Видимо, для восстановления справедливости? Уж больно кривым показалось нашим чиновникам это зеркало...
Во вторник международная антикоррупционная организация Transparency International опубликовала очередной ежегодный рейтинг коррупции. Ничего сверхординарного: Россия опустилась на три места. И, как обычно, оказалась в нижней части мирового списка (на 138-м месте), в компании с Мексикой, Новой Гвинеей, Ираном, Гвинеей, Ливаном. Еще хуже дела в этой области обстоят в таких странах, как Сомали, Южный Судан, Йемен.
Официальная Россия к подобным рейтингам давно относится скептически, казалось бы, и эта новость должна пройти незамеченной. Но правительство отреагировало горячо и незамедлительно. Чиновников почему-то так задела нелицеприятная оценка международных экспертов, что, как сообщают коллеги из «Ведомостей», в правительстве взялись за разработку своей методики оценки коррупции. Кабинет министров в этом начинании поддержала Генпрокуратура: у Transparency International есть проблемы с объективностью.
Логика известна: важно не как голосуют, а как считают. К тому же кругом враги, во всем пытающиеся насолить нашей стране. Впрочем, идеи насчет разработки собственной методики оценки коррупции в России звучали еще в 2015 году. Тогда даже были выделены средства некоей структуре... Куда они делись, неизвестно, но попытку решили повторить.
Интересно, что заявление прозвучало на фоне очередных громких задержаний: вице-губернатора Ленинградской области Олега Коваля и сенатора от Карачаево-Черкесии Арашукова. Причем за сенатором лично пришли глава Следственного комитета России Александр Бастрыкин и генпрокурор Юрий Чайка. Зачем? Видимо, более низкие чины в данном случае не проявили бы должной настойчивости. И потом, сенатор ведь мог откупиться или обратиться к высокопоставленным покровителям. Тем самым, которые его привели в это кресло. Согласитесь, так ведь тоже бывает в России. Но на этот раз задержание прошло успешно, и, надо полагать, скоро прозвучат пугающие цифры и в этом громком деле. Хотя, по слухам, пока сенатора считают всего лишь фигурантом дела о заказных убийствах. Об этом стало известно еще в 2010 году. Но ведь как-то этот молодой человек попал в Совет Федерации и долго там оставался?
Одновременно началось судебное рассмотрение дела экс-губернатора Удмуртии, которому инкриминируют взятки на 130 млн рублей. В общем, все это тоже проходные новости, которые появляются чуть ли не каждый день, никак не влияют на уровень коррупции и отношение народа к власть имущим. «Воруют, много воруют!» — говаривал герой культового фильма. И вроде бы изменить ничего нельзя, так уж повелось. Но в правительстве решили: с этим надо срочно что-то делать. Речь не идет о том, чтобы прекратить распределять бюджет среди своих, разобраться с нецелевым использованием средств, навести порядок в госзакупках. Наконец, в соответствии с Международной конвенцией о противодействии коррупции, ввести полную конфискацию имущества коррупционеров и их семей. Нет, разговор о том, как подретушировать картинку.
Помимо выработки домашних критериев оценки воровства предлагается срочно принять закон, вводящий понятие «вынужденная коррупция». Это когда «не взять» просто нет никакой возможности. Например, если у высокого чиновника все имущество переписано на дражайшую супругу и после внезапного развода она наотрез отказывается заполнять положенную декларацию. И буквально подставляет мужа под статью, которую он, как кристально честный человек, никак не заслужил. Идея Минюста, кажется, не лишена здравого смысла. Но в ситуации, «когда все кругом берут», воспринимается обществом лишь как уловка, попытка найти лазейки — вместо реальной антикоррупционной борьбы.
Народ на новацию отреагировал бурно. «Предлагаю вообще освободить чиновников от каких-либо наказаний за содеянное», — отреагировала одна из пользователей соцсетей. «Надо вообще обязать чиновников брать взятки, и план каждому по взяткам определить», — пишет другой. Чем не конструктивные предложения с учетом ожидающегося закона «о фейках», по которому критика власти может привести к 15 суткам ареста.
Еще законодателям и чиновникам подсказывают ход: рассматривать коррупцию как болезнь. Брал, потому что не было мочи не брать, внутренний голос заставлял и так далее. Считается же болезнью игромания или алкоголизм. К тому же честные, но неглупые люди, попадая в систему, очень быстро понимают: не брать просто нельзя. Хочешь остаться на работе — играй по правилам. Или уходи. Им такой закон был бы куда как кстати!
