- Почему вы остались на НТВ, а не ушли, скажем, с "командой Киселева" на ТВ-6?
- Давайте сразу уточним: в штате НТВ я работаю с 14 мая, а до этого с 1998 года, как приглашенный ведущий, выходил на этом канале с программой "Третий тайм" и вместе с Владимиром Маслаченко на "НТВ плюс" комментировал итальянский футбольный чемпионат. Так что нельзя сказать, был я или не был с командой Киселева - в той же мере я был с Добродеевым, с Кулистиковым, с руководителем "НТВ плюс" Бурковым... Всю эту историю с НТВ я освещал как журналист "Радио Свобода", где до 11 мая, когда меня оттуда уволили, возглавлял московскую редакцию. Спустя некоторое время мне поступило предложение от Бориса Йордана и Владимира Кулистикова о постоянной работе на НТВ. 14 мая мы встретились, и я это предложение принял.
- Почему вас уволили с "Радио Свобода"?
- В самый разгар конфликта вокруг НТВ я провел на канале репортаж о Лиге чемпионов, после которого вышел в эфир с программой "Третий тайм". Руководству "Радио Свобода" это не понравилось, и оно предъявило мне ультиматум: либо я прекращаю сотрудничество с НТВ Йордана - Кулистикова, либо буду уволен. На что я им ответил, что как журналист никакие ультиматумы не принимаю и буду продолжать делать на НТВ программу "Третий тайм". После этого они меня уволили.
- Какое впечатление осталось у вас после двух выпусков программы "Свобода слова", что хотелось бы в ней улучшить?
- Как ни странно, впечатление хорошее. Мне интересно ее вести. Правда, надо оговориться сразу, что в такие драматичные времена, как сейчас, сами события как бы помогают жанру ток-шоу, потому что сегодня многим людям важно и высказаться, и услышать мнение других. Это хороший момент для публичной дискуссии. С моей точки зрения, та технология, которую мы внедрили, очень привлекательна и интересна, она дает возможность видеть, как люди реагируют не только на мысли, но и на ключевые слова, отвечающие данному моменту, данной теме. Мы немножко опасались, что эта новая, очень современная технология поначалу сможет отпугнуть политиков, общественных деятелей, поскольку их высказывания сразу оцениваются аудиторией в прямом эфире. Но наши опасения оказались напрасными, пока на программу люди идут охотно, более того, им самим это интересно. А что надо в программе улучшить? Ну, скажем, ведущего было бы неплохо немножко "улучшить" - я же только начинаю, у меня нет опыта ведения политического ток-шоу. Но, думаю, со временем это придет.
- Вы не совсем уверенно чувствуете себя в роли ведущего ток-шоу?
- Ну отчего же? Я этого не сказал. Политической журналистикой я занимаюсь давно и чувствую себя вполне уверенно. Но "Свобода слова" - это совсем другая игра: тут надо иначе реагировать, иначе двигаться... Я же вел только ток-шоу о футболе, причем в последнее время - сидя в кресле. А теперь веду программу стоя и политическую. Это большая разница.
- Вам важно высказать в эфире собственную точку зрения?
- Нет, потому что это не является функцией ведущего ток-шоу. Здесь важно услышать точку зрения гостей, для этого они и приглашаются в программу. Давайте не будем смешивать разные вещи. Такая штука в журналистике, как комментарий, имеет свое место и свои формы. На телевидении есть ведущие, которые высказывают собственную точку зрения. Что касается ток-шоу, то это просто не та форма, где нужны комментарии ведущего. Он задает вопросы, разводит людей, меняет тему, общается с публикой, придумывает какие-то повороты темы - то есть у ведущего ток-шоу, особенно политического, совсем другая роль, не позволяющая ему вступать в спор с теми, кого он пригласил в эфир. Если бы программу вел, например, бывший политик, финансист, общественный деятель или очень известный эксперт, - а такие опыты на ТВ были, - то, естественно, он мог бы высказывать свою точку зрения, и это было бы интересно. Я всего лишь журналист и поэтому считаю, что моя точка зрения в ток-шоу просто лишняя.
- Новую технологию, которая используется в программе, - когда часть аудитории в студии с помощью пульта выражает свое отношение к происходящему, - придумали на НТВ?
- Это англо-саксонская технология, которую впервые по-настоящему испробовали на последних выборах в Великобритании. Она не является научной в строгом смысле этого слова, а только указывает на некоторые тенденции, происходящие в обществе. Вы заметили, как, например, большинству не понравились резкие, антиамериканские и антисионистские высказывания Шандыбина? Это свидетельствует о том, что общество от таких предвзято резких фраз начинает отвыкать, и такая тенденция, как показывает программа, очевидна. На протяжении всего эфира люди имели возможность выразить свое отношение - нравится или не нравится - не только по содержанию высказываний, но и по атмосфере, по ее накалу, по поведению ведущего. Вот что самое важное. С моей точки зрения, тест-группа - те, кто работает с пультом, отражает настроение миллионной аудитории, которая в тот момент смотрит телевизор.
- Кстати сказать, один известный телекритик заметил, что по каждому поводу на ТВ в качестве экспертов непременно приглашаются представители "скудоумной и злобной политшпаны", к которым он отнес некоторых довольно известных политиков, в том числе Шандыбина и Харитонова. В первом выпуске "Свободы слова" вы тоже без них не обошлись...
- Дело в том, что в программе каждый из героев отстаивает определенную позицию и пытается убедить зрителей в том, что она правильная. В этом-то и есть привлекательность ток-шоу. Более того, я считаю важным то, что кто-то из гостей придерживается очень резкой точки зрения. Значит, она есть в обществе. И уходить от этого, закрывать на это глаза, мне кажется, было бы неправильно.
- На ТВ-6 пока не вышла программа "Глас народа", но, видимо, она станет главным конкурентом "Свободы слова". Не боитесь конкуренции?
- Я считаю, что в конкурентной борьбе как раз и рождается хороший телевизионный продукт. Конкуренция - это вообще залог успеха для всех, без нее было бы неинтересно работать. Если сравнивать "Свободу слова" с "Гласом народа", который выходил на НТВ раньше, то у нас - совсем другая программа, хотя бы по структуре. Разумеется, мы будем конкурировать в выборе тем, в том, как будем их обсуждать, какие повороты станем находить. А зрители сами смогут выбрать, что им смотреть.
- Вы знаете своего зрителя?
- По двум программам еще сложно анализировать зрительскую аудиторию, но в дальнейшем наша социологическая служба обязательно будет этим заниматься. В кризисные, экстраординарные моменты, мне кажется, оценивать аудиторию почти невозможно, потому что сейчас у всех внутри тревожное предчувствие войны. Сужу по себе: лично мне сейчас не хочется смотреть развлекательные передачи, я скорее тяготею к новостям, к аналитическим программам, к политическим ток-шоу, потому что интересно услышать, что люди думают, во что все это может превратиться.
- Вам уже известна тема следующей программы?
- Нет, пока не известна, да в нынешней непредсказуемой ситуации трудно что-либо загадывать. Но в более спокойные моменты, думаю, есть такие темы, которые в принципе обязательно должны обсуждаться. Например, образование, здравоохранение, проблемы молодежной преступности, социального обеспечения и т.д. Но для любой темы должен быть информационный повод, мы не можем отрываться от информации, от новостей. Люди должны быть чувствительны к той проблеме, которую мы им предложим, иначе нас просто не поймут. Наша задача - находить такие повороты, такие истории и таких людей, которые будут интересны всем и которым будут доверять.
- Ваша журналистская карьера все время связана с понятием "свобода". Вы чувствуете себя свободным на НТВ?
- На НТВ я чувствую себя вполне свободным, свободным чувствовал себя и на "Радио Свобода", которое, как известно, финансируется конгрессом США, то есть частью американского правительства. И хотя там нет цензуры, высказывать что-то, противоречащее американской политике, в принципе не следует. Однако я, например, во время бомбежки Ирака позволял себе точку зрения, не вполне соответствующую линии США, и мне за это ничего не было. НТВ - частное коммерческое телевидение, несмотря на то, что главным его акционером является Газпром. Поэтому здесь немножко другие рамки. Скажем, рейтинги - тоже ограничитель, потому что ты не можешь делать передачи, которые не будут давать каналу определенную, по возможности большую аудиторию.
- Работая на "Радио Свобода", вы, насколько я помню, поддерживали чеченских сепаратистов? Теперь ваше отношение к этому изменилось?
- О нет, я их не поддерживал. Я освещал первую чеченскую войну и многое там знаю, и многих там знаю, хотя никогда не встречался ни с Басаевым, ни с Хаттабом. Я встречался с Дудаевым, с Масхадовым, с чеченцами и с той, и с другой стороны. Не только как журналисту, но и "просто" как человеку мне не нравились бомбежки Грозного, не нравится, когда город стирают с лица земли. Когда исчез Андрей Бабицкий, на "Радио Свобода" я занимал очень жесткую и очень четкую позицию, потому что боролся за жизнь человека. Но есть такая вещь, как терроризм, и к нему у меня тоже очень четкое отношение, потому что жертвами террора может стать каждый из нас. "Радио Свобода" поддерживало чеченское население, которое страдало и продолжает страдать. Если попадаешь в лагеря для беженцев, то испытываешь ужас от того, в каких условиях людям приходится выживать. Но сказать, что "Радио Свобода" поддерживало террористов, - это неправда.
- Как вы относитесь к программе "Герой дня"?
- "Герой дня" - это интервью, основа журналистики. К такой передаче нужно готовиться, нужно разбираться в политике, знать человека, которого приглашаешь в эфир, понимать его психологически. А если иметь в виду, что программа выходит в эфир сразу после новостей, то мы всегда пытаемся приглашать гостя, который имеет отношение к их теме, то есть "Герой дня" - прежде всего актуальное интервью. Я отношусь к этой программе с большой серьезностью и любовью, мне интересно, важно и любопытно общаться с ее героем.
- Ну а "Третий тайм"?
- "Третий тайм" - это моя боль... Я не могу все время быть на экране, меня же народ возненавидит. Поэтому от чего-то приходится так или иначе отказываться. Понимаете, я очень люблю футбол и, позволю себе быть нескромным, футбол я хорошо знаю. Более того, я знаю, как надо делать программу о футболе. И мне очень жаль, что "Третий тайм" выходит в эфир не регулярно, а только специальными выпусками после важных футбольных событий, как это было, скажем, после матча "Тироль" - "Локомотив". Раньше, когда эта программа выходила каждое воскресенье, она для меня была своего рода отдушиной...
14:58
Инновации вместо рутины
