Новости
Костров Владимир
Когда долго едешь в поезде и видишь одни и те же отштампованные елки лесозащитных полос и редкие домики путевых обходчиков с потемневшими стогами сена, поленицами дров и бельем на веревках во дворе, то как-то недоверчиво начинаешь относиться к могуществу железной дороги. Ну да, во времена паровозов этих самых путевых обходчиков было достаточно, чтобы следить за состоянием шпал и рельсов, но сейчас-то поездами движет электричество, тут сложная техника, высокое напряжение. И все это на десятки тысяч километров. И нигде не увидишь людей, которые эти контактные сети обслуживают. Ну правильно, скажет кто-нибудь. Как можно увидеть людей из окна поезда, если перегон во время планового ремонта или ЧП закрывается и составы стоят и ждут, пока устранят какое-нибудь замыкание, провисание, обрыв...
Вполне грамотное объяснение, но у Александра Федоровича Лаврентьева оно вызывает только улыбку. В том-то и специфика работы российских железнодорожных энергетиков, что приходится трудиться в тех условиях, в которых ни один немец работать не будет. Там, на Западе, действительно снимается напряжение со всего перегона, и работы ведутся спокойно и планомерно. Наши же энергетики работают, как они сами говорят, "под поездами". И это не какой-то особый героизм, а традиция, под которую, кстати, приспособлены и наши отечественные технологии. Вот за то, что уже который год Лаврентьев, не прерывая движения поездов, обеспечивает рабочее состояние...
