенных за два десятка лет, не осталось. Выплатили нам за все про все 50 тысяч рублей.
И на том спасибо. Другие и того не получили. Из предложенных вариантов восстановления жилья Карамышевы выбрали стройку хозспособом, то есть собственными силами. Им не привыкать - всю жизнь строятся.
За день до моего приезда в Красную Поляну на специально открытый в банке счет Карамышевых поступил первый взнос - примерно 5,5 тысячи долларов, отпущенных государством на то, чтобы семья могла отстроиться. До зимы они, конечно, не управятся. Хоть бы фундамент заложить да стены начать класть. Так что пока придется утеплять баньку.
126384 пострадавшим от наводнения в Краснодарском крае оказана материальная помощь в сумме 267 миллионов 23 тысяч рублей.
Предстоит построить 6 тысяч 110 квартир.
16:16
Знак качества от WBA
12:24
1737 АЗС для Pulsar
