После рекордного шестичасового переговорного марафона в Сочи Владимир Путин и Реджеп Тайип Эрдоган ударили по рукам: судьба курдов на севере Сирии была решена. Западная пресса, констатировав революционное изменение в сирийском урегулировании, тут же принялась обсуждать, кто же вышел победителем из сочинской дуэли. Турецкий президент, «прибегнув к незаконной агрессии», обеспечил безопасность страны и закрепился на соседской территории на неопределенное время, проигнорировав возражения мирового сообщества. Путин наглядно утвердился в статусе самого влиятельного игрока в регионе, без согласия которого в сирийские дела никто вмешаться уже не может. Но эти выводы лежат на поверхности.
Немецкая Handelsblatt видит причину успеха российской дипломатии вот в чем: «Нерешительность Запада позволила России снова стать ключевым игроком на мировой арене. В то время как Запад критикует Турцию в связи с вторжением на север Сирии, Путин все больше притягивает страну-участницу НАТО к себе. Ведь победа Путина в Сирии - это сигнал всем деспотам: есть тот, кто уверенно стоит на вашей стороне. В то же время Трамп демонстрирует обратное: ненадежность Америки».
Оставим на совести немецкого издания пережевывание теории всемирного заговора против «расколотого Запада», но насчет договороспособности НАТО и США по отношению к союзникам оно верно подметило: верить им в критической ситуации не стоит - кинут так же легко, как курдов...
На самом деле значение сочинских соглашений для самой Сирии трудно переоценить, хотя оно и выходит далеко за границы сирийского театра военных действий. Если кто-то не понял опасность начавшегося наступления турецких войск на территорию независимого, но когда-то бывшего частью Османской империи сирийского государства, то достаточно взглянуть на карту соседнего Кипра. Кстати, Никосия с нескрываемым вниманием следит за развитием событий вокруг операции «Источник мира», ведь с миротворчеством Анкары киприоты знакомы не понаслышке.
Остров Кипр разделен с 1974 года после того, как Турция оккупировала его северную часть во имя защиты турок-киприотов. Почти полвека замороженный конфликт пытается разрешить ООН и все международное сообщество, но турецкие войска оттуда не выходят и даже не собираются. Кстати большая часть турок-киприотов постепенно эмигрировала в ЕС и США, а в непризнанной Турецкой республике Северного Кипра население уверенно растет за счет иммигрантов с континента. Выход из тупика кажется простым - федеративная республика с двумя этническими компонентами. Но геополитика и внешние игроки не дают двум общинам договориться об объединении страны.
Так что десять пунктов сочинского меморандума на сегодня спасли сирийскую государственность, и это надо понимать. Пребывание турецких войск «между Телль-Абъядом и Рас-эль-Айном» на глубину 32 километра, хоть и не ограничено во времени, но не узаконивается навечно. А в сочетании с пунктом №1 об уважении территориальной целостности Сирии означает, что оно допустимо лишь до завершения конституционного процесса и полного восстановления контроля Дамаска над территорией после национального примирения. Пока же присутствие турок, как это ни парадоксально, способствует формированию мотивации у боевитых курдов к реинтеграции в многонациональную Сирию, а не к отделению со своей сепаратистской программой.
Сложный маневр российской дипломатии состоит в том, что, позволив своему трудному, но важному региональному союзнику решить свои проблемы безопасности, Москва сумела избежать очередного витка военных действий в Сирии, предупредила затяжное кровопролитие среди курдского населения, а также сохранила на плаву политическое урегулирование. К тому же контроль над нефтеносными районами на востоке за Ефратом остается за Дамаском, что снизит аппетиты у внешних радетелей независимого Курдистана.
Турция не только не выпала из числа участников астанинского процесса, но и заинтересована в его завершении для стабилизации всей буферной зоны и возврата в нее сирийских беженцев со своей территории. В условиях боевых действий против курдов на всем протяжении границы ни о каком добровольном возвращении миллионов вынужденных переселенцев не могло бы быть и речи. Присутствие российской военной полиции – единственная серьезная гарантия для остающихся там курдских поселений, а турецкая составляющая патрулей - для туркоманов и семей бойцов политической оппозиции официальному Дамаску.
Теперь можно решать проблемы безопасной организации лагерей пленных игиловцев, число которых, по данным министра обороны Сергея Шойгу, насчитывается тысячами. Для нашей страны этот вопрос крайне важен. Их охрану следует передать регулярным частям САА. Международное сообщество должно будет принять активное участие в их фильтрации, реабилитации и адаптации к новой жизни, что потребует не только редких подачек гуманитарной помощи, но и прямого участия в решении судьбы своих граждан, попавших в сети джихада. Иначе скорого снижения притока нелегальной иммиграции в Европу из региона ожидать не приходится.
Впервые на Ближнем Востоке урегулирование крупного конфликта может завершиться при самоустранении англосаксов: Великобритания слишком погружена в Брекзит, а США с головой ушли в импичмент президента. Вывод американских войск к тому же устраивает всех - и обманутых курдов, и недоверчивых турок, и сирийцев, никогда не приглашавших морскую пехоту США на свою территорию.
А трехсторонний формат Иран, Турция и Россия может оказаться для арабской страны более эффективным и функциональным, чем сложные международные механизмы. В алгоритме разруливания конфликтов в этом чувствительном регионе главными приоритетами до сих пор оставались лозунги «Америка превыше всего!» или «Оставьте нефть за собой!», как еще недавно рекомендовал в своем Твиттере Дональд Трамп. Может многополярность – это вовсе неплохо?
