На 13-м году жизни самый знаменитый на российских просторах фестиваль ландшафтного авангарда «Архстояние» вспомнил, что его задача – не только удивлять диковинными сооружениями, но и обживать их, населять художественными акциями. К минувшим выходным, когда в окрестностях теперь уже международно известной калужской деревни Никола-Ленивец состоялся очередной праздник, к трем десяткам имеющихся здесь причудливых арт-объектов добавился лишь один, зато вокруг них развернулись 16 спектаклей-перформансов, привлекших свыше пяти тысяч зрителей. А на будущий год анонсировано возвращение на «Архстояние» традиционного, но вечно молодого жанра оперы.
«Архстояние», возникшее на территории природного заповедника «Угра» усилиями художника Николая Полисского и его единомышленников в 2006 году, знавало и периоды активного сооружения объектов, вроде грандиозного «Вселенского разума», и моменты переключения со строительства на действа. Случайно или нет, но последние наступали регулярно раз в четыре года: в 2010-м, 2014-м… 2018-й не нарушил закономерности. Как подчеркивает один из основателей и неизменных кураторов «Архстояния» Антон Кочуркин, за год здесь появился только объект «Вилла ПО-2» – дом, выстроенный знаменитым архитектором-экспериментатором Александром Бродским и являющийся, по мысли автора, моделью русской души: суровый снаружи (корявоватые железобетонные плиты марки ПО-2, из которых обычно делаются промышленные заборы), внутри он приветлив и уютен (двухярусная деревянная конструкция способна даже зимой комфортно разместить дюжину человек).
.jpg)
Архитектор Александр Бродский (слева) у своей «Виллы ПО-2»
Зато вокруг – настоящее изобилие проектов-действ, отобранных экспертами из 270 заявок. Их общий слоган в этом году – «Со-здание». Говорящая о совместности частица «со» отсылает к теме со-жительства природы и человека: сутки, месяц, год – одинаково значимая и для нас, и для нашей планеты временная сетка. А как соотносятся с окружающим миром прочие принципы человеческого существования? Тут – большой простор для художнических инициатив, от действительно талантливых придумок до откровенной лапши на уши.
К первым я бы отнес, например, проект Д. Лисицыной, В. Ревякина и Д. Степашина «Подслушанные истории». На обыкновенной полянке стоят обыкновенные палатки, из которых доносятся обыкновенные голоса – спорят супруги, одному из которых надоела лесная романтика и жизнь посреди «лисьего дерьма», а другая примирительно предлагает сделать салат капрезе из местной петрушки; друзья-философы тянут (видимо, под алкоголь) баланду о степени свободы человеческого сознания в этом несовершенном мире; из третьего шалаша звучит особенно разветвленный сюжет о какой-то эпической, растянувшейся на месяцы и годы разборке бравого военного курсанта с местными хулиганами. Причем говорит, похоже, не актер, а (в записи, конечно) сам этот курсант, и история явно подлинная… Чем не оригинальная форма – литературы? Театра? Лэнд-арта? А авторы этого пленэрного альманаха житейских зарисовок говорят: еще и способ напомнить человеку, что даже там, где он считает себя вполне укрытым от мира (допустим, брезентом палатки), на самом деле его не защищает ничего, и личного пространства, куда нет доступа посторонним, практически не остается.
Яркую программу «Книги песен перемен» предложила музыкант Наталья Пшеничникова с театром голоса «Ла Гол»: колоритные «блеяния» и «мычания», не без юмора придуманные в свое время легендарным американским авангардистом Джоном Кейджем, отлично скомпоновались с удивительно красивыми мелодиями современного московского композитора Кирилла Щетинина и шумовой фантазией (шорох дождевых накидок) самой Натальи – и все это под шелест никола-ленивецких березок. Пластико-музыкальный спектакль «Сардонияхерба» Ю. Квятковского, Ю. Дегтярева и М. Здрока заставил зрителя почувствовать себя участником зловеще-веселых игр русалокна тему смеха, который может развеселить, а может и убить.
.jpg)
Театр голоса «Ла Гол» органично смотрелся и звучал под никола-ленивецкими березками
Даже такую привычную вещь, как футбол выходного дня, здесь подали «идейно»: во-первых, играли не абы кто, а архитекторы (проект не зря назвали «АРХиФУТБОЛ»), что уже придало игре определенный уровень интеллектуальности. Во-вторых, нашли в забивании голов высокий фрейдистский смысл, что подчеркнул превращением штанг в смешные женские ножки Николай Полисский. В-третьих, нарядили игроков в майки реальных участников недавнего чемпионата мира, и, кажется, местные «Дзюба» и «Акинфеев», слыша «свои» громкие имена из уст телерадиоведущего Сергея Краснова (он оказался отличным спортивным комментатором), играли с еще большим огнем.
.jpg)
«Акинфеева» не смутил неканонический вид ворот в Никола-Ленивце
И это далеко не полный рассказ о дневных и ночных шоу, среди которых был даже «Синий час» – слушание тишины перед рассветом.
Но смысл некоторых проектов, признаюсь честно, не дошел. Ну да, «Свадебный пир» – ироничное трехчасовое шоу режиссера Юрия Муравицкого. Веселушно, неуклюже, порой нелепо и иррационально. Но сходите на реальную деревенскую гулянку – думаю, там увидите этого абсурда десятикратно. «Похороны мухи»? Мне показалось – откровенно скучно, даже если учесть, что муха увеличена до размеров… не слона, конечно, но человека среднего роста. «Солнечный перформанс»? Девушка по имени Анастасия Белова весь день стоит у солнечных часов, днем на двух ногах, утром (по слухам, сам не видел) на четырех конечностях, вечером опираясь на костыль – наглядная иллюстрация знаменитой загадки Сфинкса. Ну и что?
Совсем озадачил проект «Богобот» Ю. Чернышовой, А. Орловой и Ю. Свердлова. В знаменитой Ротонде Александра Бродского, превращенной в храм этого самого Богобота, вам рассказывают о компьютерной программе, допустившей ошибку и возомнившей себя Создателем. Но чтобы оценить остроумие авторов, видимо, надо обладать специальным IT-образованием – традиционное гуманитарное перед глубиной идеи спасовало.
Интересно, что этот общий баланс «плюса-минуса» как в капле воды повторился в презентации музыкального проекта «КоОПЕРАция». Проект этот, задуманный музыковедом Наталией Сурниной и режиссером Екатериной Василёвой, уже знаком публике (правда, не архстоянческой): минувшей осенью в Московском академическом музыкальном театре показали спектакль из восьми оперных новелл, созданный совместными усилиями восьми молодых композиторов и такого же количества драматургов. Впечатления, помнится, разные: в общем увлекло, хотя и удивило почти полным отсутствием традиционного сюжетного театра – решительно преобладали символистские и абсурдистские конструкции, не то глубокие, не то наивные.
Теперь же проект попробовали соединить с «Архстоянием», да еще и впервые вынесли на публику его предварительный, сугубо рабочий этап: организаторы «КоОПЕРАции-2» собрали из разных стран по шесть композиторов, драматургов и режиссеров, которые за неделю перезнакомились, наслушались лекций специалистов о современном театре, стали фонтанировать собственным идеями и организовывать «тройки» для их реализации.
Так вот, из шести доложенных замыслов лишь в двух, от силы трех я смог уловить сюжетную и музыкальную идею. Один из них должен переложить на язык оперы историю американского марсохода Curiosity, который, оказывается, общается с миллионами своих подписчиков в твиттере, и эти диалоги машины с людьми можно распеть. Другой обещает музыкальную интерпретацию потрясшего недавно планету спасения таиландских детей из затопленной пещеры. Третий я уже, боюсь, передам с искажениями, т.к.опять здесь затрагивается мало мне понятный тонкий цифровой мир, в котором люди находят себе интернет-духовников, интернет-начальников и …ммм, скажем так – интернет-факарей (знающие английский поймут, о чем речь), и, если я верно уловил, эта фетишизация Сети не сулит человеку ничего, кроме манипуляции и тоталитаризма.
«Вилла ПО-2» во время перформанса «Тонкая материя»
Что до трех остальных заявок, то я вовсе не понял, чего хотят их авторы. Хотя у одного из сюжетов даже наметилось название: «Ты был в воде, где я тебя видел». Композитор другого пообещал «концертную форму нарратива» из трех песен, соответствующих личным историям авторов, конфликт физического с психологическим и контраст мягкого шепота с полномасштабной полифонией. Третья команда заинтриговала тем, что их опера – «о подлинности, старении, клаустрофобии», и – опять-таки о «полифонии», точнее «полифонии уязвимости». Может, более интеллектуальные, чем я, читатели, догадаются, о чем речь?
Впрочем, как раз в случае «КоОПЕРАции» удержусь от критики. Ведь не зря говорят: дураку полработы не показывают. Ребята из разных стран (кроме россиян, там есть участники из Украины, Германии и Польши) только-только познакомились друг с другом. И возможность проговорить свои задумки была, наверное, ценна прежде всего для них самих, получивших таким образом шанс прояснить собственную мысль.
Авторы одной из инсталляций поставили множество лайковникола-ленивецкому озеру. И, надеемся, всему фестивалю «Архстояние»
Так что подождем до премьеры 8-9 декабря в МАМТе. А на Архстоянии – уже в будущем году. Представляете, каково это – музыкальное действо вокруг никола-ленивецкого озера? Или в мистической тишине затерянного в лесу арт-объекта «Павильон шишек». Они, кстати, на совершенно разных концах парка. Так что, возможно, все будущее пространство фестиваля окажется охвачено оперой.
